Section 1 the exam - Faculty of Modern and Medieval Languages

Page 1 of 91
Dzerzhinskii Lenin and Trotskii in Moscow, December 1918
Claire Knight
[email protected]
Page 2 of 91
The course is designed to provide you with a thorough grounding in and advanced
understanding of Russia’s social, political and economic history in the period under
review and to prepare you for the exam.
You’ll need some knowledge of European and Russian history so read the following
before the course starts:
Hobsbawm, E. J.
Stone, N.
Westwood, J.
The Age of Empire 1875-1914 (1988)
The Age of Extremes 1914-1991 (1994)
World War One: A Short History (2007)
Endurance and Endeavour: Russian History 1812-1917 (4th ed., 1993)
Briefing meeting: There’ll be a meeting at 12.00 on the Wedenesday before the first
teaching day of Michaelmas. Check with the departmental secretary for the venue. It’s
essential that you attend and bring this handbook with you.
The course comprises three elements: lectures, supervisions and reading.
Lectures: you’ll have sixteen lectures, eight in Michaelmas and eight in Lent. The
lectures provide an introduction to and overview of the course, but no more. It’s
important to understand that the lectures alone won’t enable you to cover the course, nor
will they by themselves prepare you for the exam. They’re not a substitute for reading,
only a supplement to reading.
Supervisions: you’ll have one semimar in Michaelmas term and ten supervisions, four in
Michaelmas, four in Lent and two in Easter.
Reading: to study history is, primarily, to read, so reading is the most important aspect of
the course. You must understand from the outset that this is primarily a reading course
and that, above all, you’ll need to commit to reading extensively and consistently. That’s
why the bulk of the handbook is devoted to providing you with detailed guidance on
The handbook is divided into five sections:
Section 1 the exam
Section 2 lectures
Section 3 supervisions
Section 4 reading
Section 5 primary sources
Check each section carefully so you understand the course structure and timetable and
exactly what’s expected of you.
Page 3 of 91
The exam paper is divided into three sections and you answer one question from each
section. All questions have equal weight.
Section A deals with the course’s four primary sources. There are always four questions,
one on each source.
Section B has at least six questions. Most cover the period 1917 to c.1930 but there’ll
sometimes be one or two questions of a general nature covering the whole period of the
Section C has at least six questions. Most cover the period c.1930 to 1991 but, as in
section B, there’ll sometimes be one or two questions of a general nature covering the
whole period of the paper.
Section A is predictable because you can choose in advance which primary source you
want to concentrate on in the knowledge that it will always come up on the paper. You
should study the sources (section 5) as part of your specialist reading (section 4.2) and
we’ll look at them in detail in supervisions (section 3).
Sections B&C are periodized (with the occasional general question included in each), but
you’ll be asked to respond to problems and issues within periods, not simply to periods.
You should note that there’s no guarantee that a particular problem or issue will always
come up in sections B&C, or that problems or issues won’t be conflated. This means that
you can’t ‘topic spot’ by focussing your work on a narrow aspect of the course – mugging
up a couple of problems or issues and hoping they’ll see you through, for instance. You’ll
have to do the whole course in order to be prepared for the exam. On the other hand you
won’t be asked to respond to anything outside the course aims.
You should look at some past papers to get a feel for the style of questions.
Page 4 of 91
Unless otherwise indicated all lectures are on Thursdays at 12.00 and last for one hour.
Check with the departmental secretary for venues.
Introduction to the course
Russia’s Revolutions c.1917-21
From autocracy to socialism: The ‘Great October’
The end Bolshevism?: The crises of 1918-21
The worlds of Bolshevism c.1921-29
The illusions of power: NEP and its discontents
World revolution or Soviet power?: Foreign policy and the Comintern
The realities of power: The rise of Stalin
The ‘Second Revolution’ c.1929-41
Revolution from above I: The пятилетка
Revolution from above II: Collectivization
The Stalin epoch c.1929-53
Revolution from above III: Culture and society
Чистки and Ежовщина: The problem of the ‘purges’
Social fascism and after: Foreign policy and the Comintern
The crucible: The Great Patriotic War
The burden of the past c.1953-91
Behind the iron curtain: Late Stalinism
Stalin’s heirs: The limits to reform
‘Developed socialism’: Stability or decay?
The crises of the old regime: The unfinished revolution
Page 5 of 91
These will take the form of one seminar and ten supervisions. The seminar lasts for
between one and a half hours, supervisions for one hour.
Seminar: Researching and writing history (with Ru7, Thursday 7 October 17.30
venue tba)
How to analyse, research and respond to supervision essays and exam questions. No
preparation necessary.
Essay supervision
Choose a question from topics I-III of the Michaelmas list (p.6). Preparation: you
can do any question you like from within a topic but make sure your supervision
partners do the same topic as you. Aim at five to six sides of typed A4; research
using the general and topic-related reading in the reading lists; cite quotations by
footnoting; end with a full bibliography. You must give me your essays at the
lecture prior to your supervision. Please note that I won’t be able to read or mark
late work.
Essay supervision
Choose a question from topics I-III of the Michaelmas list (apart from the topic
you’ve covered in 1). Preparation: as for 1.
Essay supervision
Choose a question from topics I-III of the Michaelmas list (apart from the topics
you’ve covered in 1 & 2). Preparation: as for 1.
Essay supervision
Choose a question from topic IV of the Michaelmas list. Preparation: as for 1.
Essay supervision
Choose a question from topics V-VII of the Lent list (p.7). Preparation: as for 1.
Essay supervision
Choose a question from topics V-VII of the Lent list (apart from the topic you’ve
covered in 5). Preparation: as for 1.
Essay supervision
Choose a question from topics V-VII of the Lent list (apart from the topics you’ve
covered in 5 & 6). Preparation: as for 1.
Essay supervision
Choose a question from topic VIII of the Lent list. Preparation: as for 1.
Essay supervision
Choose a question from topic IX of the Easter list (p.8). Preparation: as for 1.
Essay supervision
Choose a question from any list or from a past paper and write an essay under exam
Page 6 of 91
Topic I
‘The October Revolution would have happened with or without the Bolsheviks.’
‘The dispersal of the Constituent Assembly signalled the end of the Revolution’s
“alternative future”.’ Discuss.
‘The Reds won the Civil and Imperialist War in spite of, not because of, the
Bolsheviks.’ Discuss.
‘The one-party state was an unforeseen and unintended consequence of the October
Revolution.’ Discuss.
Topic II
‘By 1924 Bolshevism was a spent force.’ Discuss.
‘The self-sufficiency of the peasantry doomed the NEP.’ Discuss.
‘Despite all appearances to the contrary Soviet foreign policy remained
revolutionary.’ Discuss with reference to the period 1921-33.
Account for the rise of Stalin in the period up to c.1929.
Topic III
‘The пятилетка turned the Soviet Union into a socialist country.’ Discuss.
Discuss the interrelationship between collectivization and the пятилетка.
‘Collectivization was inevitable.’ Discuss.
‘The collectivization drive was a failure; politically, socially and economically.’
Topic IV
Discuss the usefulness to historians of ONE of the following sources:
(a) В. И. Ленин, Апрельские тезисы.
(b) Заседание ЦК РСДРП(б) января и февраля 1918 г.
Page 7 of 91
Topic V
‘Socialist construction improved the lives of the masses.’ Discuss.
‘By 1933 the “Great Breakthrough” had ended in disaster.’ Discuss.
Examine the social changes of the period 1928-41.
17 Assess the significance of the ‘Cultural Revolution’ and the ‘Great Retreat’.
Topic VI
‘The “purges” of the 1930s have been explained in different ways, but no
explanation is entirely satisfactory.’ Discuss.
‘The Ежовщина was the logical outcome of Bolshevism.’ Discuss.
‘By the time of the XVIII Party Congress Stalin had raised himself to a position of
absolute power.’ Discuss.
Examine the view that the concept of ‘totalitarianism’ is no longer useful when
applied to the history of the Stalin period.
Topic VII
‘By 1939 the Soviet regime had no choice but to seek an alliance with Nazi
Germany.’ Discuss.
‘Soviet foreign policy in the 1930s was aggressive, not defensive.’ Discuss.
‘The Soviet Union owed its victory over Hitler to Stalin’s industrialization drive.’
Discuss the social and political impact of the Great Patriotic War on the Soviet
Topic VIII
Discuss the usefulness to historians of ONE of the following sources:
(a) И. В. Сталин, О задачах хозяйственников.
(b) Н. С. Хрущев, Доклад на закрытом заседании XX съезда КПСС.
Page 8 of 91
Topic IX
Write an essay on one of the following:
Assess the significance of ANY TWO of the following: (a) The Leningrad Affair;
(b) The Doctors’ Plot; (c) The Mingrelian Case; (d) The Zhdanovshchina.
‘The apotheosis of Stalin masked the diminution of his power.’ Discuss with
reference to the period 1941-53.
‘“Late Stalinism” bequeathed insoluble problems to the Soviet Union.’ Discuss.
‘What Khrushchev began, Gorbachev was unable to complete.’ Discuss.
Topic X
Choose a revision question
Page 9 of 91
Hardcopy Many books and articles are in our MML library. Many, however, aren’t in
our library and very few will be in your college libraries, so you must get used to using
the Seeley Library (in the History Faculty next to the Law building) and Marshall Library
(in the Economics Faculty beside the Buttery) as well as the UL. Note that early volumes
of Slavic Review may be catalogued as American Slavic Review.
