Автореферат - Пермский государственный университет

advertisement
На правах рукописи
Попова Ольга Александровна
Образ дворянской усадьбы в русской прозе
конца XIX – начала XX веков
Специальность 10.01.01. – русская литература
АВТОРЕФЕРАТ
диссертации на соискание учёной степени
кандидата филологических наук
Пермь 2007
Работа выполнена на кафедре русской литературы
Пермского государственного университета
Научный руководитель: доктор филологических наук, профессор
Рита Соломоновна Спивак
Официальные оппоненты:
доктор филологических наук, профессор Олег Алексеевич Клинг
кандидат филологических наук, доцент Вера Евгеньевна Кайгородова
Ведущая организация - Уральский государственный педагогический
университет
Защита состоится «8» ноября 2007 года в ____ часов на заседании
диссертационного совета Д 212.189.11 в Пермском государственном
университете по адресу: 614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15, зал заседаний
Учёного совета.
С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Пермского
государственного университета (614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15).
Автореферат разослан «__» октября 2007 года.
Учёный секретарь диссертационного совета
доктор филологических наук
2
В.А.Салимовский
Общая характеристика работы
Дворянская усадьба является одним из наиболее загадочных
феноменов русской культуры, с которым связано множество не
разрешённых до сих пор вопросов. В период конца XIX – начала XX веков
образ дворянской усадьбы становится одним из наиболее частотных в
русской литературе, репрезентативным для модернизации русского
художественного переходного периода: обращение к образу дворянской
усадьбы сопровождается переосмыслением писателями многих вопросов,
поставленных русской литературой и культурой XVIII – XIX веков, а также
постановкой новых проблем, связанных с дальнейшими путями развития
России.
В последние годы появился целый ряд публикаций, посвящённых
русской дворянской усадьбе, что свидетельствует о росте интереса к этой
проблеме. Но предметом исследования большинства работ является
дворянская усадьба как феномен русской истории, экономики, культуры.
Обращение учёных к русской литературе в этих случаях ограничено
задачей простой иллюстрации тех или иных особенностей её истории,
хозяйственного и бытового уклада. До сих пор не создано комплексного
литературоведческого исследования образа дворянской усадьбы в прозе
рубежа XIX – XX веков как феномена русского литературного процесса.
В работах таких учёных, как Н.В.Барковская, Л.В.Ершова,
Л.А.Колобаева,
Ю.В.Мальцев,
М.В.Михайлова,
О.В.Сливицкая,
Р.С.Спивак, образ дворянской усадьбы рассматривается на материале
произведений ограниченного круга писателей (А.П.Чехов, И.А.Бунин,
А.Белый, Ф.К.Сологуб, А.Н.Толстой). В творчестве многих авторов конца
XIX – начала XX веков образ дворянской усадьбы остаётся не изученным.
Актуальность исследования обусловлена активным ростом
интереса к утраченным ценностям национальной культуры и попыткам
их возрождения. Обращение к образу дворянской усадьбы необходимо
для решения проблемы самоидентификации русской культуры.
Постижение образа дворянской усадьбы как одного из фундаментальных
символов истории России является способом национального
самопознания и самосохранения и представляет возможность
восстановления обширного комплекса нравственно-эстетических норм, во
многом утраченных в перипетиях последних столетий.
Объектом исследования в диссертации являются изображения
дворянской усадьбы в русской прозе конца XIX – начала XX веков.
Предмет диссертационной работы — дворянская усадьба как явление
русского литературного процесса рубежа XIX –XX веков. Материал
исследования составляют художественные произведения таких
3
писателей, как А.П.Чехов, И.А.Бунин, Б.К.Зайцев, А.Н.Толстой,
М.А.Кузмин, Н.Г.Гарин-Михайловский Д.В.Григорович, А.Белый,
Ф.К.Сологуб,
Г.И.Чулков,
И.А.Новиков,
С.Н.Сергеев-Ценский,
Б.А.Садовской,
С.А.Ауслендер,
П.С.Романов,
И.И.Ясинский,
С.М.Городецкий, А.В.Амфитеатров, М.П.Арцыбашев, А.Н.Будищев,
В.В.Муйжель. В качестве материала для сопоставительного анализа
привлекаются также прозаические и поэтические произведения других
писателей и поэтов XIX – первой трети XX веков.
Научная новизна диссертационной работы определяется
материалом исследования (для анализа привлекается большой объём
произведений конца XIX – начала XX веков, в которых образ дворянской
усадьбы не являлся ранее объектом изучения); комплексным подходом к
изучению образа дворянской усадьбы как феномена русской культуры в
литературе конца XIX – начала XX веков в целом; историкотипологическим подходом к её исследованию; новыми для
литературоведения аспектами рассмотрения образа дворянской усадьбы.
Целью диссертации является рассмотрение образа дворянской
усадьбы как центрального символа русской культуры, репрезентативного
для модернизации русского художественного сознания рубежа XIX – XX
веков.
Достижение данной цели предполагает решение следующих задач:
-выявить и описать общую систему универсалий, в которых
интерпретируется и оценивается образ русской дворянской усадьбы в
прозе конца XIX – начала XX веков;
-создать типологию образа дворянской усадьбы в художественной
литературе обозначенного периода, раскрывающую основные
тенденции художественного осмысления исторического пути России
в прозе рубежа XIX –XX веков;
-проанализировать особенности художественного изображения
дворянской
усадьбы
ведущими
направлениями
русского
литературного процесса конца XIX – начала XX веков;
-проследить судьбу морального кодекса дворянской усадьбы в
литературе первой волны русской эмиграции, а также его влияние на
формирование как оппозиционной линии советской литературы, так
и литературы, ангажированной официальной идеологией.
Основные положения, выносимые на защиту:
1.
В русской прозе конца XIX – начала XX веков
существовало три концепции дворянской усадьбы: идеализирующая,
критическая, диалектическая, фиксирующие в своей совокупности
динамику исторического процесса в русском общественном сознании
рубежа XIX –XX веков.
4
2.
Каждая концепция формирует свой образ
художественного мира. Три художественных модели дворянской
усадьбы создаются посредством интерпретации и оценки писателями
жизненного уклада усадьбы в общей системе универсалий, в качестве
которых выступают детство, любовь, родовая память.
