Заключительных замечаний в отношении 4

advertisement
Заключительные замечания Комитета ООН против
пыток в отношении 4-го периодического отчета
Республики Беларусь
Неофициальный перевод с английского
Комитет против пыток
Сорок седьмая сессия
31 октября – 25 ноября 2011 г.
Рассмотрение докладов государств-участников, представленных в соответствии со
статьей 19 Конвенции
ПРЕДВАРИТЕЛЬНАЯ НЕОПУБЛИКОВАННАЯ ВЕРСИЯ
Итоговые замечания Комитета против пыток
Беларусь
1. Комитет против пыток рассмотрел четвертый периодический доклад Беларуси
(CAT/C/BLR/4) на 1036-м и 1039-м заседаниях, состоявшихся 11 и 14 ноября 2011 г.
(CAT/C/SR.1036 and 1039), а также принял нижеследующие итоговые замечания на 1053-м
заседании (CAT/C/SR.1053).
А. Введение
2. Приветствуя представление четвертого доклада Беларуси, Комитет вместе с тем
сожалеет о том, что он был представлен с опозданием на девять лет, из-за чего Комитет не
имел возможности анализировать выполнение государством-участником положений
Конвенции с момента последнего обзора ситуации в 2000 году.
3. Комитет сожалеет по поводу того, что ни один представитель государства не смог
приехать из его столицы, чтобы встретиться с членами Комитета в период текущей
сессии. Тем не менее, он признателен за представившуюся возможность в рамках
конструктивного диалога обсудить многие вопросы из сферы действия Конвенции.
Б. Позитивные аспекты
4. Комитет приветствует ратификацию государством-участником или его присоединение к
следующим международным инструментам:
а) Факультативный протокол к Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации
женщин (3 февраля 2004 г.);

Перевод подготовлен Информационно-просветительским учреждением «Платформа» и Просветительским
учреждением «Центр правовой трансформации», 2011
1
б) Два факультативных протокола к Конвенции о правах ребенка (23 января 2002 г. и 25
января 2006 г.).
5. Комитет
отмечает
продолжающиеся
усилия
государства-участника
по
реформированию законодательства, политики и процедур в сферах, регулируемых
Конвенцией, включая:
а) Внесение изменений в Уголовный кодекс, Уголовно-исполнительный кодекс и
Уголовно-процессуальный кодекс, вступившие в силу 1 января 2001 г.;
б) Принятие в 2003 году Закона о порядке и условиях содержания лиц под стражей;
в) Принятие в 2008 году нового Закона о предоставлении иностранным гражданам и
лицам без гражданства статуса беженца, дополнительной и временной защиты.
В. Основные вопросы, вызывающие беспокойство, и рекомендации
Основные правовые гарантии
6. Серьезную обеспокоенность у Комитета вызывают многочисленные согласующиеся
между собой сообщения о том, что задержанным часто отказывают в основных мерах
правовой защиты, в том числе в своевременном доступе к помощи адвоката или
медицинской помощи, а также в праве на контакт с членами семьи. Это особенно касается
задержанных по обвинению в нарушении статьи 293 УК.[1] В число этих сообщений
входят и случаи, отмеченные сразу несколькими обладателями мандатов специальных
процедур, включая Специального докладчика по вопросу о пытках и других жестоких,
бесчеловечных или унижающих достоинство видах обращения или наказания, которые
среди прочего касались Андрея Санникова, заявившего на суде в мае 2011 г. об отказе ему
в праве на своевременный доступ к помощи адвоката, на контакт с членами семьи и на
получение медицинской помощи несмотря на телесные повреждения, нанесенные
представителями власти в ходе ареста,[2] а также Владимира Некляева
(A/HRC/17/27/Add.1, para.249). Отмечая наличие Закона № 215-З от 16 июня 2003 г. «О
порядке и условиях содержания лиц под стражей в Республике Беларусь», Комитет
выражает серьезную озабоченность тем, что при этом на практике государство-участник
не предоставляет с момента задержания всем лицам, лишенным свободы, в том числе
задержанным, содержащимся в СИЗО Комитета государственной безопасности (КГБ), и
задержанным в административном порядке доступа ко всем основным мерам правовой
защиты, упомянутым в пунктах 13 и 14 Общего комментария Комитета № 2
(CAT/C/GC/2). (ст. 2, 11 и 12).
Комитет рекомендует государству-участнику:
а) Как законодательно, так и на практике обеспечить всем заключенным доступ ко
всем основным правовым гарантиям с момента их задержания, включая право на
незамедлительный доступ к адвокату и на обследование независимым врачом, право
связаться с семьей, быть проинформированным о своих правах в момент
задержания, в том числе об обвинениях, выдвинутых против него, а также право на
своевременное рассмотрение дела в суде;
б) Обеспечить задержанных, в том числе по административным статьям,
возможностью обжаловать законность их задержания или обращения с ними;
2
в) Принять меры по обеспечению аудио- или видеозаписи всех допросов в
отделениях милиции и местах содержания под стражей в целях предотвращения
применения пыток и ненадлежащего обращения.
7. Комитет обеспокоен ограниченностью доступа родственников и адвокатов
задержанных к центральному реестру учета задержанных. У Комитета также вызывает
сожаление отсутствие надлежащего порядка регистрации задержанных. (ст. 2, 11 и 12)
Комитет
рекомендует
государству-участнику
обеспечить
своевременную
регистрацию всех людей, лишенных свободы, сразу после их ареста или задержания,
а также доступ к этой базе данных адвокатам и родственникам задержанных.[3]
8. Комитет обеспокоен многочисленными заявлениями об осуществлении арестов
сотрудниками правоохранительных органов в штатском, что делает невозможным
установление их личности при подаче жалоб на применение пыток или на ненадлежащее
обращение. Комитет с озабоченностью отмечает сообщения об аресте и задержании
людьми в штатском ряда кандидатов в президенты (A/HRC/17/27/Add.1, para.250), а также
заявления нескольких задержанных, в том числе Андрея Санникова и Владимира
Некляева, о применении к ним в период нахождения под стражей на стадии
предварительного следствия пыток людьми в масках.[4] (ст. 2, 12 и 13)
Государству-участнику
следует
осуществлять
мониторинг
соблюдения
законодательства, которое обязывает всех представителей правоохранительных
органов, находящиеся при исполнении, включая спецназ (ОМОН), сотрудников
КГБ, носить опознавательные знаки, обеспечить всех представителей
правоохранительных органов униформой, снабженной соответствующим видимым
опознавательным знаком в целях гарантии персональной ответственности и защиты
от пыток и ненадлежащего обращения, а также проводить в отношении всех
сотрудников правоохранительных органов, нарушающих положения Конвенции,
расследование и подвергать их соответствующему наказанию.