Online JSTOR ( is an excellent site for journal articles. For a
wonderful site on Marxism, Russian revolutionaries and a host of revolutionary and
radical figures in general see ( If you come across other good
sites let me know. Avoid popular sites like Wikipedia – they are full of inaccurate
General works are listed in rough chronological/thematic order. Of course you
can’t possible read them all, nor are you expected to. They are for you to consult as
necessary throughout the course. An invaluable work, which you should get to
know and will often find useful on a given topic before you read anything else, is
Wieczynski, J. L., ed.,
The Modern Encyclopaedia of Russian and Soviet History (multi-volume
1976 onwards).
It’s commonly known as MERSH and is on reference in our library.
Specialist reading is listed under each lecture heading. Don’t do any specialist
reading until you’ve consulted a few general works. Again, you’re not expected to
read everything. The lists are to guide you to a range of texts when you need to
deepen your knowledge of a particular topic.
Page 10 of 91
Standard works:
Acton, A.
Gilbert, M.
Hosking, G. A.
Schapiro, L.
Ward, C.
_____, ed.
Axell, A.
Cohen, S. F.
Crouch, M.
Deutscher, I.
Jansen, M. & Petrov, N.
Knight, A.
Linden, C. A.
Medvedev, R.
Read, C.
Service, R.
Thatcher, I.
Tucker, R. C.
Williams, B.
Acton, E., Cherniaev, V.
& Rosenberg, W., eds.
Fitzpatrick, S.
Frankel, E., Frankel, J.
& Knie-Paz, B., eds.
Koenker, D. &
Rosenberg, W.
Kowalski, R.
Smith, S. A.
Stites, R.
Wade, R.
General Soviet:
Bailes, K. E.
Boym, S.
Brooks, J.
Carr, E. H.
Carrère d’Encausse, H.
Chatterjee, C.
Clements, B. E.
Daniels, R. V.
Davies, R. W.
Davies, S.
Fueloep-Miller, R.
Hough, J. F. &
Fainsod, M.
Hutton, M. J.
Lapidus, G. W.
Rethinking the Russian Revolution (1991).
Routledge Atlas of Russian History (2006).
A History of the Soviet Union (1985).
The Communist Party of the Soviet Union 1908-1953 (1960).
Stalin’s Russia (1993).
The Stalinist Dictatorship (1998).
Marshal Zhukov (2002).
Bukharin and the Bolshevik Revolution: A Political Biography 1888-1938
Revolution and Evolution: Gorbachev and Soviet Politics (1989).
Stalin: A Political Biography (1949).
The Prophet Armed: Trotsky 1879-1921 (1954).
The Prophet Unarmed: Trotsky 1921-1929 (1959).
Stalin’s Loyal Executioner: Commissar Nikolai Ezhov 1895-1940 (2002).
Beria: Stalin’s First Lieutenant (1994).
Khrushchev and the Soviet Leadership 1957-1964 (1966).
Khrushchev: The Years of Power (1976).
Lenin: A Revolutionary Life (2005).
Lenin: A Political Life (vols.1-3, 1995).
Lenin: A Biography (2000).
Trotsky (2002).
Stalin as Revolutionary 1879-1929: A Study in History and Personality (1974).
Stalin in Power: The Revolution from Above 1928-41 (1990).
Lenin (2000).
Critical Companion to the Russian Revolution 1914-1921 (1997).
The Russian Revolution (1982).
Revolution in Russia: Reassessments of 1917 (1992).
Strikes and Revolution in Russia 1917 (1989).
The Russian Revolution 1917-1921 (1997).
The Russian Revolution. A Very Short Introduction (2002).
Revolutionary Dreams: Utopian Visions and Experimental Life in the Russian
Revolution (1989).
The Russian Revolution 1917 (2000).
Technology and Society Under Lenin and Stalin (1978).
Common Places: Mythologies of Everyday Life in Russia (1994).
Thank You, Comrade Stalin! Soviet Public Culture from Revolution to Cold War
The Russian Revolution from Lenin to Stalin 1917-1929 (1979).
A History of the Soviet Union 1917-1953 (vols.1-2, 1981).
Celebrating Women: Gender, Festival Culture and Bolshevik Ideology 1910-39
Bolshevik Women (1997).
The Conscience of the Revolution: Communist Opposition in Soviet Russia
Soviet Economic Development from Lenin to Khrushchev (1998).
Popular Opinion in Stalin’s Russia: Terror, Propaganda and Dissent (1997).
The Mind and Face of Bolshevism (1926).
How the Soviet Union is Governed (1979).
Russian and West European Women 1860-1939: Dreams, Struggles and
Nightmares (2001).
Women in Soviet Society (1978).
Lewin, M.
Moon, D.
Narkiewicz, O.
Nove, A.
Pethybridge, R.
Siegelbaum, L.
Smith, M. G.
Tucker, R. C.
Yaney, G. L.
Stalin period:
Andreev-Khomiakov, G.
Boffa, G.
Dunham, V.
Fitzpatrick, S.
_____, ed.
Kravchenko, V.
Scott. J.
Siegelbaum, L. &
Rosenberg, W., eds.
Thurston, R. W.
Post-Stalin period:
Keep, J. L. H.
Kelly, D. R.
Lewin, M.
Merridale, C. &
Ward, C., eds.
Narkiewicz, O.
Nove, A.
Page 11 of 91
The Making of the Soviet System (1985).
The Russian Peasantry 1600-1930 (1999).
The Making of the Soviet State Apparatus (1970).
An Economic History of the USSR (1969).
The Social Prelude to Stalinism (1974).
Soviet State and Society Between Revolutions 1918-1929 (1992).
Language and Power in the Creation of the USSR 1917-1953 (1998).
Political Culture and Leadership in Soviet Russia from Lenin to Gorbachev
The Urge to Mobilize: Agrarian Reform in Russia 1861-1930 (1982).
Bitter Waters: Life and Work in Stalin’s Russia (1997).
The Stalin Phenomenon (1992).
In Stalin’s Time: Middleclass Values in Soviet Fiction (2nd. ed., 1990).
Everyday Stalinism: Ordinary Life in Extraordinary Times: Soviet Russia in the
1930s (1999).
Stalinism: New Directions (2000).
Stalin’s Peasants (1994).
I Chose Freedom. The Personal and Political Life of a Soviet Official (1947).
Behind the Urals. An American Worker in Russia’s City of Steel (1942).
Social Dimensions of Soviet Industrialization (1993).
Life and Terror in Stalin’s Russia 1934-1941 (1996).
Last of the Empires: A History of the Soviet Union 1945-91 (1995).
The Politics of Developed Socialism: The Soviet Union as a Post-Industrial
State (1986).
The Gorbachev Phenomenon. An Historical Interpretation (1988).
Perestroika in Historical Perspective (1991).
Soviet Leaders: From the Cult of Personality to Collective Rule (1986).
Stalinism and After (1975).
Page 12 of 91
The questions grouped under each lecture heading relate broadly to the kind of issues
historians are interested in, so you should keep them in mind when you’re reading.
Lecture 1: Introduction: February 1917
Was there a ‘revolutionary situation’ before the war? Why did the autocracy collapse in
February 1917? What role was played by various social groups and by revolutionary
parties and leaders in the city? What popular institutions were created by revolution?
On the Duma Monarchy see:
Byrnes, R.
‘Russian conservative thought before the Revolution’, in Stavrou, T., ed., Russia
Under the Last Tsar (1969).
Conolly, V.
‘The “nationalities question” in the last phase of tsardom’, in Katkov, G. &
Oberländer, E., eds., Russia Enters the Twentieth Century 1894-1917 (1970).
Emmons, T.
‘The zemstvo in historical perspective’, in Emmons, T. & Vucinich, W. S., eds.,
The Zemstvo in Russia (1982).
Hunczak, T., ed.
Russian Imperialism from Ivan the Great to the Revolution (1974) articles by
Sung-Hwan Chang, Wheeler.
Simon, G.
‘Church, state and society’, in Katkov, G. & Oberländer, E., eds., Russia Enters
the Twentieth Century 1894-1917 (1970).
Starr, S. F.
‘Tsarist government: the Imperial dimension’, in Azrael, J. R., ed., Soviet
Nationality Policies and Practices (1978).
Zenkovsky, S. A.
‘The emancipation of the serfs in retrospect’, Russian Review (4, 1961).
On the war see:
Ferro, M.
Hamm, M. F.
Jahn, H. F.
Pearson, R.
Stone, N.
Strachan, H.
On February see:
Bonnell, V. E.
Burdzhalov, E. N.
Carr, E. H.
Hasegawa, T.
Katkov, G.
Koenker, D &
Rosenberg, W. G.
Mandel, D.
Rodzianko, M.
Wildman, A.
On peasant responses to war: Slavic Review (2, 2000).
The Great War 1914-1918 (1973).
‘Liberal politics in wartime Russia: an analysis of the Progressive Bloc’, Slavic
Review (3, 1974).
‘For Tsar and Fatherland? Russian popular culture and the First World War’, in
Frank, S. & Steinberg, d. eds., Cultures in Flux: Lower-Class Values, Practices,
and Resistance in Late Imperial Russia (1994).
The Russian Moderates and the Crisis of Tsarism 1914-1917 (1977).
The Eastern Front 1914-1917 (1975).
The First World War. Vol.1: To Arms (2001) ch.1.
Roots of Rebellion: Workers' Politics and Organizations in St Petersburg and
Moscow 1900-1914 (1983) part 4, conclusion.
Russia's Second Revolution: The February 1917 Uprising in Petrograd (1987).
1917: Before and After (1969).
‘The Bolsheviks and the formation of the Petrograd Soviet in the February
Revolution’, Soviet Studies (29, 1977).
‘The formation of the militia in the February Revolution: an aspect of the origins
of dual power’, Slavic Review (2, 1973).