3.
Образ дворянской усадьбы в произведениях с
преобладающей идеализирующей концепцией изображается как
воплощение
нравственно-эстетических
норм,
имеющих
определяющее значение для русской культуры: стабильность,
ценность личностного начала, ощущение связи времён, почитание
традиций, жизнь в единстве с земным и небесным миром.
4.
Критическая концепция разрушает идиллическимифологизированный образ дворянской усадьбы, развенчивает
моральные основы усадебной культуры. Детство и любовь
дворянских героев рисуются авторами как «искажённые»;
отягощённость сознания обитателей дворянской усадьбы родовой
памятью мыслится как причина её гибели.
5.
Для произведений диалектической концепции
характерен синтез идеализирующего и критического взгляда на
феномен дворянской усадьбы в истории и культуре России. В образе
дворянской усадьбы утверждаются те же духовные ценности и
основы, что и в произведениях идеализирующей концепции. Однако
усадебный мир в произведениях этой группы уже не идеален,
включает в себя элемент дисгармонии.
6.
В художественной интерпретации образа
дворянской усадьбы представителями различных литературных
направлений нашли отражение основные особенности русского
литературного процесса конца XIX – начала XX веков.
7.
Моральный кодекс дворянской усадьбы оставил
большой след в русской культуре последующих периодов: оказал
заметное влияние на литературу русского зарубежья, а также на
формирование как оппозиционной линии советской литературы, так
и литературы, ангажированной официальной идеологией.
Методологическую основу работы составляет комплексный
подход к изучению литературного наследия, ориентированный на
сочетание нескольких методов литературоведческого анализа: историкотипологического,
культурно-контекстуального,
структурносемиотического, мифопоэтического. Решение сформулированных выше
задач исследования обусловило обращение к трудам М.М.Бахтина,
В.А.Келдыша, Б.О.Кормана, Д.С.Лихачёва, А.Ф.Лосева, Ю.М.Лотмана,
Е.М.Мелетинского,
В.Н.Топорова,
В.И.Тюпа.
Используемые
в
5
диссертации теоретические категории (художественный образ,
художественный мир, модус художественности, хронотоп, символ, миф)
трактуются нами согласно разработкам названных учёных.
Теоретическое значение диссертации. Диссертация обогащает
инструментарий литературоведческого анализа 1) новыми моделями
хронотопов; 2) системой новых универсалий, продуктивных для
переходных периодов развития культуры; 3) подтверждает и
конкретизирует на новом материале в качестве общей закономерности
разнонаправленность художественных исканий литературного процесса
переходных периодов.
Практическая значимость работы связана с возможностью
использования её материалов и результатов в общих лекционных курсах
по истории русской литературы и специальных курсах по истории
русской прозы, русской культуры XIX – XX веков.
Апробация работы. Основные положения диссертации отражены
в 16 публикациях (7 тезисов, 9 статей), в том числе в рецензируемом
печатном издании, рекомендованном ВАК РФ для публикации трудов
соискателей учёных степеней, а также в докладах на международных,
всероссийских, межвузовских конференциях в гг. Перми, Соликамске,
Ижевске, Санкт-Петербурге, Москве.
Структура работы. Диссертация состоит из введения, трёх глав,
заключения и списка литературы, включающего 220 наименований.
Основное содержание работы
Во Введении обосновывается выбор темы, доказывается её
актуальность; определяется степень изученности проблемы, научная
новизна диссертации, предмет, цели и задачи, методология исследования,
теоретическая и практическая значимость работы; излагаются положения,
выносимые на защиту.
В русской прозе конца XIX – начала XX веков существовало три
концепции дворянской усадьбы: идеализирующая, критическая,
диалектическая; каждая из них формирует свой образ художественного
мира. Три художественных модели дворянской усадьбы создаются
посредством осмысления и оценки писателями жизненного уклада
усадьбы в общей системе универсалий, в качестве которых выступают
детство, любовь, родовая память.
Глава первая «Идеализирующая концепция дворянской
усадьбы». Образ дворянской усадьбы в произведениях с
преобладающей идеализирующей концепцией изображается как
воплощение нравственно-эстетических норм, имеющих определяющее
6
значение для русской культуры. Концепция формирует особый образ
художественного мира, в основе которого лежит идиллический
хронотоп «Дома» как национальной формы рая, небесной обители
души. Время этого хронотопа — изначальное время творения,
характеризующееся равномерностью и цикличностью. Согласно
библейскому прототипу рая, основным временем дворянской усадьбы в
идеализирующей концепции мыслится лето (весна) — время вечного
цветения жизни, её бессмертия. Это время райского существования,
утрата которого (отчасти в результате исторических катаклизмов)
влечёт за собой и изменение «погоды».
Пространство дворянской усадьбы в идиллическом хронотопе
одновременно обладает такими свойствами, как интровертность и
экстравертность, гармонично сочетая определённую замкнутость и
самодостаточность с открытостью и безграничностью. Эта особенность
дополняет такое свойство идиллического хронотопа, выделенного
М.М.Бахтиным, как «ограждённость», что позволяет нам говорить об
изменении функций идиллического хронотопа на рубеже XIX - XX
веков. Двойственность пространства дворянской усадьбы является
необходимым условием существования идиллического хронотопа в
новое время, поскольку в русской культуре и литературе конца XIX начала XX веков именно замкнутость дворянской усадьбы, её
изолированность от окружающего мира (а в её лице — мира
дворянской культуры) чаще всего мыслится как основная причина
разрушения и увядания усадьбы, не позволяющая ей развиваться в
согласии со временем.
В произведениях идеализирующей концепции заметно влияние
философии всеединства Вл.Соловьёва с её идеей глубокой
взаимосвязи и взаимозависимости всего сущего в мироздании. В
качестве одного из проявлений закона всеединства идеализирующая
концепция утверждает гармоничную связь дворянского и
крестьянского миров. Прежде всего близки к народу дворянские дети,
живущие в усадьбе («Город и деревня» Д.В.Григоровича), а также
взрослые, сумевшие открыть в себе «уголок детства» («Петух»
И.А.Новикова).
Основные особенности художественного мира усадьбы в
произведениях
представителей
идеализирующей
концепции
раскрываются через обращение к темам детства, любви, памяти.