Насильственные исчезновения
9. Комитет принимает к сведению предоставленную представителями государстваучастника информацию о ведении базы данных о фактах исчезновения людей. При этом
Комитет сожалеет о том, что государство-участник не предоставило достаточной
информации о случаях исчезновения, в частности, о нераскрытых делах об исчезновении
следующих людей: бывший министр внутренних дел Юрий Захаренко, бывший первый
вице-спикер белорусского парламента Виктор Гончар, его спутник Анатолий Красовский
и занимавшийся журналистскими расследованиями телеоператор Дмитрий Завадский.
Вопрос об этих делах поднимался Комитетом в 2000 году (CAT/C/SR.442, para.29)[5] либо
представлялся Рабочей группой по насильственным или недобровольным исчезновениям
в 1999 году (A/HRC/16/48).[6] (ст. 2, 11, 12 и 16)
Государству-участнику следует обеспечить проведение расследования случаев
исчезновения людей с целью получения достоверной информации об их
местонахождении и следует выяснить, что с ними произошло. В частности,
государству-участнику следует обновить информацию о перечисленных выше
четырех случаях (Юрий Захаренко, Виктор Гончар, Анатолий Красовский, Дмитрий
Завадский), в частности, предоставить информацию о результатах следствия, о
каких-либо наказаниях или санкциях, наложенных на ответственных за их
3
исчезновения, о каком-либо возмещении ущерба родственникам, а также о степени
доступа адвокатов и родственников к базе данных об исчезновениях.
Пытки
10. Комитет глубоко обеспокоен многочисленными согласующимися между собой
заявлениями о широко распространенном в государстве-участнике применении пыток в
отношении задержанных и ненадлежащем с ними обращении. Согласно представленной
Комитету достоверной информации многие лица, лишенные свободы, подвергаются
пыткам, ненадлежащему обращению и угрозам со стороны сотрудников
правоохранительных органов, особенно в момент задержания или ареста, а также в период
нахождения под стражей на стадии предварительного следствия. Эти заявления идут в
подтверждение обоснованности озабоченности, выраженной рядом международных
организаций, в том числе Специальным докладчиком по вопросу о пытках, [7]Советом
ООН по правам человека (A/HRC/RES/17/24),Верховным комиссаром ООН по правам
человека,[8] а также Организацией по безопасности и сотрудничеству в Европе. [9] Отмечая
наличие в Конституции статьи 25, запрещающей применение пыток, Комитет вместе с тем
обеспокоен существованием значительного разрыва между нормативной базой и ее
применением на практике. (ст. 2, 4, 12 и 16)
Государству-участнику следует в срочном порядке принять незамедлительные и
эффективные меры по предотвращению пыток и ненадлежащего обращения по всей
стране, включая осуществление мер с измеряемыми результатами по искоренению
применения пыток и ненадлежащего обращения представителями власти.
Безнаказанность и отсутствие независимого расследования
11. Комитет сохраняет глубокую обеспокоенность по поводу стойкого, носящего
укоренившийся характер нежелания представителей власти проводить своевременное,
беспристрастное и всестороннее расследование по многочисленным заявлениям о
применении пыток и ненадлежащем обращении и привлекать виновных к
ответственности, по поводу отсутствия механизмов независимого расследования и
рассмотрения жалоб, по поводу запугивания представителей судебной системы, по поводу
низкого уровня сотрудничества с международными наблюдательными органами. Все это
привело к серьезным масштабам замалчивания и бездействия.[10] (ст. 2, 11, 12, 13 и 16). В
частности, беспокойство Комитета вызывает следующее:
а) отсутствие независимого, эффективного механизма получения жалоб и проведения
своевременного, беспристрастного и эффективного расследования по заявлениям о
применении пыток, в частности, от задержанных, содержащихся под стражей на стадии
предварительного расследования;
б) информация, говорящая о том, что наличие серьезных конфликтов интересов не
позволяет использовать существующие механизмы рассмотрения жалоб в целях
проведения эффективного, беспристрастного расследования по полученным жалобам;
в) отсутствие согласованности информации, представленной Комитету, по жалобам
задержанных. Серьезную озабоченность у Комитета вызывает информация о репрессиях в
отношении лиц, подавших жалобы, а также случаях отказа задержанных от своих жалоб.
В частности, это касается Алеся Михалевича и Андрея Санникова;
4
г) сообщения о том, что ни один представитель власти не был привлечен к
ответственности за совершение актов применения пыток. По представленной Комитету
информации, за последние десять лет только четверым сотрудникам правоохранительных
органов были предъявлены обвинения в совершении менее тяжких преступлений –
«злоупотреблении властью или служебными полномочиями» и «превышении власти или
служебных полномочий», предусмотренных статьями 424 и 426 Уголовного кодекса.
Комитет призывает государство-участника принять необходимые меры по
обеспечению проведения своевременного расследования по всем заявлениям о
применении пыток или о ненадлежащем обращении со стороны сотрудников
государственных органов путем ведения прозрачного и независимого следствия, а
также меры по наказанию виновных в соответствии с тяжестью совершенных ими
противоправных действий. В этой связи, государству-участнику следует:
а) ввести в действие независимый и эффективный механизм, облегчающий подачу
жалоб в государственные органы жертвами пыток или ненадлежащего обращения,
включая создание механизма получения медицинского освидетельствования в
поддержку их жалоб, а также обеспечить на практике защиту подающих жалобы от
любого вида ненадлежащего обращения или запугивания вследствие подачи жалобы
или дачи свидетельских показаний. В частности, как было рекомендовано ранее
(A/56/44, para.46(c)), государству-участнику следует рассмотреть вопрос о создании
национальной независимой и беспристрастной комиссии по правам человека, в
состав которой входили бы представители государственного и негосударственного
сектора и которая располагала бы эффективными полномочиями, в том числе по
поощрению прав человека, расследованию всех жалоб на нарушение прав человека,
в особенности тех, которые имеют отношение к применению положений Конвенции.