The February Revolution: Petrograd, 1917 (1981) .
Russia 1917: The February Revolution (1967).
Strikes and Revolution in Russia, 1917 (1989) chs.1,3,10.
The Petrograd Workers and the Fall of the Old Regime (1983).
The Reign of Rasputin: An Empire's Collapse (1973) chs.15-17.
‘The February Revolution in the Russian Army’, Soviet Studies (1, 1970-1).
The End of the Russian Imperial Army (vol.1, 1980).
Page 13 of 91
Russia’s revolutions c.1917-21
Lecture 2: From autocracy to socialism: The ‘Great October’
What popular institutions were created by revolution and what role did they play? What
role was played by revolutionary leaders? Was the ‘Great October’ a popular soviet
rising, a Bolshevik revolution or a coup initiated by the Leninist faction of the party?
On the Provisional Government see:
Gill, G. S.
‘The failure of rural policy in Russia, February-October 1917’, Slavic Review (2,
Orlovsky, D. T.
‘Reform during the Revolution: governing the provinces in 1917’, in Crummey,
R. O., ed., Reform in Russia and the USSR (1989).
Riha, T.
‘1917 — a year of illusions’, Soviet Studies (1, 1967-8).
von Laue, T. H.
‘Westernization, revolution and the search for a basis of authority’, Soviet
Studies (2, 1967-8).
On the approach to October see:
Ferro, M.
‘The Russian soldier in 1917: undisciplined, patriotic and revolutionary’, Slavic
Review (3, 1971).
Figes, O.
‘The Russian Revolution and its language in the village’, Russian Review (3,
Gill, G.
‘The mainsprings of peasant action in 1917’, Soviet Studies (1, 1978).
Heenan, L. E.
The Russian Democracy’s Fatal Blunder: the Summer Offensive of 1917 (1987).
Kaiser, D. H., ed.
The Workers’ Revolution in Russia 1917: The View from Below (1987) articles
by Koenker, Smith.
Pethybridge, R.
The Spread of the Russian Revolution: Essays on 1917 (1972) ch.6.
Raleigh, D.
‘Revolutionary politics in provincial Russia: the Tsaritsyn “Republic” in 1917’,
Slavic Review (2, 1981).
Rosenberg, W. G.
‘The democratization of Russia’s railroads in 1917’, American Historical
Review (5, 1981).
Rosenberg, W. G. &
‘The limits of formal protest: worker activism and social polarization in
Koenker, D. P.
Petrograd and Moscow, March to October 1917’, American Historical Review
(2, 1987).
Wade, R.
‘Why October? The search for peace in 1917’, Soviet Studies (2, 1968-9).
Steinberg, M. D.
Voices of Revolution 1917 (2002).
On the Bolsheviks see:
Barfield, R.
Frankel, J.
Johnson, M. P.
Koenker, D. P.
Lenin, V. I.
Longley, D. A.
Melancon, M.
Rabinowitch, A.
Saul, N. E.
Thatcher, I.
Tombs, R.
White, J.
‘Lenin’s utopianism: State and Revolution’, Slavic Review (1, 1971).
‘Lenin’s doctrinal revolution of April 1917’, Journal of Contemporary History
(2, 1969).
The Paradise of Associations: Political Culture and Popular Organizations in
the Paris Commune of 1871 (1996).
‘The evolution of party consciousness in 1917: the case of Moscow workers’,
Soviet Studies (1, 1978).
Imperialism, The Highest Stage of Capitalism (1916).
‘The divisions in the Bolshevik party in March 1917’, Soviet Studies (1, 1972-3).
‘The Left Socialist Revolutionaries and the Bolshevik uprising’ in Brovkin, V.
N. ed., The Bolsheviks in Russian Society: The Revolution and the Civil Wars
The Bolsheviks Come to Power (1976) chs.5,8,11.
‘Lenin's decision to seize power: the influence of events in Finland’, Soviet
Studies (4, 1972-3).
Leon Trotsky and World War One (2000).
The Paris Commune, 1871 (1999).
Lenin: The Practice and Theory of Revolution (2000).
Associated primary source:
В. И. Ленин, Апрельские тезисы.
Page 14 of 91
Lecture 3: The end of Bolshevism?: The crises of 1918-21
What crises faced the Soviet regime in the period 1918-21 and how did it overcome
them? Had Bolshevism disintegrated by 1921?
On the Civil and Imperialist wars see:
Bradley, J.
Civil War in Russia 1917-1920 (1975) ch.7.
Davies, N.
‘The missing revolutionary war’, Soviet Studies (1, 1975).
Figes, O.
Peasant Russia, Civil War: The Volga Countryside in Revolution 1917-1921
(1989) chs.5-6, conclusion.
Footman, D.
Civil War in Russia (1961) introduction, conclusion.
Kenez, P.
‘The ideology of the White movement’, Soviet Studies (1, 1980).
Koenker, D., et al., eds. Party, State and Society in the Russian Civil War: Explorations in Social
History (1989) articles by Fitzpatrick, Haimson, Lewin.
Swain, G.
The Origins of the Russian Civil War (1995).
On political & social opposition see:
Aves, J.
Workers Against Lenin (1996).
Avrich, P.
Kronstadt, 1921 (1970).
The Russian Anarchists (1967) chs.7-8.
Clements, B. E.
‘Working-class and peasant women in the Russian Revolution, 1917-1923’,
Signs (8, 2, 1982).
Getzler, I.
Kronstadt 1917-1921 (1983) chs.6-7.
Hatch, J.
‘Working-class politics in Moscow during the early NEP: Mensheviks and
workers’ organizations 1921-22’, Soviet Studies (4, 1987).
Mawdsley, E.
‘The Baltic Fleet and the Kronstadt mutiny’, Soviet Studies (4, 1972-3).
Radkey, O.
The Election to the Russian Constituent Assembly of 1917 (1950).
Singleton, S.
‘The Tambov Revolt (1920-21)’, Slavic Review (3, 1966).
The Unknown Revolution (1955) part 1.
On the Bolsheviks see:
Avrich, P. H.
Benvenuti, F.
Duval, C.
Fitzpatrick, S.
Koenker, D., et al., eds.
Kowalski, R. I.
Liebman, M.
Lih, L. T.
Rigby, T. H.
Rosenberg, W. G., et al.
‘The Bolshevik Revolution and workers’ control in Russian industry’, Slavic
Review (1, 1963).
The Bolsheviks and the Red Army 1918-1922 (1988) chs.4-5.
‘Yakov M. Sverdlov and the All-Russian Executive Committee of Soviets
(VTsIK): a study in Bolshevik consolidation of power, October 1917 - July
1918’, Soviet Studies (1, 1979).
‘The civil war as a formative experience’, in Gleason, A., et al., eds., Bolshevik
Culture (1985).
Party, State and Society in the Russian Civil War: Explorations in Social
History (1989) articles by Bonnell, McAuley, Orlovsky.
The Bolshevik Party in Conflict: The Left Communist Opposition in 1918
The Russian Revolution: The Origins, Phases and Meanings of the Bolshevik
Victory (1970) chs.10-11.
‘Bolshevik razverstka and War Communism’, Slavic Review (4, 1986).
Lenin’s Government: Sovnarkom 1917-1922 (1979) part 3.
‘Russian labor and Bolshevik power after October’, Slavic Review (2, 1985).
Associated primary source:
Заседание ЦК РСДРП(б) января и февраля 1918 г.
Page 15 of 91
The worlds of Bolshevism c.1921-29
Lecture 4: The illusions of power: NEP and its discontents
What were the main aims and features of the NEP? How successful was it? Why was the
ruling elite so divided over the NEP? How was the party organized and how did it
change? What were the relationships between party and society?
On NEP see:
Bailes, K. E.
‘Alexei Gastev and the Soviet controversy over Taylorism 1918-24’, Soviet
Studies (3, 1977).
Ball, A. M.
Russia’s Last Capitalists: The Nepmen 1921-29 (1987) part 1, epilogue.
Chase, W.
Workers, Society, and the Soviet State: Labor and Life in Moscow 1918-29
(1987) ch.6.
Erlich, A.
The Soviet Industrialization Debate 1924-1928 (1960) part 1.
Fitzpatrick, S., et al., eds. Russia in the Era of NEP: Explorations in Soviet Society and Culture (1991)
articles by Altrichter, Hatch, Robin, Weissman.
Harrison, M.
‘Chayanov and the marxists’, Journal of Peasant Studies (1, 1979).
Male, D. J.
‘The village community 1925-30’, Soviet Studies (3, 1962-3).
Yaney, G. L.
‘Agricultural administration in Russia from the Stolypin reforms to forced
collectivization: an interpretive study’, in Millar, J. R., ed., The Soviet Rural
Community (1971).
On the party-state see:
Aves, J.
Pipes, R.
Rigby, T. H.
Siegelbaum, L. H.
Ulam, A. B.
‘The demise of non-Bolshevik trade unionism 1920-21’, Revolutionary Russia
(1, 1989).
The Formation of the Soviet Union (1957) chs.1,6.
‘Staffing USSR incorporated., The origins of the nomenklatura system’, Soviet
Studies (4, 1988).
‘State and society in the 1920s’, in Crummey, R. O., ed., Reform in Russia and
the USSR (1989).
‘The uses of revolution’, in R. Pipes, ed., Revolutionary Russia (1968).
On society and culture see:
Borboff, A.
‘The Bolsheviks and working women’, Soviet Studies (4, 1974).
Clements, B. E.
‘The utopianism of the Zhenotdel’, Slavic Review (51, 3, 1992).
Farnsworth, B. B.