Параграф первый «Детство как время райского
существования». В произведениях, объединённых идеализирующей
концепцией дворянской усадьбы, обращение человека к детству
мыслится как единственно возможный для него путь воскрешения
7
нравственного и духовного императива. Прежде всего детство
рассматривается писателями как реальное физическое детство героя –
ребёнка («Город и деревня» Д.В.Григоровича, «Детство»
П.С.Романова, «Детство Никиты» А.Н.Толстого). Одновременно
обращает на себя внимание тенденция его сакрализации и
мифологизации, соотнесённости с образом райского сада: детство
понимается писателями как чистое изначальное состояние
человеческой души («Петух» И.А.Новикова, «Заря» Б.К.Зайцева).
Такое осмысление детства способствует символизации и
мифологизации образа дворянской усадьбы в целом.
С детством, проведённым в «дворянском гнезде», в
произведениях идеализирующей концепции связан определённый круг
тем, мотивов и образов. Среди них выделяются образы родных герою
людей (родителей и других родственников), а также образы
окружающего героя пространства: дом, сад, пруд, река, поля, леса,
степь. В усадьбе ребёнок впервые познаёт радость и муки любви,
вплотную соприкасается с творчеством. В атмосфере родного дома в
герое формируются основы нравственности и миропонимания; здесь он
получает первые представления о мироустройстве.
Залогом порядка и гармонии во всём мире является для
дворянских героев единство отца и матери, образы которых воплощают
в себе два разных начала, что способствует гармоничному
формированию
детской
души
(Д.В.Григорович,
Б.К.Зайцев,
И.А.Новиков).
В образе дворянского мальчика заостряется писателями его
рефлексивность, открытость миру, потребность познания его. В мире
дворянской культуры представителями идеализирующей концепции
больше ценится бессознательное начало, нежели рациональное и
программируемое. Так в исследовании дворянским героем
окружающего пространства большую роль играет обоняние; запах
является для ребёнка ключом к постижению образа, открывшегося
перед ним явления («Детство» П.С.Романова). Посредством обоняния в
герое закладывается противопоставление двух пространств, двух
жизненных укладов: своего, усадебного, родового и чужого,
неизвестного, далёкого, как правило — городского, столичного.
В основе противопоставления усадьбы и города (столицы) в
произведениях идеализирующей концепции лежит оппозиция свободы,
безграничности, естественности усадебной жизни, близости к природе
и замкнутости, ограниченности, искусственности городского
существования («Город и деревня» Д.В.Григоровича, «Детство»
П.С.Романова, «Заря» Б.К.Зайцева, «Детство Никиты» А.Н.Толстого).
8
Детство героев в произведениях идеализирующей концепции
лишено каких-либо серьёзных катаклизмов и испытаний, с которыми
они сталкиваются лишь при переходе к следующему жизненному
этапу.
Параграф
второй
«Любовь
в
произведениях
идеализирующей концепции дворянской усадьбы». Любовь героев
в произведениях рассматриваемой группы представляет собой
особый феномен русской культуры: она отличается глубиной чувства,
искренностью, чистотой отношений, преданностью. Именно усадьба
мыслится как пространство любви, в то время как в городе
(Петербурге, Павловске, Париже и т.д.) истинная любовь оказывается
невозможной. Путь героя к усадьбе из мира города становится
сложным путём искупления и прозрения и приводит его к обретению
любви, к раскрытию своей изначальной сущности («Хромой барин»,
«Овражки» А.Н.Толстого).
Для
мира
дворянской
усадьбы
в
произведениях
идеализирующей концепции характерен особый тип романтического
героя. В образе героя подчёркивается максимализм в чувствах и
поступках, абсолютизируются такие черты, как способность к
самопожертвованию,
преданность,
искренность,
простота,
непосредственность, открытость.
Любовь в произведениях рассматриваемой группы имеет ярко
выраженный религиозно-мистический характер, в результате чего она
служит мостом между земным и небесным миром. Такому
осмыслению любви сопутствует насыщенность произведений
символами (тройная радуга в рассказе С.А.Ауслендера «Троицын
день»; образы лиловой тучи, звёзд и месяца, белой колокольни в
«Овражках» А.Н.Толстого и др.). В рассказе А.Н.Толстого
«Овражки» происходит символизация всего образного строя
произведения. Основным символом в этом рассказе являются семь
овражков, которые символизируют купель омовения души главного
героя. Преодоление Завалишиным семи овражков перекликается с
мифом о прохождении души, освобождённой от телесных уз, через
семь властей небесных сфер, семь ступеней, прохождение которых
сопровождается возвышением души, её переходом в новое состояние
(вечность, покой, любовь). Преодолению внешних препятствий
сопутствует в рассказе А.Н.Толстого победа героя над его
внутренними пороками.
Сделанный в диссертации вывод об идеализации образа
дворянской усадьбы в таких произведениях А.Н.Толстого, как
«Овражки» и «Хромой барин», вносит корректировку в закреплённое
9
в литературоведении мнение о писателе как о резком критике жизни
и традиций поместного дворянства.
В параграфе третьем «Троицын день как один из
компонентов усадебного мифа» рассматривается роль праздника
Троицы в идеализации и сакрализации образа дворянской усадьбы,
что не являлось прежде объектом литературоведческого анализа.
Тема праздника в целом имеет большое значение для
идеализирующей концепции дворянской усадьбы. Однако праздник
Святой Троицы занимает в ней особое место, поскольку именно с
ним в наибольшей степени связаны мотивы летнего (весеннего)
расцвета и благоухания природы, торжества Бога во вселенной,
духовного преображения человечества, то есть мотивы, которые
соотносят образ дворянской усадьбы с образом райского сада.
Материалом анализа в данном разделе являются произведения
И.А.Новикова «Троицкая кукушка», П.С.Романова «Детство»,
А.Н.Толстого «Хромой барин», С.А.Ауслендера «Троицын день»; в
качестве дополнительного материала привлекаются также «Лето
Господне» И.С.Шмелёва и «Трио Чайковского» А.Ф.Лосева.