б) публично и недвусмысленно осудить применение всех форм пыток, обращаясь, в
частности, к сотрудникам правоохранительных органов, вооруженным силам и
сотрудникам пенитенциарных учреждений, включив в данные заявления ясное
предупреждение о том, что любой человек, совершающий или участвующий в
подобных действиях как сообщник, понесет личную уголовную ответственность;
в) обеспечить отстранение подозреваемых от выполнения своих обязанностей
немедленно и на срок расследования, особенно если есть риск того, что в противном
случае подозреваемые могут препятствовать расследованию;
г) предоставить результаты расследования по предполагаемым правонарушениям,
поднятым Комитетом, в том числе по делам Алеся Михалевича, Андрея Санникова,
Александра Отрощенкова, Владимира Некляева, Натальи Радиной и Майи
Абромчик, а также по более многочисленным заявлениям о беспорядочном и
непропорциональном применении силы спецназом в отношении примерно 300 людей
на площади Независимости 19 декабря 2010 г.
Независимость судебной власти
12. Отмечая, что статьей 22 Конституции и статьей 22 Уголовно-процессуального кодекса
предусматривается независимость судебной власти,[11]Комитет при этом глубоко
обеспокоен тем, что иные нормы белорусского законодательства, в частности,
касающиеся дисциплинарной ответственности и отстранения от должности судей, их
назначения и срока их полномочий, нивелируют действие этих норм и не гарантируют
5
независимость судей от исполнительной ветви государственной власти. [12] (ст. 2, 12 и 13)
В частности, беспокойство Комитета вызывает следующее:
а) случаи запугивания и препятствия исполнению профессиональных обязанностей
адвокатов, что с особой озабоченностью отмечалось Специальным докладчиком по
вопросу о независимости судей и адвокатов (A/HRC/17/30/Add.1, para.101). Комитет
продолжает беспокоить ситуация вокруг коллегий адвокатов, которые по закону являются
независимыми, а на практике подчиняются министерству юстиции, а также то, что
несколько адвокатов, защищавших задержанных в связи с событиями 19 декабря 2010
года, были лишены лицензий министерством юстиции;[13]
б) случаи заявлений о предвзятом отношении суда, изначально ставшего на сторону
обвинения, в том числе в случае с делом Владимира Русскина, заявившего от том, что ему
было отказано в возможности вызвать собственного свидетеля и задать вопросы лицам,
дававшим показания против него,[14] а также в случае поведения суда в ходе нескольких
судебных заседаний, касающихся событий 19 декабря 2010 года.[15]
В свете предыдущих рекомендаций (A/56/44, para. 46(d)) Комитет призывает
государство-участника:
а) гарантировать полную независимость судебной власти в соответствии с
Базовыми принципами о независимости судебной системы (резолюция Генеральной
Ассамблеи 40/146 от 20 декабря 1985 г.);
б) обеспечить соответствие выбора, назначения, оплаты труда, срока пребывания в
должности судей объективным критериям, таким как квалификация, честность,
способности, эффективность;
в) провести расследование по делам адвокатов, которые представляли задержанных
в результате событий 19 декабря 2010 г. и которые впоследствии были лишены
лицензий (в том числе Павел Сапелко, Татьяна Агеева, Владимир Толстик, Олег
Агеев, Тамара Гараева, Тамара Сидоренко), и, соответственно, восстановить
действие их лицензий.[16]
Мониторинг и инспектирование мест лишения свободы
13. Принимая к сведению информацию о деятельности по мониторингу случаев
задержания со стороны генеральной прокуратуры, республиканской общественной
наблюдательной комиссии министерства юстиции и областных наблюдательных
комиссий,[17] Комитет вместе с тем глубоко обеспокоен информацией об отсутствии
независимости национальной системы мониторинга, а также отсутствием информации об
эффективности процедур и практики отчетности.[18] Комитет с сожалением принимает к
сведению заявления о применении психиатрической госпитализации по немедицинским
основаниям и об отсутствии инспекционного контроля психиатрических клиник. [19] (ст. 2,
11 и 16)
Комитет призывает государство-участника создать полностью независимые органы
с полномочиями без предварительного предупреждения осуществлять независимые
и эффективные посещения мест содержания под стражей, обеспечить наличие среди
их членов профессионалов в юридической и медицинской сферах, осведомленных о
соответствующих международных стандартах, а также международных экспертов и
других представителей гражданского общества. Государству-участнику следует
6
также обеспечить членов данного органа возможностью посещать все места
содержания под стражей без предварительного предупреждения, говорить один на
один с заключенными, а результаты их мониторинга и рекомендации следует
публиковать своевременным и прозрачным образом.
Далее, государству-участнику следует публиковать подробную информацию о месте,
времени и периодичности посещения мест лишения свободы, в том числе
психиатрических клиник, о результатах данных посещений и предпринятых
действиях по результатам этих визитов. Данная информация должна быть
представлена также и в Комитет.
14. Комитет обеспокоен отсутствием доступа как правительственных, так и
неправительственных международных наблюдательных структур в места содержания под
стражей в Беларуси. Комитет выражает сожаление по поводу неудовлетворения заявки на
посещение страны, направленной пятью обладателями мандата специальных процедур, в
том числе Специальным докладчиком по вопросу о пытках и Рабочей группой по
насильственным и недобровольным исчезновениям,[20] а также по поводу оставления без
ответа заявок на посещение страны, направленных Управлением Верхового комиссара
ООН по правам человека.[21] (ст. 2, 11 и 16)
Комитет призывает государство-участника:
а) предоставить доступ независимым правительственным и негосударственным
организациям в места содержания под стражей на территории страны, в том числе в
отделениях милиции, следственных изоляторах, помещениях службы безопасности, в
места содержания под стражей по административным обвинениям, изоляторы
медицинских и психиатрических учреждений и пенитенциарных учреждений;
б) укрепить дальнейшее сотрудничество с институтами ООН по защите прав
человека, в частности, как можно скорее разрешив посещение страны
Специальными докладчиками по вопросу о пытках, о праве на свободу слова, о
положении правозащитников в соответствии с принятыми государствомучастником обязательствами в контексте универсального периодического обзора
(A/HRC/15/16, para.97.17);
в) рассмотреть вопрос об удовлетворении заявки Верховного комиссара по правам
человека на посещение страны группой сотрудников УВКПЧ.