‘Bolshevism, the woman question and Alexandra Kollontai’, American
Historical Review (2, 1976).
Fitzpatrick, S.
‘The “soft line” on culture and its enemies: Soviet cultural policy 1922-1927’,
Slavic Review (2, 1974).
The Commissariat of Enlightenment (1970) ch.5.
_____, et al., eds.
Russia in the Era of NEP: Explorations in Soviet Society and Culture (1991)
articles by Fitzpatrick, Johnson, Rosenberg.
Gooderham, P.
‘The Komsomol and worker youth: the inculcation of “communist values” in
Leningrad during NEP’, Soviet Studies (4, 1982).
Hayden, C. E.
‘The Zhenotdel and the Bolshevik party’, Russian History (3, 2, 1976).
Sakwa, R.
‘The Soviet state, civil society and Moscow politics: stability and order in early
NEP 1921-24’, in Cooper, J., et al., eds., Soviet History 1917-53: Essays in
Honour of R. W. Davies (1995).
Smith, J.
The Bolsheviks and the National Question 1917-23 (1999).
Stites, R.
The Women’s Liberation Movement in Russia. Feminism, Nihilism and
Bolshevism 1860-1930 (1978) part 4.
Young, G.
Power and the Sacred in Revolutionary Russia: Religious Activists in the Village
Williams, R. C.
‘The nationalization of early Soviet culture’, Russian History (2-3, 1982).
Wood, E. A.
The Baba and the Comrade: Gender and Politics in Revolutionary Russia
Page 16 of 91
Lecture 5: World revolution or Soviet power?: Foreign policy and the Comintern
How did Soviet foreign policy change after the Brest-Litovsk crisis and the introduction
of the NEP? What role was played by the Comintern?
On the first years of Soviet power see:
Debo, R.
Revolution and survival: the Foreign Policy of Soviet Russia 1917-18 (1979).
Survival and consolidation: the Foreign Policy of Soviet Russia 1918-1921
On the NEP years see:
Debo, R.
Ulum, A.
‘G. V. Chicherin’, in Gorodetsky, G., ed., Soviet Foreign Policy 1917-91: A
Retrospective (1994).
‘The NEP in foreign policy: the Genoa Conference and the Treaty of Rapallo’, in
Gorodetsky, G., ed., Soviet Foreign Policy 1917-91: A Retrospective (1994).
‘Russo-German military collaboration during the Weimar Republic’, American
Historical Review (63, 1957-8).
‘The formulation of Soviet foreign policy —ideology and realpolitik’, in
Gorodetsky, G., ed., Soviet Foreign Policy 1917-91: A Retrospective (1994).
Russia and the World 1917-91 (1998).
‘Attempting a revolution from without; Poland in 1920’, Hammond, T. T. &
Farrell, R., eds., The Anatomy of Communist Takeovers (1975).
Expansion and Coexistence: Soviet Foreign Policy 1917-73 (2nd ed., 1974).
On China see:
Brandt, C.
Deutscher, I.
Isaacs, H. R.
North, R. C.
Pantsov, A.
Trotsky, L. D.
Stalin’s Failure in China (1958).
‘The Comintern betrayed’, in Mount, F., ed., Communism (1992).
The Tragedy of the Chinese Revolution (1951).
Moscow and the Chinese Communists (1963).
The Bolsheviks and the Chinese Revolution 1919-1927 (2002).
Problems of the Chinese Revolution (trans. M. Shachtman, 1962).
On the Comintern see:
Claudin, F.
McDermott, K.
& Agnew, J.
The Communist Movement: From Commintern to Cominform (1975).
The Comintern: A History of International Communism from Lenin to Stalin
Fink, C.
Gatzke, H. W.
Gorodetsky, G..
Kennedy-Pipe, C.
Lerner, W.
On the ‘war scare’ see:
Fitzpatrick, S.
Meyer, A. G.
Sontag, J. P.
Simonov, N. S.
On Brest-Litovsk see:
Carr, E. H.
Höfner, L.
Senn, A. E. &
Goldberg, H. J.
Wheeler-Bennett, J.
‘The foreign threat during the first five year plan’, Soviet Union (1, 1978).
‘The war scare of 1927’, Soviet Union/Union Sovetique (1, 1978).
‘The Soviet war scare of 1926-27’, Russian Review (1, 1975).
‘”Strengthen the defence of the land of the Soviets”: the 1927 war alarm and its
consequences’, Europe-Asia Studies (8, 1996).
The Bolshevik Revolution 1917-23 (vol.3, 1953) ch.21.
‘The assassination of Count Mirbach and the “July Uprising” of the Left
Socialist Revolutionaries in Moscow 1918’, Russian Review (3, 1991).
‘The assassination of Count Mirbach’, Canadian Slavonic Papers (21, 4, 1979).
Brest-Litovsk: The Forgotten Peace March 1918 (1938) chs.IV-VII.
Page 17 of 91
Lecture 6: The realities of power: The rise of Stalin
Why did Stalin emerge as primus inter pares? What roles were played by various factions
within the party? How much popular support was there for Stalin and for the ending of
the NEP?
Ward, C.
The Stalinist Dictatorship, readings 1-4.
On party and society see:
Ali, J.
‘Aspects of the RKP(b) Secretariat, March 1919 to April 1922’, Soviet Studies
(3, 1974).
Brower, D. R.
‘The Smolensk Scandal and the end of NEP’, Slavic Review (4, 1986).
Fitzpatrick, S.
‘The emergence of Glaviskusstvo. Class war on the cultural front 1928-29’,
Soviet Studies (2, 1971-2).
Hatch, J. B.
‘The “Lenin Levy” and the social origins of Stalinism: workers and the
Communist Party in Moscow 1921-28’, Slavic Review (4, 1989).
Merridale, C.
Moscow Politics and the Rise of Stalin: The Communist Party in the Capital
1925-32 (1990) conclusion.
‘The reluctant opposition: the right “deviation” in Moscow, 1928’, Soviet
Studies (3, 1989).
Mironov, B.
‘Peasant popular culture and the origins of Soviet authoritarianism’, in Frank, S.
& Steinberg, D. eds., Cultures in Flux: Lower-Class Values, Practices, and
Resistance in Late Imperial Russia (1994).
Reiman, M.
The Birth of Stalinism: The USSR on the Eve of the Second Revolution (1987).
Rigby, T. H.
‘Early provincial cliques and the rise of Stalin’, Soviet Studies (1, 1981).
Rosenfeldt, N.
‘“The Consistory of the Communist Church”: the origins and development of
Stalin’s secret chancellery’, Russian History (2-3, 1982).
Vilkova, V.
The Struggle for Power in Russia in 1923 (1997).
On the economic crisis see:
Dohan, M. R.
‘The economic origins of Soviet autarky 1927/28-1934’, Slavic Review (4,
Harrison, M.
‘Why did NEP fail?’, Economics of Planning (2, 1980).
Karcz, J.
‘Thoughts on the grain problem’, Soviet Studies (4, 1966-7).
Lewin, M.
‘The immediate background of Soviet collectivization’, Soviet Studies (2, 19656).
‘Who was the Soviet kulak?’, Soviet Studies (2, 1966-7).
Narkiewicz, O.
‘Soviet administration and the grain crisis of 1927-28’, Soviet Studies (2, 19689).
‘Stalin, War Communism and collectivization’, Soviet Studies (1, 1966-7).
Taniuchi, Y.
‘A note on the Ural-Siberian method’, Soviet Studies (4, 1981).
Viola, L.
‘Notes on the background of Soviet collectivization: metal worker brigades in
the countryside, Autumn 1929’, Soviet Studies (2, 1984).
On Stalin and the party-state see:
Getty, J. Arch
‘Stalin as Prime Minister: power and the Politburo’, in Davies, S. & Harris, J.,
eds., Stalin: A New History (2005).
‘State and society under Stalin: constitutions and elections in the 1930s’, Slavic
Review (1, 1991).
Rittersporn, G. T.
‘Rethinking Stalinism’, Russian History (4, 1984).
Rigby, T. H.
‘Was Stalin a disloyal patron?’, Soviet Studies (3, 1986).
Tucker, R, C.
‘Stalinism as revolution from above’, in Tucker, R. C., ed., Stalinism: Essays in
Historical Interpretation (1977).
Page 18 of 91
The ‘second revolution’ c.1929-41
Lecture 7: Revolution from above I: The пятилетка
Why was the first five-year plan launched? What were the costs and achievements of
forced industrialization? What were the realities of ‘planning’? How were traditional
social groups affected? Where did the new industrial labour force come from?
On the planned economy see:
Davies, R. W.
‘Economic and social policy in the USSR 1917-41’, in Mathias, P. & Pollard, S.,
eds., The Cambridge Economic History of Europe (vol.8, 1989).
_____,, eds.
The Economic Transformation of the Soviet Union 1913-45 (1994) chs.1,7.
Hunter, H.
‘The overambitious first Soviet five-year plan’, Slavic Review (2, 1973).
Munting, R.
The Economic Development of the USSR (1982).
Rutland, P.
The Myth of the Plan (1985).
Wheatcroft, S., et al.
‘Soviet industrialization reconsidered: some preliminary conclusions about
economic development 1926-1941’, Economic History Review (2, 1986).
On projects see:
Kotkin, S.
Magnetic Mountain: Stalinism as Civilization (1995).
Rassweiler, A. D.
The Generation of Power: The Planning and Construction of Dneprstroi (1988).
Schultz, K. S.
‘Building the “Soviet Detroit”: the construction of the Nizhnii Novgorod
Automotive Factory 1927-32’, Slavic Review (2, 1990).
On workers see:
Andrle, V.
Barber, J.
Kuromiya, H.