Функцией праздника Троицы в указанных произведениях
является сакрализация пространства дворянской усадьбы, имеющей в
идиллическом хронотопе статус «изначального лона бытия»,
«первоистока жизни» (А.Ф.Лосев), земли обетованной. Обращение к
образу Троицына дня позволяет писателям подчеркнуть глубокую
связь дворянской усадьбы с русской культурой, выделить такие
стороны усадебной жизни, как её органичная связь с русской
классической литературой и славянской мифологией, с народными
верованиями и традициями, с природой, со всем мирозданием, в том
числе — и с Божественным миром.
С праздником Троицы в произведениях идеализирующей
концепции тесно связан религиозный аспект темы любви, которая
отличается чистотой и целомудрием и выступает формой
приобщения героев к вечной бессмертной любви Божественного
Триединства. В изображении И.А.Новикова, П.С.Романова,
С.А.Ауслендера,
А.Н.Толстого
праздник
Святой
Троицы
представляет собой день, в котором происходят события, имеющие
для последующей жизни героев определяющее значение: духовное
преображение героев, зарождение в их сердцах любви и радости
бытия.
В рассматриваемых произведениях находят отражение многие
народные традиции, характерные для Троицына дня: обычай
10
поминовения предков, обычаи, связанные с культом растительности,
обряд «крещения кукушки».
Поминовение предков, посещение родового кладбища и само его
существование мыслится в произведениях,
идеализирующих
дворянскую усадьбу, как залог естественного течения и продолжения
жизни, сохранения памяти и связи времён, в чём мы видим явную
традицию А.С.Пушкина («Троицкая кукушка» И.А.Новикова).
Важную роль в духовном преображении героев в праздник
Троицы в идеализирующей концепции играет природа. Особое
значение писатели придают образу берёзы, с которым связано
ощущение бодрости, свежести, особого чувства сопричастности
священному торжеству природы.
В рассказе И.А.Новикова «Троицкая кукушка» находят
отражение основные мотивы, связанные в славянской мифологии с
образом кукушки, которая в произведении писателя одновременно
играет роль вестницы любви и предвестницы разлуки.
Параграф четвёртый «Таинство рода». Сохранение памяти о
прошлом, постоянное присутствие в усадьбе знаков прошлого
(фамильные портреты, старинные библиотеки, старая мебель и т.п.)
подчёркивает стабильность усадебной культуры, её укоренённость в
стремительно меняющемся мире. Связь прошлого и настоящего в
жизненном укладе дворянской усадьбы знаменует собой одно из
необходимейших условий сохранения и продолжения жизни.
В ряде произведений идеализирующей концепции наполненность
усадьбы «дыханием прошлого» выступает средством установления
взаимосвязи мира посюстороннего и потустороннего. В романе
Ф.К.Сологуба «Творимая легенда» и рассказе Г.И.Чулкова «Сестра»
образ дворянской усадьбы является символической моделью особо
устроенного мира, обладающего своими законами и принципами жизни.
В дворянской усадьбе Ф.К.Сологуба и Г.И.Чулкова существует
нерасторжимое единство ушедших в мир иной и оставшихся на земле;
пути мёртвых и живых постоянно пересекаются. Хозяева усадеб в
рассматриваемой группе произведений обладают тайными знаниями,
сокрытыми от других людей, что даёт им возможность избегнуть
одиночества в земном мире и быть посвящёнными в тайну бытия
(Триродов Ф.К.Сологуба, Ариадна Г.И.Чулкова).
Глава вторая «Критическая концепция дворянской усадьбы»
посвящена рассмотрению группы произведений, объединённых пафосом
развенчания моральных основ усадебной культуры, которое выступает
как форма классовой борьбы, способ утверждения новой идеологии
(«Лерик», «Печаль полей» С.Н.Сергеева-Ценского, «В дворянской
11
берлоге» Н.В.Тимковского). Основу образа дворянской усадьбы в этих
произведениях составляет хронотоп «дачи». В нём находят выражение
такие модусы художественности (Тюпа), как комизм, юмор, ирония.
Хронотопу «дачи», в отличие от хронотопа «Дома», свойственны
временность и ограниченность. Этот мир обречён на умирание, время его
конечно, и всё его существование является путём к смерти («Печаль
полей» С.Н.Сергеева-Ценского, «Лебединые клики» Б.А.Садовского,
«Сутуловское гнездовье» С.М.Городецкого).
Пространство дворянской усадьбы в произведениях критической
концепции
характеризуется
предельной
замкнутостью,
искусственностью, непроницаемостью, что препятствует проникновению
в этот мир «живой жизни», царящей за его пределами. Близость к
природе, играющая значительную роль в идиллическом хронотопе
дворянской усадьбы, в произведениях этой группы не является
положительным фактором, нередко становясь причиной гибели и
внутренней опустошённости героев («Лерик» С.Н.Сергеева-Ценского,
«Сутуловское гнездовье» С.М.Городецкого).
В произведениях критической концепции между дворянским и
крестьянским миром пролегает резкая грань. Представители этих культур
не понимают друг друга, противостоят друг другу («Два берега»,
«Сутуловское гнездовье» С.М.Городецкого, «Лерик» С.Н.СергееваЦенского, «Дача», «В одном доме» В.В.Муйжеля).
Для произведений критической концепции дворянской усадьбы
также характерны темы детства, любви и памяти. Но писатели –
представители критической точки зрения на русскую дворянскую усадьбу
дают им иную интерпретацию и оценку.
Параграф первый «Детство как отражение искажённых основ
жизни дворянской усадьбы». Критике подвергается вся система
дворянского воспитания, формирующая личность, обладающую, с точки
зрения писателей, многочисленными пороками («Лерик» С.Н.СергееваЦенского).
Дворянский
мальчик
С.Н.Сергеева-Ценского
—
отрицательный
герой;
основными
его
качествами
являются
эгоистичность, надменность, высокомерие. Герой предельно изолирован
от народной среды, родной русской почвы (идеализирующая концепция,
напротив, подчёркивала органичную связь маленького дворянина с миром
русской деревни и русской культурой). Атмосфера дворянской усадьбы,
система дворянского воспитания рождают, по мысли писателя,
искажённый образ детства и поселяют в герое не свойственные детям
мысли и чувства. Автор акцентирует момент угасания дворянской
усадьбы, подчёркивая и в образе маленького дворянского героя наличие
чего-то «стариковского».