Национальный институт по правам человека
15. В свете рекомендаций, сделанных в рамках нескольких механизмов по правам
человека,[22] а также взятых на себя государством-участником в контексте универсального
периодического обзора обязательств по учреждению национального института по правам
человека (A/HRC/15/16, para.97.4) Комитет сожалеет по поводу отсутствия прогресса в
этом вопросе. (ст. 2)
Комитет рекомендует государству-участнику провести работу по созданию
национального института по правам человека в соответствии с Принципами,
касающимися статуса национальных учреждений, занимающихся поощрением и
защитой прав человека (Парижские принципы, резолюция Генеральной Ассамблеи
48/134).
7
Определение, абсолютное запрещение и криминализация пыток
16. Принимая к сведению информацию, предоставленную государством-участником, о
том, что определение пыток в статье 1 Конвенции используется для целей привлечения
виновных в применении пыток к уголовной ответственности и что генеральная
прокуратура готовит проект изменений в уголовное законодательство, [23] Комитет при
этом выражает озабоченность тем, что данное определение пыток никогда не применялось
судами государства-участника.[24]Комитет сохраняет обеспокоенность по поводу
отсутствия в национальном законодательстве положений, дающих определение пыткам и
обеспечивающих абсолютное запрещение их применения.[25] Также вызывает
озабоченность отсутствие криминализации пыток в статьях 128 и 394 УК в соответствии с
пунктом 2 статьи 4 Конвенции. (ст. 1, 2 и 4)
В свете предыдущих рекомендаций Комитета (A/56/44, para.46.a) и в свете принятия
государством-участником рекомендаций, сделанных в ходе универсального
периодического обзора (A/HRC/15/16, paras.97.28 and 98.21),[26] государствоучастник должно без промедления дать определение и придать уголовный статус
пыткам в Уголовном кодексе в полном соответствии со статьей 1 и 4 Конвенции.[27]
Далее, Комитет рекомендует государству-участнику обеспечить соблюдение двух
условий: абсолютное запрещение пыток не допускает никаких отступлений, и
действия, приравненные к пыткам, не имеют срока давности.
Применение Конвенции во внутренней правовой системе
17. Приветствуя тот факт, что международные договора, участником которых является
Беларусь, согласно статье 20 Закона о нормативных правовых актах Республики Беларусь
подлежат непосредственному применению,[28]Комитет вместе с тем выражает
озабоченность по поводу отсутствия информации о решениях суда, в которых бы имелась
прямая ссылка на Конвенцию. Комитет сожалеет по поводу сообщений о том, что, хотя
это теоретически возможно, Конвенция никогда не применялась судами государстваучастника. (ст. 2 и 10)
Комитет рекомендует государству-участнику принять необходимые меры для
обеспечения фактического применения положений Конвенции в рамках
национальной правовой системы и практической реализации статьи 20 Закона о
нормативных правовых актах, в частности, путем организации широкой подготовки
сотрудников судебной системы и правоохранительных органов с тем, чтобы
обеспечить их полную осведомленность о положениях Конвенции и ее
непосредственном применении. Кроме того, государству-участнику следует
представить отчет о решениях национальных судов или административных органов
о введении в действие прав, закрепленных в Конвенции.
Доказательства, полученные с помощью пыток
18. Отмечая, что статья 27 Конституции запрещает принимать во внимание
доказательства, полученные с применением пыток, и что государство-участник приняло
рекомендации по этому вопросу, сделанные в ходе универсального периодического
обзора (A/HRC/15/16, para.97.28), Комитет вместе с тем обеспокоен сообщениями о
нескольких случаях признаний, полученных в результате применения пыток или
ненадлежащего обращения, а также отсутствием информации о том, что кто-либо из
представителей власти был привлечен к ответственности или наказан за получение таких
признаний.[29] По представленной Комитету информации, судьи в некоторых случаях
8
полагались на заявления обвиняемых, сделанные в ходе предварительного следствия,
несмотря на их противоречие показаниям в суде и заявления о принуждении и
запугивании.[30] Комитет сожалеет об отсутствии информации по делам Николая
Автуховича и Владимира Осипенко, осужденных на основе свидетельских показаний, от
которых впоследствии отказались и о которых было заявлено, что они были получены с
применением пыток.[31] (ст. 15)
Государству-участнику следует принять необходимые меры для обеспечения того,
чтобы на практике признания, полученные под пыткой или под давлением, не
принимались во внимание в ходе судебного разбирательства в соответствии с
национальным законодательством и статьей 15 Конвенции. Государству-участнику
следует гарантировать соблюдение судьями обязательства спрашивать всех
задержанных, подвергались ли они пыткам или ненадлежащему обращению под
стражей, и чтобы судьи назначали независимое медицинское обследование всякий
раз, когда подозреваемый требует этого в суде. Судья не должен принимать во
внимание подобные признания, особенно в тех случаях, когда подозреваемый
заявляет в суде о применении пыток и медицинское освидетельствование
подтверждает его утверждение. Должны проводиться своевременные и
беспристрастные расследования, когда есть основания полагать, что были
применены пытки, особенно в тех случаях, когда единственным представленным
доказательством является признание. В этой связи государству-участнику следует
гарантировать доступ международных правительственных и неправительственных
организаций на судебные разбирательства.
Кроме того, Комитет запрашивает у государства-участника информацию о том,
были ли какие-либо представители власти привлечены к ответственности и
наказаны за получения признаний посредством пыток, и если да, то следует
представить подробную информацию о подобных случаях и о наказаниях или
санкциях, примененных в отношении виновных.
Условия содержания под стражей
19. Приветствуя предпринимаемые государством-участником усилия по улучшению
условий содержания лиц, находящихся под стражей (CAT/C/BLR/4, paras.21 et seq.), а
также принятие государством-участником рекомендации, данной в этом отношении в ходе
универсального периодического обзора (A/HRC/15/16, para.97.30), Комитет сохраняет
глубокую обеспокоенность постоянно поступающими сообщениями о плачевных
условиях содержания в местах лишения свободы. В их числе – обращение Специального
докладчика по вопросу о пытках, которое касается условий в нескольких местах
содержания под стражей, в частности, в СИЗО г. Минска (A/HRC/4/33/Add.1, para.16).