Rossman, J.
Siegelbaum, L. &
Suny, R., eds.
Viola, L.
On forced labour see:
Workers in Stalin’s Russia: Industrialization and Social Change in a Planned
Economy ( 1988).
‘The standard of living of Soviet industrial workers 1928-41’, in Bettelheim, C.,
ed., L’industrialisation de l’URSS dans les années trente. Actes de la Table
Ronde organisée par le Centre d’Études des Modes d’industrialisation d
l’EHESS (10 et 11 décembre 1981) (1982).
‘The crisis of proletarian identity in the Soviet factory 1929-1932’, Slavic
Review (2, 1985).
Stalin’s Industrial Revolution: Politics and Workers 1928-1932 (1988).
‘The Teikovo cotton workers’ strike of April 1932: class, gender and identity
politics in Stalin’s Russia’, Russian Review (1, 1997).
Making Workers Soviet: Power Class and Identity (1994) articles by Bonnell,
Fitzpatrick, Kotkin.
‘The “25,000ers”: a study of a Soviet recruitment campaign during the First
Five-Year Plan'’ Russian History (10, 1, 1983).
Slavic Review (4, 1980).
Page 19 of 91
Lecture 8: Revolution from above II: Collectivization
Why did the regime decide to collectivize? Was collectivization simply imposed from
above? What were the costs and achievements of forced collectivization? What were the
realities of life in the village? How were traditional social groups affected?
Ward, C.
The Stalinist Dictatorship, readings 5,7,9.
On collectivization see:
Atkinson, D.
Brower, D. R.
On collectivization: Slavic Review (2, 1988).
The End of the Russian Land Commune 1905-1930 (1983) chs.18-19.
‘Collectivized agriculture in Smolensk: the party, the peasantry, and the crisis of
1932’, Russian Review (36, 2, 1977).
Davies, R. W.,, eds. The Economic Transformation of the Soviet Union 1913-45 (1994) ch.6.
Davies, R. W.
‘Stalin as economic policy-maker: Soviet agriculture 1931-36’, in Davies, S. &
Harris, J., eds., Stalin: A New History (2005).
Hughes, J.
Stalinism in a Russian Province: Collectivization and Dekulakization in Siberia
Lewin, M.
‘“Small” facts from Big Files about the kolkholzy in 1940’, in Cooper, J., et al.,
eds., Soviet History 1917-53: Essays in honour of R. W. Davies (1995).
Reese, R. R.
‘Red Army opposition to forced collectivization 1929-30: the army wavers’,
Slavic Review (1, 1996).
Taniuchi, Y.
‘Decision-making on the Ural-Siberian Method’, in Cooper, J., et al., eds., Soviet
History 1917-53: Essays in Honour of R. W. Davies (1995).
Viola, L.
‘Bab’i bunty and peasant women’s protest during collectivization’, Russian
Review (45, 1986).
‘The campaign to eliminate the kulaks as a class, winter 1929-1930: a
reevaluation of the legislation’, Slavic Review (3, 1986).
Peasant Rebels under Stalin (1999).
‘The peasant nightmare: visions of apocalypse in the Soviet countryside’,
Journal of Modern History (4, 1990).
The Best Sons of the Fatherland: Workers in the Vanguard of Collectivization
von Hagen, M.
Soldiers in the Proletarian Dictatorship: The Red Army and the Soviet Socialist
State 1917-30 (1990) ch.8.
On the relationship of collectivization to industrialization see:
Ellman, M.
‘Did the agricultural surplus provide the resources for the increase in investment
in the USSR during the first five-year plan?’, The Economic Journal (4, 1975).
Fallenbuchl, Z. M.
‘Collectivization and economic development’, Canadian Journal of Economics
& Political Science (1, 1967).
Millar, J. &
‘The economics and politics of collectivization reconsidered’, Explorations in
Guntzel, C. A.
Economic History (1, 1970).
Millar, J.
‘Mass collectivization and the contribution of Soviet agriculture to the First Five
Year Plan’, Slavic Review (4, 1974).
Page 20 of 91
The Stalin epoch c.1929-53
Revolution from above III: Culture and society
What new groups emerged and how did they function within Stalinist society? What
associations were there between ‘Cultural Revolution’, the ‘Great Retreat’ and other
aspects of Soviet policy and reality in the 1930s? Was a ‘Stalinist culture’ born in the
Ward, C.
On culture see:
Fitzpatrick, S., ed.
Lampert, N. &
Rittersporn, G. T., eds.
Robin, R.
Siegelbaum, L.
On revisionist perspectives: Russian Review (4, 1986; 4, 1987).
The Stalinist Dictatorship, readings 8,10,13,14.
Cultural revolution in Russia 1928-1931 (1978).
‘Culture and politics under Stalin: a re-appraisal’, Slavic Review (2, 1976).
Stalinism: Its Nature and Aftermath. Essays in Honour of Moshe Lewin (1992)
articles by Nove, Schröder.
‘Stalinism and popular culture’, in Günther, H., ed., The Culture of the Stalin
Period (1990).
‘Building Stalinism 1929-41’, in Freeze, G., ed., Russia: A History (1997).
On society and social groups see:
Bailes, K. E.
The politics of technology: Stalin and technocratic thinking among Soviet
engineers’, American Historical Review (2, 79, 1974).
Filtzer, D.
Soviet Workers and Stalinist Industrialization (1986) chs.5-7.
Fitzpatrick, S.
Education and Social Mobility in the Soviet Union 1921-1934 (1979) chs.9-11.
‘Stalin and the making of a new elite 1928-1939’, Slavic Review (3, 1979).
‘The Russian Revolution and social mobility: a re-examination of the question of
social support for the Soviet regime in the 1920s and 1930s’, Politics & Society
(2, 1984).
Tear Off the Masks! Indentity and Imposture in Twentieth-Century Russia
‘Supplicants and citizens: public letter-writing in Soviet Russia in the 1930s’,
Slavic Review (1, 1996).
Fitzpatrick, S. &
In the Shadow of Revolution : Life Stories of Russian Women from 1917 to the
Slezkine, Yu., eds.
Second World War (2000).
Hellbeck, J.
‘Fashioning the Stalinist soul: The diary of Stepan Podlubnyi (1931-1939)’,
Jahrbücher für Geschichte Osteuropas (3, 1996).
Revolution on My Mind: Writing a Diary Under Stalin (2006).
‘Speaking out: languages of affirmation and dissent in Stalinist Russia’, Kritika
(I-I, 2000).
‘Working, struggling, becoming: Stalin-era autobiographical texts’, Russian
Review (3, 2001).
‘Writing the self in the time of terror: the diary of Aleksandr Afinogenov," in
Engelstein, L. & Sandler, S., eds., Self and Story in Russian History (2000).
Hoffman, D. L
Peasant Metropolis : Social Identities in Moscow 1929-1941 (1994).
Lampert, N.
The Technical Intelligentsia and the Soviet State (1979) ch.8.
Petrone, K.
Life Has Become More Joyous, Comrades: Celebrations in the Time of Stalin
Rigby, T. H.
‘Stalinism and the mono-organizational society’, in Tucker, R. C., ed., Stalinism:
Essays in Historical Interpretation (1977).
Siegelbaum, L.&
Sokolov, A.
Stalinism as a Way of Life: A Narrative in Documents (2000).
Associated primary source:
И. В. Сталин, О задачах хозяйственников.
Page 21 of 91
Lecture 10: Чистки and Ежовщина: The problem of the ‘purges’
How secure was Stalin and Stalinism in the early 1930s? Were the purges consciously
planned by Stalin or were they the by-product of social and political tensions? Should the
purges be considered as a single integrated phenomenon? What were the effects of the
purges on the party, state, society and the military?
Getty, J. Arch &
Naumov, O. V.
Ward, C.
The Road to Terror: Stalin and the Self-Destruction of the Bolsheviks 19321939 (1999) Introduction.
The Stalinist Dictatorship, readings 6, 11, 12.
On the background to the purges see:
Getty, J. Arch
Origins of the Great Purges: The Soviet Communist Party Reconsidered 193338 (1985).
Lewin, M.
‘The social background of Stalinism’, in Tucker, R. C., ed., Stalinism: Essays in
Historical Interpretation (1977).
Getty, J. Arch &
Stalinist Terror: New Perspectives (1993) articles by Manning, Rittersporn,
Manning, R. T., eds.
Getty, J. Arch
‘Party and purge in Smolensk 1933-1937’ [and rejoinders], Slavic Review (1,
Rittersporn, G. T.
‘Soviet politics in the 1930s: rehabilitating society’, Studies in Comparative
Communism (2, 1986).
‘The 1930s and the longue durée of Soviet history’, Telos (53, 1982).
‘The state against itself: social tensions and political conflict in the USSR 193638’, Telos (41, 1979).
On the purge process see:
On the ‘Great Terror’: Slavic Review (2, 1986).
Getty, J. Arch
‘Samokritika rituals in the Stalinist central committee’, Russian Review (1,
Getty, J. Arch &
‘The Moscow party elite of 1917 and the Great Purges’, Russian History (1,
Chase, W.
Getty, J. Arch &
Manning, R. T., eds.
Stalinist Terror: New Perspectives (1993) articles by Fitzpatrick, Getty, Reese.
Gross, J. T.
‘A note on the nature of Soviet totalitarianism’, Soviet Studies (3, 1982).
Khlevniuk, O.
‘The objectives of the Great Terror 1937-38’, in J. Cooper, et al., eds., Soviet
History 1917-53: Essays in honour of R. W. Davies (1995).
Medvedev, R.
Let History Judge: The Origins and Consequences of Stalinism (1972) chs.4-7.