12
В произведениях критической концепции дворянской усадьбы
критерии полноценного детства, отвечающие нравственному и
эстетическому императиву, остаются теми же, что и в произведениях,
идеализирующих дворянскую усадьбу. Но детство дворянского мальчика
рисуется авторами как «искажённое»; носителями истинного детства
оказываются герои разночинского происхождения («Небо» С.Н.СергееваЦенского). Именно эти герои наделены такими чертами детства, как
чистота, доверчивость, любознательность, открытость, «небесность» (то
есть теми чертами, которые были присущи образу дворянского мальчика в
произведениях идеализирующей концепции).
В параграфе втором «Любовь в произведениях критической
концепции дворянской усадьбы» рассматривается процесс разрушения
сложившегося в произведениях идеализирующей концепции мифа о
чистой и возвышенной любви обитателей «дворянских гнёзд».
Приверженцы критической концепции заостряют внимание на
негативных особенностях жизни дворянской усадьбы, особо выделяя
такие черты, как извращённость и низменность чувств в дворянских
кругах. Как грязный пережиток прошлого, в произведениях этой группы
выглядит вседозволенность дворянства, нередко переходящая в разврат и
часто заканчивающаяся трагедией («Петушок. Неделя в Туренёве»,
«Мишука Налымов» А.Н.Толстого). Вседозволенность дворянпомещиков соединяется с такой чертой, как безынициативность и
пассивность в любви. Подобное поведение дворян интерпретируется как
результат их мечтательности, устремлённости к «высшим материям»,
оторванности от реальной жизни, экзальтированности — особенностей
ментальности, которые приводят героев-дворян к трагическому концу
(«Мечтатель (Аггей Коровин)» А.Н.Толстого, «Мечтатели» М.А.Кузмина,
«Наташа» С.А.Ауслендера, «Изломы любви» А.Н.Будищева).
В качестве эффективного способа комического освещения образа
дворянской усадьбы и феномена «усадебной любви» авторами этой
группы произведений используется стилистическая пародия («Набег на
Барсуковку» М.А.Кузмина; «Соревнователь», «Яшмовая тетрадь»
А.Н.Толстого; «Русалочье зелье», «Первая любовь барона фон-Кирилова»
С.А.Ауслендера; «Погибший пловец» Б.А.Садовского). Среди наиболее
востребованных средств создания пародии такие, как нарушение
традиционных сюжетных схем, неожиданная развязка, акцентирование
всевозможных контрастов (между речевыми стилями героев, ситуациями,
словами и поступками героев), умышленное нагнетание высокой
патетической лексики, наделение героев-дворян неблагозвучными и
вызывающими отрицательные культурные ассоциации именами и
фамилиями.
13
В главе делается вывод о различии целей создания пародии в
творчестве А.Н.Толстого и писателей-модернистов. Если целью пародий
А.Н.Толстого является
осмеяние
дворянства
как социальноэкономической группы, то представители стилизаторской школы
(М.А.Кузмин, С.А.Ауслендер, Б.А.Садовской) сосредоточены на
открытии новых возможностей стиля, на усовершенствовании техники
самого искусства. Но поскольку в основу стилистических пародий были
положены реально присущие дворянской культуре особенности, то
разрушение
идиллически-возвышенного
и
опоэтизированного
представления об усадьбе и любви в «дворянском гнезде» происходило в
них независимо от тех целей, которые непосредственно преследовались
их авторами.
В параграфе третьем «Родовая память и роковая
предопределённость» анализируется преломление в произведениях
критической концепции такой основы усадебной жизни, как сохранение
памяти. Отягощённость родовой и культурной памятью, играющая в
произведениях идеализирующей концепции положительную роль, в
творчестве представителей критической концепции дворянской усадьбы
получает крайне негативную оценку. Приверженцы этой концепции
заостряют внимание на моменте несвободы героев от влияния на них сил
рода и рока, нависших над усадьбой.
В работе мы выделяем две тенденции, характеризующие
отношение представителей критической концепции к «духу прошлого» в
усадьбе. Согласно одной из них, атмосфера роковой предопределённости
и мистического кошмара в дворянской усадьбе имеет объективный
характер и не является следствием психического расстройства обитателей
«дворянских гнёзд» («Сутуловское гнездовье» С.М.Городецкого,
«Лебединые клики», «Ильин день» Б.А.Садовского). В этих
произведениях создаётся своеобразный антимиф дворянской усадьбы, в
котором усадебный мир предстаёт как страшный и таинственный,
охваченный силами рока, лишающими героев жизненной энергии,
ведущими их к смерти, часто — к самоубийству («Лебединые клики»
Б.А.Садовского, «Сутуловское гнездовье» С.М.Городецкого, «Печаль
полей» С.Н.Сергеева-Ценского).
В произведениях Б.А.Садовского дворянская усадьба, как и в
произведениях идеализирующей концепции, является ареной борьбы
добра и зла. Однако если в произведениях идеализирующей концепции
эта борьба оканчивается торжеством любви и добра, то в дворянской
усадьбе Б.А.Садовского победа остаётся за дьявольскими силами,
подчиняющими себе души героев («Лебединые клики», «Яблочный
царёк»). Обращение Б.А.Садовского к философской проблематике и
14
символизация образа усадьбы в его произведениях даёт основание не
согласиться с мнением современников о писателе как о чистом
стилизаторе и по-новому определить его место в литературном процессе
начала XX века.
Представители другой тенденции (А.В.Амфитеатров, М.А.Кузмин,
С.А.Ауслендер) скептически относятся к мистицизму обитателей
дворянских усадеб, воспринимая его как психическую болезнь и дурную
наследственность героев. Для дворянских героев произведений
А.В.Амфитеатрова, М.А.Кузмина и С.М.Городецкого характерна
чрезмерная, с точки зрения писателей, увлечённость оккультными
науками, теософией и т.п., следствием чего и является, как правило,
расстройство нервной системы, сумасшествие. Это свидетельствует о
вырождении дворянства, исторической бесперспективности прежней,
дворянской культуры.