Речь среди прочего идет о проблеме перенаселенности, плохого питания, отсутствия
доступа к средствам базовой гигиены и ненадлежащей медицинской помощи. [32] (ст. 11 и
16)
Государству-участнику следует активизировать свои усилия по приведению условий
содержания в местах лишения свободы в соответствие с Минимальными
стандартными правилами обращения с заключенными (резолюции Экономического
и Социального Совета 663С (XXIV) и 2076 (LXII)) и другими соответствующими
международными и национальными правовыми нормами, в частности путем:
а) сокращения переполненности тюрем и рассмотрения вопроса о создании
нетюремных форм содержания под стражей в соответствии с Минимальными
9
стандартными правилами ООН в отношении мер, не связанных с тюремным
заключением (Токийские правила);
б) обеспечения всем задержанным доступа и возможности получения необходимых
продуктов питания и медицинской помощи, а также
в) обеспечения содержания всех несовершеннолетних отдельно от взрослых на
протяжении всего периода нахождения под стражей или лишения свободы и
организации для них образовательных мероприятий и досуга.
20. Принимая во внимание представленную делегацией информацию о том, что
генеральная прокуратура не получала жалоб от задержанных лиц женского пола об
угрозах применения к ним насилия, Комитет вместе с тем обеспокоен сообщениями об
актах или угрозах применения насилия, в том числе сексуального насилия, в местах
содержания под стражей со стороны заключенных и представителей власти.[33] (ст. 2, 11 и
16) .
Комитет рекомендует государству-участнику принять незамедлительные и
эффективные меры по борьбе с насилием тюрьме в соответствии с Правилами ООН,
касающимися обращения с женщинами-заключенными и мер наказания для
женщин-правонарушителей, не связанных с лишением свободы (Бангкокские
правила). Государству-участнику следует также создать и внедрить эффективный
механизм получения жалоб о сексуальном насилии и обеспечить прохождение
сотрудниками правоохранительных органов программы обучения в по абсолютному
запрещению сексуального насилия как одной из форм пыток, а также по порядку
получения такого рода жалоб.
Обучение
21. Комитет с сожалением отмечает отсутствие информации о проведении целевого
обучения медицинского персонала, сотрудников правоохранительных органов,
сотрудников охраны, работников пенитенциарных учреждений, работников судебных
органов и иных лиц, участвующих в заключении под стражу, проведении допросов или
ином обращении с лицами, находящимися под контролем государства или официальных
органов, по вопросам, касающимся запрещения применения пыток и жестоких,
бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения или наказания.[34] Далее,
Комитет с сожалением отмечает отсутствие информации об оценке и анализе
проведенного обучения. (ст. 10)
Комитет рекомендует государству-участнику:
а) обеспечить для всех лиц, которые выполняют различные обязанности,
перечисленные в статье 10 Конвенции, регулярное обучение, касающиеся положений
Конвенции и абсолютного запрещения пыток, а также правил, инструкций и
методов ведения допроса, в частности, в сотрудничестве с организациями
гражданского общества;
б) предоставлять всем соответствующим сотрудникам, особенно медицинским
работникам, специальную подготовку по вопросам выявления признаков пыток и
ненадлежащего обращения и использовать Руководство по эффективному
расследованию и документированию пыток и других жестоких, бесчеловечных или
унижающих достоинство видов обращения и наказания (Стамбульский протокол);
10
в) внедрить гендерный подход к обучению тех, кто занимается задержанием,
допросом или работой с женщинами, подвергнутыми любой форме ареста,
задержания или тюремного заключения, а также
г) регулярно оценивать эффективность и результативность таких учебных и
образовательных программ по уменьшению количества случаев пыток и
ненадлежащего обращения.
Насилие в отношении женщин и детей, включая бытовое насилие
22. Приветствуя принимаемые государством-участником меры по борьбе с насилием в
отношении женщин и детей,[35] Комитет при этом обеспокоен тем, что такое насилие
носит устойчивый характер, а также тем, что отсутствует информация (а) о привлечении к
уголовной ответственности лиц, причастных к насилию в отношении женщин и детей, в
том числе к бытовому насилию, и (б) о получении жертвами такого насилия практической
помощи и возмещения ущерба. Комитет с сожалением отмечает большое число случаев
гибели женщин в результате бытового насилия и отсутствие отдельных норм уголовного
законодательства, касающихся бытового насилия и изнасилования со стороны супруга,
хотя данный вопрос поднимался Комитетом по искоренению дискриминации женщин
(CEDAW/C/BLR/CO/7, para.19).[36] (ст. 2, 14 and 16)
Государству-участнику следует активизировать свои усилия по предотвращению,
пресечению и наказанию насилия в отношении женщин и детей, особенно бытового
насилия, в частности, путем внесения изменений в уголовное законодательство и
предоставления немедленной защиты и длительной реабилитации жертвам насилия.
Кроме того, государству-участнику следует проводить более широкие мероприятия
по повышению осведомленности о бытовом насилии судей, адвокатов, сотрудников
правоохранительных органов, тех социальных работников, которые находятся в
непосредственном контакте с жертвами, широкой общественности, а также по
проведению соответствующего обучения.
Торговля людьми
23. Приветствуя усилия государства-участника по решению проблемы торговли людьми и
привлечению виновных к ответственности,[37] Комитет вместе с тем обеспокоен
поступающими сообщениями о том, что торговля людьми, особенно женщинами,
продолжает оставаться серьезной проблемой и что Беларусь продолжает оставаться
страной происхождения, транзита и назначения жертв торговли людьми.[38] (ст. 2, 10 и 16)
В свете рекомендаций, сделанных Специальным докладчиком по вопросу о торговле
людьми по итогам ее визита в Беларусь в мае 2009 года (A/HRC/14/32/Add.2, paras.95
et seq.), Государству-участнику следует принять эффективные меры, в том числе в
рамках регионального и международного сотрудничества, для устранения основных
причин торговли людьми, в частности, его тесной связи с сексуальной
эксплуатацией, продолжать преследовать и наказывать виновных, обеспечить жертв
правовой защитой и услугами по реинтеграции, а также проводить обучение
сотрудников правоохранительных органов, особенно пограничных и таможенных
служб.