Solomon, P. H.
‘Local political power and Soviet criminal justice 1922-41’, Soviet Studies (3,
‘Soviet criminal justice and the Great Terror’, Slavic Review (3-4, 1987).
Thurston, P.
‘The Soviet family during the Great Terror 1935-41’, Soviet Studies (3, 1991).
Uldricks, T. J.
‘The impact of the Great Purges on the People’s Commissariat of Foreign
Affairs’, Slavic Review (2, 1977).
Unger, A. L.
‘Stalin’s renewal of the leading stratum: a note on the Great Purge’, Soviet
Studies (3, 1968-9).
Wheatcroft, S.
‘Agency and terror: Evdokimov and mass killing in Stalin’s Great Terror’,
Australian Journal of Politics & History (1, 2007).
On demography and life in the gulag see:
Brown, K.
Review, TLS (8 June 2007).
Davies, R. W., et al, eds. The Economic Transformation of the Soviet Union 1913-1945 (1994) ch.4.
Kizny, T.
Gulag: Life and Death Inside the Soviet Concentration Camps (2004).
Viola, L.
The Unknown Gulag: The Lost World of Stalin’s Special Settlements (2007).
Werth, N.
Cannibal Island: Death in a Siberian Gulag (2007).
Page 22 of 91
Lecture 11: Social fascism and after: Foreign policy and the Comintern
What effect did the rise of fascism have on Soviet foreign policy? Why did the Soviet
government agree to an alliance with Nazi Germany? What happened to the Comintern?
Kennedy-Pipe, C.
Ulam, A.
Russia and the World 1917-91 (1998).
Expansion and Coexistence: Soviet Foreign Policy 1917-73 (2nd ed., 1974).
On the debate over collective security and the Nazi-Soviet pact see:
Carley, M.
‘End of the “Low, Dishonest Decade”; failure of the Anglo-Franco-Soviet
alliance in 1939’, Europe-Asia Studies (2, 1993).
‘Down a blind alley: Anglo-Franco-Soviet relations 1920-29’, Canadian Journal
of History (1, 1994).
Gorodetsky, G.
‘The impact of the Ribbentrop pact on the course of Soviet foreign policy’,
Cahiers du Monde Russe et Soviétique (1, 1990).
Haslam, J.
‘Litvinov, Stalin and the road not taken’, in Gorodetsky, G., ed., Soviet Foreign
Policy 1917-91: A Retrospective (1994).
The Soviet Union and the Struggle for Collective Security in Europe 1933-39
The Soviet Union and the Threat from the East 1933-41: Moscow, Tokyo and the
Prelude to the Pacific War (1992).
Hochman, J.
The Soviet Union and the Failure of Collective Security 1934-38 (1984).
Large, J. A.
‘The origins of Soviet collective security policy 1930-32’, Soviet Studies (April
Roberts, G.
‘The fall of Litvinov: a revisionist view’, Journal of Contemporary History (4,
‘A Soviet bid for coexistence with Nazi Germany 1935-37: the Kandelaki
Affair’, International History Review (3, 1994).
‘The Soviet decision for a pact with Nazi Germany’, Soviet Studies (1, 1992).
The Soviet Union and the Origins of the Second World War: Russo-German
Relations and the Road to War 1933-41 (1995).
The Unholy Alliance: Stalin’s Pact with Hitler (1989).
Taylor, A. J. P.
The Orgins of the Second World War (1961).
Tucker, R. C.
‘The emergence of Stalin’s foreign policy’, Slavic Review (4, 1977).
Uldricks, T. J.
‘A. J. P. Taylor and the Russians’, in Martel, G., ed., The Origins of the Second
World War Reconsidered: The A. J. P. Taylor Debate after Twenty-Five Years
‘Soviet security policy in the 1930s’, in Gorodetsky, G., ed., Soviet Foreign
Policy 1917-91: A Retrospective (1994).
On the Comintern see:
Claudin, F.
Frieden, J.
Gruber, H., ed.,
Haslam, J.
Lazitch, B.
McDermott, K.
& Agnew, J.
Santore, J.
Spriano, P.
The Communist Movement: From Commintern to Cominform (1975).
‘The internal politics of European communism in the Stalin era 1934-39’, Studies
in Comparative Communism (1, 1981).
Soviet Russia Masters the Comintern: International Communism in the Era of
Stalin’s Ascendancy (1974).
‘Political oppostion to Stalin and the origins of the terror in Russia 1932-36’,
Historical Journal (2, 1986).
‘The Soviet Union, the Comintern and the demise of the popular front 1936-39’,
in Graham, H. & Preston, P., eds., The Popular Front in Europe (1987).
‘Stalin’s massacre of foreign communist leaders’, in Drachkovitch, M. M. &
Lazitch, B., eds., The Comintern: Historical Highlights (1969).
The Comintern: A History of International Communism from Lenin to Stalin
‘The Comintern’s united front initiative of May 1934: French or Soviet
inspiration?’, Canadian Journal of History (3, 1981).
Stalin and the European Communists (1985).
Page 23 of 91
Lecture 12: The crucible: The Great Patriotic War
Why did the Soviet Union become embroiled in war? Why was there no ‘third revolution’
after the disasters of 1941? Was Stalin contemplating a ‘second Brest-Litovsk’ between
1941 and 1943? Why was the Red Army eventually able to defeat the Wehrmacht?
On the economy see:
Erickson, J.
Harrison, M.
Lieberman, S. R.
Miller, J. R.
Munting, R.
The Road to Stalingrad: Stalin’s War with Germany (1975) ch.6.
‘“In labour as in conflict”: productivity and discipline in Soviet industry 194045’, (SIPS, 1989) copy from me.
‘The evacuation of industry in the Soviet Union during World War II’, Soviet
Studies (1, 1983).
‘Financing the Soviet war effort in World War II’, Soviet Studies (1, 1980).
‘Soviet food supply and allied aid in the War 1941-45’, Soviet Studies (4, 1984).
On the political-military situation see:
Erickson, J.
The Road to Stalingrad: Stalin’s War with Germany (1975) ch.1.
Khrushchev, N.
Khrushchev Remembers: The Glasnost Tapes (1990) ch.3.
Hazelton, C.
‘The Soviet Union and world politics on the eve of the German invasion 1941’,
(SIPS, 1986) copy from me.
Linz, S. J., ed.
The Impact of World War II on the Soviet Union (1985) articles by Kaplan,
Main, S. J.
The Red Army and the Future War in Europe 1925-40 (Oct 1997, C96: Conflict
Studies Research Centre, Sandhurst).
Mastny, V.
Russia’s Road to the Cold War: Diplomacy, Warfare and the Politics of
Communism 1941-1945 (1979) ch.3.
Roberts, G.
Victory at Stalingrad (2002).
Sella, A.
‘Red Army doctrine and training on the eve of the Second World War’, Soviet
Studies (2, 1975).
Uldricks, T. J.
‘The Icebreaker Controversy: did Stalin plan to attack Hitler?’, Slavic Review (3,
On social aspects see:
Barber, J. &
Harrison, M.
Barber, J.
Kreindler, I.
Linz, S. J., ed.
Bidlack, R.
Thurston, R. W. &
Bonwetsch, B., eds.
The Soviet Home Front 1941-45: A Social and Economic History of the USSR
in World War II (1991).
‘The Moscow Crisis of October 1941’, in J. Cooper, et al., eds., Soviet History
1917-53: Essays in honour of R. W. Davies (1995).
‘Popular reactions in Moscow to the German invasion of June 22 1941’, Soviet
Union (18, 1-3, 1991).
‘The Soviet deported nationalities: a summary and update’, Soviet Studies (3,
The Impact of World War II on the Soviet Union (1985) articles by Bubis &
Ruble, Fletcher, Millar, Nove.
‘The political mood in Leningrad during the first year of the Soviet-German
war’, Russian Review (1, 2000).
The People’s War: Responses to World War II in the Soviet Union (2000).
On German occupied Russia see:
Andreyev, K.
Vlasov and the Russian Liberation Movement (1987) introduction, conclusion.
Dallin, A.
German Rule in Russia 1941-1945 (1957) chs.5,14,30.
Schulte, T. J.
The German Army and Nazi Politics in Occupied Russia (1989) ch.7,
Page 24 of 91
The burden of the past c.1945-91
Lecture 13: Behind the iron curtain: Late Stalinism
How secure was Stalin’s position after 1945? Had the Stalinist system mutated as a result
of the demands of war? Was the Soviet presence in Eastern Europe a manifestation of
Russian imperialism, an attempt to export revolution or a response to security needs?
On politics and society see:
Colton, T. J.
‘The Zhukov affair reconsidered’, Soviet Studies (2, 1977).
Conquest, R.
Power and Policy in the USSR (1962) part 2.
Dumnore, T.
The Stalinist Command Economy: The Soviet State Apparatus and Economic
Policy 1945-1953 (1980).
Soviet Politics 1945-1953 (1984).
Elleinstein, J.
The Stalin Phenomenon (1976) ch.6.
Hahn, W.
Post-War Soviet Politics: The Fall of Zhdanov and the Defeat of Moderation,
1946-1953 (1982).
Khrushchev, K.
Khrushchev Remembers (1971) ch.8.
Kojevnikov, A.
‘Rituals of Stalinist culture: science and the games of intraparty democracy circa
1948’, Russian Review (1, 1998).
Linz, S. J., ed.
The Impact of World War II on the Soviet Union (1985) articles by Fitzpatrick,
McCagg, W. M.
Stalin Embattled 1943-1948 (1978) introduction, part 2.
Medvedev, R.
On Stalin and Stalinism (1979) ch.7.