В третьей главе «Диалектическая концепция дворянской
усадьбы» анализируется процесс синтеза идеализирующего и
критического взгляда на русскую дворянскую усадьбу, формирующий
отношение к ней писателей «притяжения — отталкивания». Как и в
произведениях идеализирующей концепции, образ дворянской усадьбы
в произведениях диалектической концепции является воплощением
нравственно-эстетических и собственно эстетических норм. Однако
усадебный мир в произведениях этой концепции уже не идеален; так
или иначе он включает в себя элемент дисгармонии.
Авторы диалектической оценки мира дворянской усадьбы также
маркируют в нём свойственные его обитателям высокую, чистую,
трогательную любовь, память прошлого, незабвенность детской поры.
Но каждый из названных срезов мира дворянской усадьбы в их
произведениях отмечен как положительными, так и отрицательными
чертами.
В произведениях диалектической концепции дворянской
усадьбы находят выражение такие модусы художественности, как
трагический и драматический (Тюпа, 2006, с. 65-66). В основе
художественного мира усадьбы в этой концепции лежит драматический
хронотоп «перекрёстка». Ему свойственно историческое время,
наполненное определёнными историческими событиями, датами,
реалиями. Он отражает пересечение времён, эпох, мировых культур,
человеческих судеб и получает воплощение в образах дороги и погоста,
где сходятся пути мёртвых и живых, предков и потомков («Суходол»,
«Новый год», «Последнее свидание» И.А.Бунина; «Серебряный голубь»
А.Белого; «Дальний край» Б.К.Зайцева; «Маргарита Чарова», «Тамара»
Г.И.Чулкова).
15
Субъект повествования в произведениях диалектической
концепции является, как правило, человеком нового времени, «другой»
по отношению к усадьбе эпохи, ощущающий связь с усадьбой и
одновременно свою оторванность от неё («Суходол» И.А.Бунина).
Такое положение повествователя по отношению к усадьбе во многом
определяет двойственность и неоднозначность воззрений на этот
близкий ему, но уходящий в прошлое мир.
Параграф первый «Детство как отражение полноты и
противоречивости бытия». В произведениях диалектической
концепции, так же как и идеализирующей, в образе дворянского
мальчика воплощается авторский идеал героя («Песня жаворонка»,
«Первая любовь», «В деревне», «Далёкое», «У истока дней», «Цифры»,
«Снежный бык» И.А.Бунина; «Детство Тёмы» Н.Г.ГаринаМихайловского). Для авторов этой концепции также важны мотивы
единения маленького дворянина с природой, постоянного чувства
причастности к древнему роду и родной земле, открытости детского
сердца к любви. Однако детство дворянского мальчика в произведениях
диалектической концепции, будучи прекрасной, незабвенной порой
жизни, не является идиллией, поскольку маленьким героям часто
приходится вести борьбу как внутри себя, так и с внешним миром.
Нарушает идиллию детства, в частности, столкновение героя с
непониманием и равнодушием взрослых. В рассказе И.А.Бунина
«Цифры» миры ребёнка и взрослого человека являются воплощением
двух противоположных начал мироздания: образ дворянского
мальчика, несущего в себе Божественное начало жизни, противостоит
образу взрослого человека, через которого проявляет себя начало
дьявольское (рассказчик упоминает имя чёрта).
Причиной трагедии становится также раннее знакомство героев
со смертью («У истока дней» И.А.Бунина, «Детство Тёмы» Н.Г.ГаринаМихайловского). Дворянского мальчика в восприятии смерти отличает
обострённое чувство несоответствия между мёртвым, безобразным,
вселяющим порой ужас и отчаяние, телом и тем живым, любимым,
прекрасным, что прежде наполняло его и теперь уходило «к миру
лучшему».
Как источник внутренних проблем и противоречий в
произведениях диалектической концепции рассматривается кроме того
склонность дворянского героя к рефлексии, обострённое чувствование
мира, стремление постигнуть тайну бытия («У истока дней»
И.А.Бунина), а также с ранних лет работа над собой, преодоление в
себе чувства снобизма и аристократического превосходства перед
людьми более низких сословий («Детство Тёмы» Н.Г.Гарина-
16
Михайловского). В этом пути герою во многом помогают родители,
разрешая ему свободно общаться с представителями из народа, не
скрывая от него всех трудностей жизни бедноты, прививая герою
мысль об ответственности за свои поступки перед другими людьми, о
необходимости соответствовать высокому нравственному идеалу.
Параграф второй «Любовь в произведениях диалектической
концепции дворянской усадьбы». Диалектичностью отличается также
осмысление писателями феномена «усадебной любви». Основным
свойством любви в произведениях диалектической концепции является
двойственность и противоречивость её природы. Любовь обитателей
усадьбы прекрасна, способна пробуждать в человеке самые светлые
чувства («Новый год», «Грамматика любви» И.А.Бунина, «Дальний
край» Б.К.Зайцева), но она заведомо трагична. Трагическая развязка
любовного конфликта (самоубийство, сумасшествие, гибель одного из
возлюбленных, неспособность реализовать себя в жизни, безответная
любовь) является характерной для произведений диалектической
концепции.
Интерпретации любви в дворянской усадьбе в рассматриваемом
корпусе произведений свойственна идущая от Платона традиция
разделения истинной любви на восходящую и нисходящую, или на
Афродиту небесную и Афродиту земную, простонародную. Для многих
героев подобное разделение изображено как роковое и трагическое,
поскольку с их гипертрофированной рефлексией они не способны
соединить в самих себе и в своей жизненной практике эти два начала
(«Маргарита Чарова» Г.И.Чулкова, «Пастораль» С.А.Ауслендера).
В такой интерпретации «усадебной любви» находит отражение
трансформация пасторального жанра, характерная для литературы
рубежа XIX - XX веков. Если пасторали в её классическом модусе было
чуждо трагическое начало и причина несоединения героев скрывалась
во внешнем мире, то в произведениях диалектической концепции
источником трагедии пасторального мира дворянской усадьбы
являются населяющие его герои, в самих себе несущие мучительное
раздвоение и дисгармонию.