11
Возмещение ущерба, включая компенсацию и реабилитацию
24. Комитет сожалеет по поводу отсутствия информации (а) о мерах по возмещению
ущерба, выплате компенсаций, а также о реабилитационных мерах, требуемых по
решению суда и в действительности предоставленных в распоряжение жертв пыток или
лиц, находящихся у них на иждивении, а также (б) об услугах по лечению и социальной
реабилитации, в том числе медицинской и психологической, предоставленных жертвам
пыток. Комитет с сожалением принимает к сведению сообщения о том, что Суд г. Минска
отклоняет иски с требованием компенсации за моральный ущерб, полученный в период
нахождения под стражей. (ст. 14)
Государству-участнику следует на практике обеспечить жертв возможностью
получения возмещения ущерба и компенсации, включая реабилитацию, и
предоставить информацию о таких случаях в Комитет. Кроме того, государствуучастнику следует предоставить информацию о возмещении ущерба и
компенсациях, установленных решением суда и выплаченных жертвам пыток или
их семьям. Эта информация должна включать в себя количество поданных исков,
количество удовлетворенных исков, суммы, установленные по решению суда, и
фактически выплаченные суммы. Кроме того, государству-участнику следует
включить соответствующие статистические данные и примеры случаев получения
таких компенсаций в свой следующий периодический доклад для Комитета.
Правозащитники
25. Комитет глубоко обеспокоен многочисленными согласующимися между собой
заявлениями о заслуживающих пристального внимания актах запугивания, репрессий и
угроз в отношении правозащитников и журналистов, а также отсутствием информации о
проведении какого-либо расследовании по этим заявлениям.[39] Комитет с чувством
озабоченности отмечает сообщения о нескольких случаях отказа независимым
негосударственным организациям в регистрации, об угрозах и актах уголовного
преследования, арестах, внезапных вторжениях в офисы и актах запугивания. Данные
сведения содержатся в устном докладе Верховного комиссара ООН по правам человека,
представленном Совету по правам человека в сентябре 2011 г., а также в срочных
обращениях, направленных Специальным докладчиком по вопросу о положении
правозащитников и Специальным докладчиком по вопросу о свободе слова. [40] Комитет
сожалеет, что, несмотря на мнение Комитета по правам человека (Communication No.
1296/2004)[41] и несколько обращений Специальных докладчиков (A/HRC/17/27/Add.1,
para.331), Верховный Суд оставил в силе решение Министерства юстиции об отказе в
регистрации Правозащитного центра «Вясна». (ст. 2, 12 и 16)
Государству-участнику следует принять все необходимые меры для обеспечения
защиты правозащитников и журналистов от запугивания или насилия из-за их
деятельности, а также для проведения своевременного, беспристрастного и
тщательного расследования, уголовного преследования и наказания за такие деяния.
В частности, Комитет рекомендует государству-участнику:
а) признать важную роль неправительственных организаций в оказании помощи
государству-участнику в выполнении своих обязательств по Конвенции и дать им
возможность запрашивать и получать адекватное финансирование, чтобы
осуществлять свою мирную деятельность в области прав человека;
12
б) информировать Комитет о результатах расследования предполагаемых угроз и
преследований со стороны властей в отношении правозащитников и журналистов, в
том числе в отношении двух журналистов, Ирины Халип и Анджея Почобута,
председателя Белорусского Хельсинкского комитета Олега Гулака и руководителя
«Вясны», Алеся Беляцкого, [42] а также
в) уточнить информацию о ходе выполнения вышеупомянутого решения Комитета
по правам человека, в соответствии с которым заявители, одиннадцать членов
«Вясны», имеют право на соответствующее удовлетворение их жалобы, включая
перерегистрацию «Вясны».
Беженцы и лица, ищущие убежища
26. Приветствуя принятие в 2008 году нового закона «О предоставлении иностранным
гражданам и лицам без гражданства статуса беженца, дополнительной и временной
защиты в Республике Беларусь», Комитет вместе с тем отмечает, что как само
законодательство, так и практика его применения требуют дальнейшего пересмотра с
целью достижения полного соответствия нормам международного права, касающимся
прав человека и прав беженцев.[43] (ст. 3)
Комитет рекомендует государству-участнику пересмотреть применяемые в
настоящее время процедуры и практики в области высылки, возвращения и выдачи
иностранных граждан и лиц без гражданства с целью выполнения своих
обязательств по статье 3 Конвенции. Государству-участнику следует гарантировать
более высокий уровень защиты лицам, ищущим убежища, беженцам и другим
лицам, нуждающимся в международной защите, улучшить качество процедуры
предоставления государством статуса беженца и рассмотреть вопрос о ратификации
Конвенции 1954 года о статусе апатридов и Конвенция 1961 года о сокращении числа
лиц без гражданства.
Смертная казнь
27. Комитет обеспокоен сообщениями о плачевных условиях содержания лиц,
приговоренных к смертной казни, а также сообщениями об атмосфере секретности и
произвола, царящей вокруг исполнения наказания в отношении лиц, приговоренных к
смерти, в том числе сообщениями о том, что родственники приговоренных к смерти
узнают об исполнении приговора по прошествии дней или даже недель, им не
предоставляют возможности последнего свидания с заключенным, тело казненного
заключенного не выдают семье, а место его захоронения держится от них в тайне. Далее,
Комитет глубоко обеспокоен в связи с сообщениями о том, что некоторым заключенным,
приговоренным к смертной казни, не предоставляются основные правовые гарантии, а
также в связи с расхождениями данных в информации, представленной властями, с
информацией из различных других источников по данному вопросу.[44] Хотя Комитет
принимает к сведению тот факт, что парламентская рабочая группа продолжает
рассматривать вопрос о возможном введении моратория на применение смертной казни,
при этом он сожалеет о приведении в исполнение смертного приговора в отношении двух
заключенных несмотря на то, что их дела находились на рассмотрении Комитета по
правам человека и последний обратился с просьбой о принятии временных мер
(Communication Nos. 1910/2009 and 1906/2009). (ст. 16)
Государству следует принять все необходимые меры для улучшения условий
содержания лиц, приговоренных к смертной казни, а также обеспечить им оказание
13
всех видов защиты, предусмотренных Конвенцией. Кроме того, следует устранить
атмосферу секретности и произвола, окружающую смертную казнь, чтобы члены
семьи не испытывали дополнительных страданий и чувства неясности. Кроме того,
Комитет рекомендует государству-участнику рассмотреть вопрос о ратификации
второго Факультативного протокола к Международному пакту о гражданских и
политических правах, направленного на отмену смертной казни.