Rapoport, Ya.
The Doctors’ Plot: Stalin’s Last Crime (1991).
Ruble, B. A.
‘The Leningrad Affair and the provincialization of Leningrad’, Russian Review
(42, 3, 1983).
Ruffley, D.
Children of Victory: Young Specialists and the Evolution of Soviet Society
Ulam, A. B.
Stalin: the Man and His Era (1989 ed.) ch.13-14.
Werth, A.
Russia: the Post-War Years (1971) chs.6,11,16.
Zubkova, E.
Russia after the War: Hopes, Illusions, and Disappointments 1945-1957 (1998).
On the international situation see:
Allen, D.
‘The international situation 1945-46: the view from Moscow’, (SIPS, 1986) copy
from me.
McCagg, W. M.
Stalin Embattled 1943-1948 (1978) parts 3-4.
Nogee, J. L. &
Donaldson, R. H.
Soviet Foreign Policy Since World War II (3rd ed., 1988) ch.4.
See also:
Frankel, E. R.
Girnius, K.
Taagepera, R.
Stalin: Soviet Union (8, 1, 1981).
‘Literary policy in Stalin’s last year’, Soviet Studies (3, 1976).
‘The collectivization of Lithuanian agriculture 1944-50’, Soviet Studies (3,
‘Soviet collectivization of Estonian agriculture: the deportation phase’, Soviet
Studies (3, 1980).
Page 25 of 91
Lecture 14: Stalin’s heirs: The limits of reform
Why did Khrushchev emerge as leader after Stalin’s death? To what extent did Stalinism
continue after Stalin’s death? How significant was the XX party congress? What were its
effects on the party and society?
On the politics & society see:
Bittner, S. V.
‘Local soviets, public order and welfare after Stalin’, Russian Review (2, 2003).
Breslauer, G.
‘Khrushchev revisited’, Problems of Communism (September-October 1976)
Cohen, S. F., et al., eds. The Soviet Union Since Stalin (1980) articles by Breslauer, Medvedev.
Conquest, R.
Power and Policy in the USSR (1962) part 3.
Deutscher, I.
‘The failure of Khrushchevism’, in Lewis, P. G., et al. eds., Readings in Soviet
Politics (1982).
Dobson, M.
Khrushchev’s Cold Summer: Gulag Returnees, Crime, and the Fate of Reform
After Stalin (2009) ch.3
Khrushchev, N.
Khrushchev Remembers: The Glasnost Tapes (1990) ch.2.
Pethybridge, R.
A Key to Soviet Politics: The Crisis of the Anti-Party Group (1962).
Service, R.
‘The road to the twentieth party congress: an analysis of the events surrounding
the central committee plenum of July 1953’, Soviet Studies (2, 1981).
Shatz, M. S.
Soviet Dissent in Historical Perspective (1980) ch.5.
Tatu, M.
Power in the Kremlin: From Khrushchev’s Decline to the Collective Leadership
(1967) part 1 ch.3, part 2 ch.2.
van Goudoever, A. P.
The Limits of Destalinization in the Soviet Union (1986) conclusions.
Yanov. A.
‘In the grip of the adversarial paradigm: the case of Nikita Sergeevich
Khrushchev in retrospect’, in Crummey, R. O., ed., Reform in Russia and the
USSR (1989).
On the economy see:
Cohen, S. F., et al., eds.
Durgin, F. A.
Filtzer, D.
McCauley, M.
_____, ed.
The Soviet Union Since Stalin (1980) articles by Millar, Taaffe.
‘The virgin lands programme 1954-60’, Soviet Studies (3, 1961-2).
‘The Soviet wage reform of 1956-62’, Soviet Studies (1, 1989).
Khrushchev and the Development of Soviet Agriculture: The Virgin Lands
Programme 1953-1964 (1976) ch.5.
Khrushchev and Khrushchevism (1987) articles by Nove, Smith.
On Khrushchev’s fall see:
Brumberg, A.
‘The fall of Khrushchev - causes and repercussions’, in Strong, J. W., ed., The
Soviet Union Under Brezhnev and Kosygin (1971).
Thompson, W. J.
‘The fall of Nikita Khrushchev’, Soviet Studies (6, 1991).
Associated primary source:
Н. С. Хрущев, Доклад на закрытом заседании XX съезда КПСС.
Page 26 of 91
Lecture 15: ‘Developed socialism’: Stability or decay?
Did the Brezhnev regime signal the emergence of the CCCP as a super-power? Were the
1960s and 1970s a ‘period of reaction’, a ‘period of stagnation’ or was a revolutionary
situation developing?
On politics see:
Bunce, V &
Echols, J.
Evans, A. B.
Gill, G.
Hough, J. F.
Kelley, D. R.
Moses, J. C.
Rigby, T. H.
Shapiro, J. P.
Zaslavsky, V.
On society see:
Cohen, S. F., et al., eds.
Jones, E. &
Grupp, F.
Lampert, N.
Mathews, M.
Millar, J.
Nove, A.
Slider, D.
Smith, G. E.
‘Soviet politics in the Brezhnev era: pluralism or corporatism?’, in Kelly, D.,
ed., Soviet Politics in the Brezhnev Era (1980).
‘Developed socialism in Soviet ideology’, Soviet Studies (3, 1977).
‘Institutionalization and revolution: rules and the Soviet political system’, Soviet
Studies (2, 1985).
‘Pluralism, corporatism and the Soviet Union’, in Solomon, S. G., ed., Pluralism
in the Soviet Union (1983).
‘Political participation in the Soviet Union’, Soviet Studies (1, 1976).
The Politics of Developed Socialism (1986) ch.6.
‘Regionalization in Soviet politics: continuity as a source of change’, Soviet
Studies (2, 1985).
‘Soviet communist party membership under Brezhnev’, Soviet Studies (3, 1976).
‘Soviet regional leadership: the Brezhnev generation’, Slavic Review (1, 1978).
‘Rehabilitation policy under the post-Khrushchev leadership’, Soviet Studies (4,
The Neo-Stalinist State (1983) chs.4-6.
The Soviet Union Since Stalin (1980) articles by Bushnell, Gibson, Juviler.
‘Modernization and ethnic equalization in the USSR’, Soviet Studies (2, 1984).
‘Law and order in the USSR: the case of economic and official crime’, Soviet
Studies (3, 1984).
Poverty in the Soviet Union (1986) part 1.
‘The little deal: Brezhnev’s contribution to acquisitive socialism’, Slavic Review
(4, 1985).
‘Is there a ruling class in the USSR?’, Soviet Studies (4, 1975).
‘The class nature of the Soviet Union revisited’, Soviet Studies (3, 1983).
‘Reforming the workplace: the 1983 Soviet law on labour collectives’, Soviet
Studies (2, 1985).
‘Privilege and place in Soviet society’, in Gregory, D. & Walford, R., eds.,
Horizons in Human Geography (1988).
‘Underurbanization, social inequality and the city’, in Smith, G. E., ed., Planned
Development in the Socialist World (1989).
Page 27 of 91
Lecture 16: The crises of the old regime: The unfinished revolution
What crises faced the Soviet regime by the end of the 1970s and how can we account for
them? How did successive leaders attempt to cope with the situation? Had the Soviet
system become an anachronism by the mid-1980s? Why did the Soviet Union collapse?
On the economy see:
Aganbegian, A.
Aslund, Å.
Davies, R. W.
Dibb, P.
The Challenge: Economics of Perestroika (1988).
Gorbachev’s Struggle for Economic Reform (1989) introduction, chs.1-2.
‘Soviet economic reform in historical perspective’, (PHPS, 1989) copy from me.
The Soviet Union: The Incomplete Superpower (1986) ch.3.
On the political situation see:
Barghoorm, F. C. &
Remington, T. F.
Politics in the USSR (1986) ch.1.
Bloomfield, J., ed.
The Soviet Revolution (1989) chs.1-2.
Brown, A.
‘Power and politics in a time of leadership transition 1982-88’, in Brown, A. ed.,
Political Leadership in the Soviet Union (1989).
Colton, T. J.
‘Gorbachev and the politics of system renewal’, in Crummey, R. O., ed., Reform
in Russia and the USSR (1989).
Gorbachev, M.
Perestroika. New Thinking for Our Country and the World (1987).
Lapidus, G. W.
‘Gorbachev and the reform of the Soviet system’, Daedalus (2, 1987).
Lewin, M.
‘Russia/USSR in historical motion: an essay in interpretation’, Russian Review
(4, 1993).
‘To the Stalin mausoleum’, Daedalus (1, 1990).
On the nationalities question see:
Carrère d’Encausse, H.
‘Determinants and parameters of Soviet nationality policy’, in J. R. Azrael, ed.,
Soviet Nationality Policies and Practices (1978).
Decline of an Empire: The Soviet Socialist Republics in Revolt (1979) chs.1,4-5.
Dibb, P.
The Soviet Union: The Incomplete Superpower (1986) ch.2.
Olcott, M. B.
‘Yuri Andropov and the “national question”’, Soviet Studies (1, 1985).
Ornstein, J.
‘Soviet language policy: continuity and change’, in Goldhagen, E., ed., Ethnic
Minorities in the Soviet Union (1988).
Smith, G. E.
‘Gorbachev’s greatest challenge: Perestroika and the national question’, Political
Geography Quarterly (1, 1989).
Suny. R.
The Revenge of the Past: Nationalism, Revolution and the Collapse of the Soviet
Union (1993).
On politics and society see:
Bahry, D.
‘Society transformed? Rethinking the social roots of perestroika’, Slavic Review
(3, 1993).
Hahan, J.
‘An experiment in competition: the 1987 elections to the local soviets’, Slavic
Review (3, 1988).