В произведениях диалектической концепции получает развитие
характерная для русской литературы XIX века ситуация «русского
человека на rendez-vous». В прозе рубежа XIX - XX веков
фиксированным пространством этой ситуации становится именно
усадьба. Имея много общего с литературой XIX века, ситуация
«русского человека на rendez-vous» в прозе рубежа веков претерпевает
определённое развитие и обогащается существенно новым
содержанием. Мы выделяем четыре момента в развитии данной
17
ситуации: изменение социального статуса героев; появление нового
спектра причин, в связи с которыми мужчина оказывается пассивным
перед лицом любви и ситуация свидания героев не имеет счастливого
конца; перераспределение ролей между героями; открытие в творчестве
символистов мифологической и экзистенциальной основы данной
ситуации, рассмотрение её как философской проблемы сущности бытия
и человеческой души.
В параграфе третьем «Литературоцентричность как одна из
основных
особенностей
образа
дворянской
усадьбы»
рассматривается место культуры в жизни дворянских героев. Если в
произведениях,
идеализирующих
образ
дворянской
усадьбы,
подражание героев образцам русской и мировой литературы и культуры
безоговорочно воспринималось как положительное явление, то в
произведениях диалектической концепции поглощённость героев
литературой имеет двойственную оценку со стороны писателей. С
одной стороны, знакомство с образцами русской и мировой литературы
разных времён оценивается, несомненно, как великий плюс, богатство
дворянской культуры. С другой — такая поглощённость
художественными произведениями подменяет, с точки зрения авторов,
настоящие чувства и переживания героев выдуманными, ограничивает
свободу их поведения, лишает индивидуальности, что приводит к
обеднению «живой жизни» («Книга» И.А.Бунина, «Пастораль»
С.А.Ауслендера).
Жизнь героев дворянской усадьбы в восприятии писателей
оказывается подчинена известным литературным сюжетам, выстроена
по литературным образцам. Эта особенность ярко представлена, в
частности, в произведениях С.А.Ауслендера: судьбу практически
каждого из его героев можно рассмотреть через призму известных
художественных произведений. Герои С.А.Ауслендера вовлечены в
игру литературных сюжетов, и их жизнь зависима от драм Ольги и
Татьяны, Онегина и Ленского («Весёлые святки»), Наташи Ростовой и
Андрея Болконского («Наташа»).
Параграф четвёртый «Дворянская усадьба и Петербург».
Если
в
произведениях
идеализирующей
концепции
такая
противоположность является абсолютной, то в произведениях
диалектической концепции она относительна. Художественная
интерпретация оппозиции «усадьба — столица» в творчестве каждого
писателя имеет свои особенности.
В произведениях И.А.Бунина образы усадьбы и Петербурга
противопоставляются как две эпохи, две культуры: прежняя, уходящая
эпоха расцвета «дворянских гнёзд», с её гармоничностью, чистотой,
18
искренностью, крепостью родовых отношений, и новая —
представленная бессвязной и бессмысленной жизнью Петербурга, с её
однообразием и притворством, чуждостью людей друг другу («Новый
год»). Однако герои И.А.Бунина, испытывая сильное притяжение
усадьбы, одновременно ощущают бесповоротный отрыв от неё; они не
могут представить своего существования в угасающем родовом гнезде
и уезжают в Петербург. В рассказ «Новый год» включается диалог
писателя со стихотворением А.С.Пушкина «Зимнее утро».
Переосмысление И.А.Буниным культурных традиций ведёт к
пониманию того, что золотое прошлое дворянской усадьбы себя
изжило, но с ним умирают и нравственно-эстетические ценности
дворянской культуры, которым нет замены. Такой взгляд на
дворянскую усадьбу отмечен печатью трагизма.
Отличный от бунинского взгляд на оппозицию «усадьба —
Петербург» представлен в произведениях Г.И.Чулкова («Маргарита
Чарова», «Западня», «Ева») и С.А.Ауслендера («Наташа»). Признавая
двойственность и противоречивость Петербурга, его неоднозначность и
неодноплановость, писатели любят этот город. Однако если, несмотря
на ряд отличий друг от друга, в произведениях И.А.Бунина и
С.А.Ауслендера за дворянской усадьбой закрепляется функция
пространства любви, а в Петербурге истинная любовь оказывается
невозможной, то в произведениях Г.И.Чулкова лишаются любви как
мир Петербурга, так и мир усадьбы. Герои Г.И.Чулкова не могут
обрести истинной Божественной любви в земном мире.
Своеобразно представлен конфликт между усадьбой и
Петербургом в «Серебряном голубе» А.Белого: образ дворянской
усадьбы рассматривается автором в связи с проблемой противостояния
в культуре дионисийского и аполлонического начал. Усадьба ТодрабеГраабенов как воплощение аполлонического начала (начала меры,
стройности, культуры, личности, Логоса, разума) противостоит в
повести действующей среди крестьян религиозной секте «голубей» (то
есть хлыстов), в которой находит отражение начало дионисийское,
стремящееся сбросить с себя иго культуры, окунуться в стихию. Но в
повести А.Белого представлено постепенное угасание усадебного духа,
показана замкнутость усадебного мира, сосредоточенность лишь на
своём прошлом, предсказана его гибель в ближайшем будущем.
Параграф пятый «Родовая память и созидательная
активность личности». Неоднозначностью отличается также
отношение представителей диалектической концепции к такому
нравственно-эстетическому основанию дворянской усадьбы, как
родовая память и преемственность. C одной стороны, сохранение
19
памяти мыслится как одна из важнейших жизненных основ, в чём
писатели абсолютно солидарны с А.С.Пушкиным. Память и
преемственность являются также необходимой основой творчества
(«Пост», стихотворение «В горах» И.А.Бунина).
Внимание к традициям, к связи времён в усадебном мире
становится определяющим в противопоставлении И.А.Буниным образа
дворянской усадьбы и образа дачи. Символика дворянской усадьбы,
связанная в ряде произведений писателя с изначальным лоном бытия, с
домом души («Пост»), противостоит даче как временному приюту
человека на земле, в котором герой обычно пребывает в одиночестве
(«И ветер, и дождик, и мгла…», «В дачном кресле, ночью, на
балконе…»). Если в мире дворянской усадьбы человек, с точки зрения
И.А.Бунина, сохраняет свою индивидуальность и в то же время
глубинами души связан со всем мирозданием, то дача лишает его
родовых корней, вселенная человека сужается, мельчает.