Сбор данных
28. Комитет сожалеет по поводу отсутствия всесторонних данных, разбитых по
многочисленным сферам применения Конвенции. Среди прочего речь идет о статистике
по жалобам, расследованиям, случаям привлечения к ответственности и приговорам по
фактам применения пыток или ненадлежащего обращения со стороны сотрудников
органов правопорядка, охраны, пенитенциарных учреждений, а также статистики по
случаям насильственного исчезновения, торговли людьми, бытового и сексуального
насилия. (ст. 12 и 13)
Государству-участнику следует собрать и представить Комитету статистические
данные, касающиеся контроля за реализацией Конвенции на национальном уровне,
в том числе информацию о жалобах, расследованиях, судебных преследованиях и
приговорах по делам о применении пыток и жестокого обращения, о торговле
людьми, бытовом и сексуальном насилии, а также результаты и решения по всем
подобным жалобам и делам, в том числе по компенсации потерпевшим и их
реабилитации.
Сотрудничество в рамках механизмов ООН по защите прав человека
29. Комитет рекомендует государству-участнику укрепить сотрудничество в рамках
механизмов ООН по правам человека, в том числе путем выдачи разрешения на
посещение страны тем обладателям мандатов специальных процедур, которые уже подали
соответствующую заявку, в том числе Специальному докладчику по вопросу о пытках и
других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видах обращения или
наказания, Специальному докладчику о положении правозащитников, Специальному
докладчику по вопросу о поощрении и защите права на свободу мнений и их свободное
выражение и Рабочей группе по насильственным и недобровольным исчезновениям.
30. Комитет рекомендует государству-участнику как можно скорее рассмотреть вопрос о
ратификации Факультативного протокола к Конвенции против пыток и других жестоких,
бесчеловечных или унижающих достоинство видах обращения или наказания.[45]
31. Комитет рекомендует государству-участнику рассмотреть вопрос о принятии
деклараций согласно статьям 21 и 22 Конвенции.
32. Комитет призывает государство-участника ратифицировать ключевые договора ООН в
области прав человека, к которым оно еще не присоединилось. Среди прочего речь идет о
Конвенции для защиты всех лиц от насильственных исчезновений и втором
Факультативном протоколе к Международному пакту о гражданских и политических
правах. Отмечая приверженность государства-участника, выраженную в контексте
универсального периодического обзора (A/HRC/15/16, paras. 97.1 and 98.3), Комитет
рекомендует государству-участнику продолжить работу в направлении ратификации
Международной конвенции о защите прав всех трудящихся-мигрантов и членов их семей,
Конвенции о правах инвалидов и Факультативного протокола к ней.
14
33. Государству-участнику выражается просьба осуществить широкое распространение
доклада, представленного Комитету, а также итоговых замечаний Комитета на
соответствующих языках через официальные сайты в сети Интернет, средства массовой
информации и неправительственные организации.
34. Государству-участнику предлагается обновить свой общий ключевой документ
(HRI/CORE/1/Add.70, 10 June 1996) в соответствии с требованиями к общему ключевому
документу, содержащимися в гармонизированном руководстве по составлению
отчетности в рамках международных договоров в области прав человека
(HRI/GEN.2/Rev.6).
35. Комитет обращается к государству-участнику с просьбой предоставить к 25 ноября
2012 года дополнительную информацию в ответ на рекомендации Комитета, касающиеся
(1) обеспечения либо усиления правовых гарантий лицам, содержащимся под стражей, (2)
проведения своевременных, беспристрастных и эффективных расследований, (3)
привлечения к ответственности подозреваемых и применения санкций к виновным в
применении пыток или в ненадлежащем обращении, которые изложены в пунктах 6, 11 и
14 настоящего документа, а также информации о возмещении ущерба и предоставлении
средств законной защиты соответствующим жертвам.
36. Государству-участнику предлагается представить свой следующий – пятый по счету –
периодический доклад к 25 ноября 2015 г. С этой целью Комитет предлагает государствуучастнику до 25 ноября 2012 года согласиться представить доклад в рамках
факультативного порядка предоставления доклада, представляющего собой передачу
Комитетом государству-участнику перечня вопросов до подачи периодического доклада.
Согласно статье 19 Конвенции ответ государства-участника на этот перечень вопросов
будет представлять собой следующий периодический доклад.
[1] CAT/C/BLR/Q/4, para.4; CCPR/C/86/D/1100/2002 (28 March 2006).
[2] A/HRC/17/27/Add.1, paras. 246–278 (27 May 2011); A/HRC/17/27/Add.1,
paras. 327-340 (27 May 2011); Organization for Security and Cooperation in Europe (OSCE),
Office of Democratic Institutions and Human Rights (ODIHR), «Report: Trial Monitoring in
Belarus (March – July 2011),» 10 November 2011, p. 86; European Parliament resolution on
Belarus of 12 May 2011.
[3] CAT/C/BLR/Q/4, para.5; CAT/C/BLR/Q/4/Add.1, para.26.
[4] A/HRC/17/27/Add.1, paras. 249-250, 256.
[5] CAT/C/SR.442, paras. 29-30; CAT/C/SR.445, paras.8, 17 and 23.
[6] E/CN.4/2000/64, para.27; E/CN.4/2001/68, paras.107-108; Council of Europe,
Parliamentary Assembly, Resolution 1371 (2004) on Disappeared persons in Belarus.
[7] A/HRC/16/52/Add.1, paras. 11-12; A/HRC/13/39/Add.1, paras.13-17.
15
[8] UN High Commissioner for Human Rights’ oral report to the Human Rights
Council.
[9] Organization for Security and Cooperation in Europe (OSCE), Office of
Democratic Institutions and Human Rights (ODIHR), «Report: Trial Monitoring in Belarus
(March – July 2011)» 10 November 2011.
[10]
A/56/44, para.46 (b); A/HRC/15/16, paras. 52 and 98.22;
A/HRC/15/16/Add.1, paras. 60-63; A/HRC/WG.6/8/BLR/3, para.23; A/HRC/RES/17/24, para.2
(d); OSCE report, paras.249 et al.
[11] CAT/C/BLR/4, paras. 69-70.
[12] E/CN.4/2001/65/Add.1, para.108; A/56/44, paras. 45 (f), (g) and 46 (d);
CAT/C/BLR/Q/4, paras. 6-8; A/HRC/17/30/Add.1 (19 May 2011), paras. 77-101;
E/CN.4/2005/6/Add.3, para.79; OSCE report, paras. 82-105.
[13] CAT/C/BLR/Q/4, paras. 6-7; A/HRC/17/30/Add.1 (19 May 2011), paras. 77101; European Parliament, resolution of 10 March 2011 on Belarus, para.7.
[14] CAT/C/BLR/Q/4, para. 8(a); A/HRC/10/44/Add.4, para.19.
[15] UN High Commissioner for Human Rights, oral report to the 18th session of
the HRC.
[16] A/HRC/17/27/Add.1, paras. 279-326.
[17] CAT/C/BLR/4, paras. 67, 80-89; CAT/C/BLR/Q/4/Add.1, paras.68-70.
[18]
A/56/44, para.46 (e); CAT/C/BLR/Q/4, paras. 21-22; OSCE report, paras.
249-266.
[19]
CAT/C/BLR/Q/4, paras. 37-38; CAT/C/BLR/Q/4/Add.1, para.34;
E/CN.4/2005/6/Add.3, paras. 32,33,73 and 88.
[20] A/HRC/WG.6/8/BLR/2, p.5.
[21] UN High Commissioner for Human Rights’ oral report to the 18th session of
the HRC.
[22]
CRC/C/BLR/CO/3-4, para.15; CEDAW/C/BLR/CO/7, para.16
CERD/C/65/CO/2, para.13; A/HRC/4/16, para 10; A/HRC/WG.6/8/BLR/2,paras.9 and 66.
(c);
[23] CAT/C/BLR/Q/4/Add.1, para.5.
[24] CAT/C/BLR/4, paras. 61-62; CAT/C/BLR/Q/4/Add.1,p.1.
[25]
CAT/C/BLR/Q/4/Add.1, paras.1-5; A/56/44, paras. 45(b) and 46 (a);
CAT/C/SR.442, para.18 and CAT/C/SR.445, para.3; A/HRC/WG.6/8/BLR/3, para.23;
A/HRC/WG.6/8/BLR/2, para.26; UPR, A/HRC/WG.6/8/BLR/1, paras.140-146.
[26] A/HRC/15/16, para.97.28; A/HRC/15/16/Add.1, para.59.
16
[27] CAT/C/BLR/Q/4/Add.1, para.5.
[28] CAT/C/BLR/4, paras. 61-62; CAT/C/BLR/Q/4/Add.1, para.3.
[29]
CAT/C/BLR/Q/4,
para.32;
CAT/C/BLR/Q/4/Add.1,
para.6;
A/HRC/WG.6/8/BLR/3, paras. 23 and 31; A/HRC/15/16, para.97.28; OSCE report, paras. 239
and 244; European Parliament resolution on Belarus, 10 March 2011.
[30] UN High Commissioner for Human Rights’ oral report to the 18th session of
the HRC; OSCE report, para.251.
[31] CAT/C/BLR/Q/4, para.32; CAT/C/BLR/Q/4/Add.1 to CAT/C/BLR/Q/4,
para.30.
[32] A/HRC/WG.6/8/BLR/1, para.146; A/HRC/WG.6/8/BLR/2, paras. 29-30.
[33] CAT/C/BLR/Q/4, para.11.
[34] CAT/C/BLR/4, paras. 31, 36, 39-42; CAT/C/BLR/Q/4, paras. 19-20.
[35] CAT/C/BLR/Q/4/Add.1, paras.44 et seq.
[36] CAT/C/BLR/Q/4, para.12; A/HRC/15/16, para.97.5; A/HRC/WG.6/8/BLR/2,
para.27; CRC/C/BLR/CO/3-4, paras. 39-40; CEDAW/C/BLR/CO/7, paras. 19-20;
A/HRC/14/32/Add.2, para.96(a).
[37] CAT/C/BLR/Q/4/Add.1, paras. 38, 45, 52-56; A/HRC/14/32/Add.2, para.92.
[38]
A/HRC/14/32/Add.2;
CRC/C/BLR/CO/3-4,
CEDAW/C/BLR/CO/7, paras.21-22; A/HRC/WG.6/8/BLR/2, para.31.
paras.
69-70;
[39]
CAT/C/BLR/Q/4,
para.9;
CAT/C/BLR/Q/4/Add.1,
pp
5-7;
A/HRC/17/27/Add.1, paras. 246, 342; A/HRC/WG.6/8/BLR/2, paras.40-41; European
Parliament resolutions of 12 May 2011 and 15 September 2011 on Belarus.
[40] A/HRC/17/27/Add.1, para.342.
[41] CCPR/C/90/D/1296/2004 (7 August 2007).
[42] A/HRC/17/27/Add.1, paras. 246–278; A/HRC/17/27/Add.1, paras. 327-340;
European Parliament resolution of 15 September 2011 on Belarus: the arrest of human rights
defender Ales Bialatski; European Parliament resolution on Belarus of 12 May 2011; Office of
the High Commissioner for Human Rights, Briefing notes on Belarus dated 5 August 2011.
[43] CAT/C/BLR/4, paras.19-20; CAT/C/BLR/Q/4/Add.1, paras. 14-15, 58-64;
CRC 2011, paras. 67-68; A/HRC/WG.6/8/BLR/1, paras. 140-146; CAT/C/SR.442, para.22 and
CAT/C/SR.445, para.5.
[44] A/HRC/13/39/Add.1, para.14; CAT/C/BLR/Q/4, para.39;
A/HRC/WG.6/8/BLR/3, para.31.
[45]
A/HRC/15/16, para.98.4; A/HRC/15/16/Add.1, para.7.
17
Скачать