Однако, наряду с признанием необходимости сохранения памяти
как для жизни отдельного человека, так и целой культуры, в
произведениях диалектической концепции констатируется факт
сильной, почти тотальной зависимости дворянских героев от власти
прошлого, что не позволяет им активно реализовывать себя в
современной жизни («Последнее свидание» И.А.Бунина). В сознании
дворянских героев происходит трагический разлад между нравственноэстетическими нормами, закреплёнными в жизни дворянской усадьбы,
и теми «мелкими», с их точки зрения, принципами, которые выдвигает
современная им действительность рубежа XIX-XX столетий.
В Заключении подводятся итоги исследования, обобщаются
результаты диссертационной работы. Поднимается и рассматривается
вопрос об особенностях художественной интерпретации образа
дворянской усадьбы разными литературными направлениями конца XIX
– начала XX веков (натуралистическая традиция, реалистическая,
направления символизма, акмеизма, писатели «промежуточного типа»).
Прослеживается судьба образа дворянской усадьбы в литературе первой
волны русской эмиграции, а также влияние морального кодекса
дворянской усадьбы на формирование как оппозиционной линии
советской литературы, так и литературы, ангажированной официальной
идеологией (по логике прямого отталкивания от противного).
Основные положения диссертации отражены в
16 публикациях:
1. Каменских О.А. (Попова О.А.) Миф дворянской усадьбы в творчестве
И.А. Бунина // Периферийность в культуре XX в.: Материалы
20
Всероссийской научно-практической конференции. 27-28 июня 2001
г. Пермь. — Пермь, 2001. — С. 41-46.
2. Каменских О.А. (Попова О.А.) Бунин и Пушкин: культурный диалог (в
дооктябрьском творчестве Бунина) // Проблемы филологии:
Материалы конференции молодых ученых и студентов (апрель 2002
г.). Перм. ун-т. — Пермь, 2003. — С.113-115.
3. Попова О.А. Дворянское гнездо в творчестве С.М. Городецкого //
Проблемы филологии: Материалы конференции молодых ученых и
студентов (апрель 2002г.). / Перм. ун-т. — Пермь, 2003. — с.145-147.
4. Попова О.А. Природа в дворянском тексте русской литературы нач. XX
в. // Природа: материальное и духовное. Тезисы и доклады
Всероссийской научной конференции Института русской литературы
(Пушкинский дом) РАН и Ленинградского государственного
областного университета имени А.С. Пушкина «Пушкинские чтения2002». 6-7 июня 2002 г. — СПб., ЛГОУ им. А.С. Пушкина, 2002. —
С.69-71.
5. Попова О.А. Пространство и время в мифологическом мире дворянской
усадьбы в русской литературе первой половины XX в. // Миф и
рациональность в XX в. Материалы четырнадцатой Всероссийской
конференции студентов, аспирантов, докторантов «Майские чтения»
(15 мая 2002г.). — Пермь, ПГТУ,2002. — С.30-31.
6. Попова О.А. Место и роль усадебного мифа А.С.Пушкина в творчестве
И.А.Бунина // Эстетические и лингвистические аспекты анализа
текста и речи. — Сб. ст. Всероссийской (с международным участием)
научной конференции. — 20-22 февраля 2002 г. — В 3 т. —
Соликамск, 2002. — т.II. — С.445-450.
7. Попова О.А. Родовая память усадебного мира и созидательная
активность личности в русской литературе первой пол. XX в. //
Родовое сознание и духовное предпринимательство: Материалы
международной молодежной научно-практической конференции. 2730 марта 2002 г. / Пермь. — Пермь: Изд-во ПРИПИТ, 2002. — С.205207.
8. Попова О.А. Дворянская любовь в русской прозе 1900-1910-х гг. //
Проблемы филологии и преподавания филологических дисциплин:
Материалы научных конференций 2003-2004 гг. / Перм. ун-т. —
Пермь, 2005. — С. 96-97.
9. Попова О.А. Культурно-контекстуальный подход в изучении русской
прозы 1900-1910-х годов // Учебный процесс в современной высшей
школе: содержательные, организационные и научно-методические
проблемы: Материалы Международной Научно-методической
конференции (Пермь, Перм. ун-т, 19-21 мая 2004 г.) / Перм. ун-т,
Пермь, 2004. — С.254-255.
10. Попова О.А. Детство в «дворянском гнезде» в русской прозе 1890 1910-х гг. // Языковое сознание и текст: Межвуз. сб. науч. тр. / Перм.
гос. ун-т. — Пермь,2004. — С.45-56.
21
11. Попова О.А. Образ дворянского мальчика в русской прозе конца XIXначала XX вв. (И.А.Бунин, С.Н. Сергеев-Ценский) // Подходы к
изучению текста: Материалы Междунар. конф. студентов, аспирантов
и молодых преподавателей (Ижевск, 22 – 23 апр. 2005 г.). Отв. ред.
Н.А.Ремизова. — Ижевск, 2005. — С.72 – 78.
12. Попова О.А. Тайна дворянского гнезда в прозе Г.И. Чулкова //
Проблемы функционирования языка в разных сферах речевой
коммуникации: Материалы Междунар. науч. конф. (Пермь, 5-7
октября 2005) / Отв. ред. М.П.Котюрова; Перм. ун-т. — Пермь, 2005.
— С.325-330.
13. Попова О.А. «Русский человек на rendez-vous» в прозе начала XX века
// Кормановские чтения: Материалы Межвуз. конф. (Ижевск, апрель,
2006) / Сост. Н.С.Изместьева, Д.И.Черашняя. Ижевск, 2006. Вып.6. —
С.164-167.
14. Попова О.А. Художественная концепция творчества в произведениях
Б.Лившица и И.Бунина // В.В.Каменский в культурном пространстве XX
века: Материалы международной научно-практической конференции. —
Пермь, 2006. — С. 73-82.
15. Попова О.А. Троицын день в мире дворянской усадьбы русской прозы
первой трети XX века // Национально-культурная специфика текста:
межвуз. сб. науч. тр. / Пермь, 2007. — С. 95-102.
Статья, опубликованная в рекомендованных ВАК изданиях:
16. Попова О.А. Образ дворянской усадьбы в рассказе И.А.Новикова
«Петух» как арена мировой борьбы добра и зла // Вестник Московского
государственного университета леса — Лесной вестник. — 2006. — № 6
(48). — С. 197-201.
22
Скачать