Moses, J. C.
‘Worker self-management and the reformist alternative in Soviet labour policy,
1979-85’, Soviet Studies (2, 1987).
Riordan, J.
‘Muscular socialism and teenage gangs in the USSR’, (CREES AGM, 1987)
copy from me.
Schiffer, J.
‘Interpretations of the issue of “inequality” in Soviet regional policy debates’,
International Journal of Urban and Regional Studies (4, 1985).
Slider, D.
‘Reforming the workplace: the 1983 Soviet law on labour collectives’, Soviet
Studies (2, 1985).
Teague, E.
Solidarity and the Soviet Worker (1988) chs.12-15.
Zaslavskaia, T.
‘Creative activity of the masses: social reserves of growth’, in Yanowitch, M.,
ed., A Voice of Reform (1984).
Page 28 of 91
В. И. Ленин, Апрельские тезисы.
Translation: Lenin, V. I., The Revolution of 1917 (vol.xx, book 1, 1929) pp.95103,106-110 [MML R4Z.Leni.73 Ref]
Заседание ЦК РСДРП(б) января и февраля 1918 г.
Translation: The Bolsheviks and the October Revolution. Minutes of the Central
Committee of the Russian Social-Democratic Labour Party (bolsheviks) August
1917 - February 1918 (1974) pp.172-80, 217-27 [UL 586.9.c.95.224]
И. В. Сталин, О задачах хозяйственников.
Translation: Stalin, J. V., Works (vol.13, 1955) pp.31-44 [UL 231.d.95.25]
Н. С. Хрущев, Доклад на закрытом заседании XX съезда
Translation: Khrushchev, N. S., The ‘Secret’ Speech Delivered to the Closed
Session of the Twentieth Congress of the Communist Party of the Soviet Union
(1976) pp.32-45, 72-81 [UL 586.92.c.95.444]
Page 29 of 91
В. И. Ленин, Апрельские тезисы.
Первоначальный набросок Апрельских тезисов.
1) Отношение к войне.
Никаких уступок «революционному оборончеству».
2) «Требование от Временного правительства» «отказа от завоеваний».
() Отношение к Временному правительству.
Советам рабочих депутатов.
2 b i s) Критика Советов рабочих депутатов.
3) Не парламентарная республика, а республика Советов рабочих, батрацких,
крестьянских и солдатских депутатов.
() Уничтожение армии, чиновничества, полиции.
() Плата чиновникам.
4) Своебразие задач пропаганды, агитации и организации в период перехода от
первого этапа революции ко второму. Максимум легальности.
Добросовестные, но обманываемые буржуазией сторонники только «войны
по необходимости» «войны не из-за завоеваний» и их обман буржуазией.
5) Аграрная программа.
() Национализация. (Конфискация всех помещичьих земель).
() «Образцовые хозяйства» из каждого крупного имения под контролем
Совета батрацких депутатов.
() Центр тяжести в Советах бартацких депутатов.
6) Один банк под контролем рабочих депутатов.
6 b i s) Не введение социализма с р а з у, а немедленный, систематический,
постепенный переход Советов рабочих депутатов к контролю общественного
производства и распределения продуктов.
7) Съезд.
Перемена программы и названия.
Обновление Интернационала. Создание революционно-интернационального...1
Написано 3 (16) апреля 1917 г.
Впервые напечатано в 1928 г. В Ленинском сборнике VII
На этом рукопись обрывается.
Page 30 of 91
Доклад на собрании большевиков – участников Всероссийского
Совещания Советов Рабочих и Солдатских Депутатов 4 (17) апреля
1917 г.
Я наметил несколько тезисов, которые снабжу некоторыми комментариями. Я
не мог, за недостатком времени, представить обстоятельный, систематический
Основной вопрос - отношение к войне. Основное, что выдвигается на первый
план, когда читаешь в России и видишь здесь, — это победа оборончества, победа
изменников социализму, обман масс буржуазией. Бросается в глаза, что у нас, в
России, в социалистическом движении, положение то же, что и в Других странах:
оборончество, «защита отечества». Разница в том, что нигде такой свободы, как у
нас, нет, и на нас ложится, поэтому, ответственность перед всем международным
пролетариатом. Новое правительство империалистично, как прежде, несмотря на
обещание Республики, — насквозь империалистично.
В нашем отношении к войне, которая со стороны России и при новом
правительстве Львова и К° безусловно остается грабительской
империалистической войной в силу капиталистического характера этого
правительства, недопустимы ни малейшие уступки «революционному
На революционную войну, действительно оправдывающую революционное
оборончество, сознательный пролетариат может дать свое согласие лишь при
а) перехода власти в руки пролетариата и примыкающих к нему беднейших
частей крестьянства;
б) при отказе от всех аннексий на деле, а не на словах;
в) при полном разрыве на деле со всеми интересами капитала.
Ввиду несомненно добросовестности широких слоев массовых представителей
революционного оборончества, признающих войну только по необходимости, а не
ради завоеваний, ввиду их обмана буржуазией, надо особенно обстоятельно,
настойчиво, терпеливо разъяснять им их ошибку, объяснять неразрывную связь
капитала с империалистической войной, доказывать что кончить войну истиннодемократическим, ненасильническим миром нельзя без свержения капитала.
Организация самой широкой пропаганды этого взгляда в действующей армии.
Page 31 of 91
— В нашем отношении к войне и при новом правительстве, которое остается
империалистическим, недопустимо ни малейшей уступки оборончеству. Массы
смотрят на дело практически, а не теоретически. Они говорят: «Я хочу защищать
отечество, а не захватывать чужие земли». Когда можно считать войну своей? При
полном отказе от аннексий.
Массы подходят к вопросу не теоретически, а практически. Наша ошибка —
подход теоретический. На революционную войну, действительно, оправдывающую
революционное оборончество, сознательный пролетариат может дать согласие. С
представителями солдатской массы надо ставить вопрос практически, иначе
нельзя. Мы вовсе не пацифисты. Но основной вопрос: какой класс ведет войну?
Класс капиталистов, связанный с банками, никакой другой войны, кроме
империалистической вести не может. Класс рабочих — может. Стеклов, Чхеидзе
все забыли. Когда читаешь резолюцию Сов. Раб. Деп. поражаешься, как люди,
заявляющие себя социалистами, могли вынести такую резолюцию.
Что своеобразно в России, это — гигантски быстрый переход от дикого
насилия к самому тонкому обману. Основное условие — отказ от аннексии не на
словах, а на деле. «Речь» воет по поводу заявления «Социал-демократа», что
присоединение Курляндии к России есть аннексия. Но аннексия, это —
присоединение всякой страны, отличающейся национальными особенностями,
всякое присоединение нации — безразлично, отличается ли она языком, — если
она чувствует себя другим народом, против ее желания. Это — предрассудок
великороссов, воспитанный веками.
Войну можно кончить, лишь при полном разрыве с международным
капиталом. Войну породили не отдельные лица, а международный финансовый
капитал. Порвать с международным капиталом — не легкая вещь, но и не легкая
вещь — закончить войну. Ребячество, наивность предполагать прекращение войны
одной стороной... Циммервальд, Кинталь... на нас лежит большее, чем на всех, —
обязанность отстоять честь международного социализма. Трудность подхода...
Ввиду несомненного наличия оборонческого настроения в широких массах,
признающих войну только по необходимости, а не ради завоеваний надо особенно
обстоятельно, настойчиво, терпеливо разъяснить им, что кончить войну не
насильническим миром нельзя без свержения капитала. Эту мысль необходимо
развивать широко, в самых широких размерах. Солдаты требуют конкретного
ответа — как кончить войну. Но обещать людям, что мы можем кончить войну по
Page 32 of 91
одному доброму желанию отдельных лиц, — политическое шарлатанство.
Необходимо массы предупредить. Революция — вещь трудная. Без ошибок нельзя.
Ошибка в том, что мы (не разоблачали?) революционное оборончество во всей его
глубине. Революционное оборончество — измена социализму. Недостаточно
ограничиться... Должны признать ошибку. Что делать? Разъяснять. Как дать...
которые не знают что такое социализм... Мы не шарлатаны, мы должны
базироваться только на сознательности масс. Если даже придется остаться в
меньшинстве, — пусть. Стоит отказаться на время от руководящего положения, не
надо бояться остаться в меньшинстве. Когда массы заявляют, что не хотят
завоеваний, я им верю. Когда Гучков и Львов говорят, что не хотят завоеваний, —
они обманщики. Когда рабочий говорит, что хочет обороны страны, — в нем
говорит инстинкт угнетенного человека.
Своеобразие текущего момента в России состоит в переходе от первого
этапа революции, давшего власть буржуазии в силу недостаточной
организованности пролетариата, — ко второму ее этапу, который должен дать
власть в руки пролетариата и беднейших слоев крестьянства.
Этот переход характеризуется, с одной стороны, максимумом легальности
(Россия сейчас — самая свободная страна в мире из всех воюющих стран), с другой
стороны, — отсутствием насилия над массами и, наконец, доверчиво
бессознательным отношением их к правительству капиталистов, худших врагов
мира и социализма.
Это своеобразие требует от нас умения приспособиться к особым условиям
партийной работы в среде неслыханно — широких только что проснувшихся к
политической жизни масс пролетариата».
— Почему не взяли власть? Стеклов говорит: потому-то и потому-то. Это —
вздор. Дело в том, что пролетариат не достаточно сознателен и недостаточно
организован. Это надо признать. Материальная сила — в руках пролетариата, а
буржуазия оказалась сознательной и подготовленной. Это — чудовищный факт, но
его необходимо откровенно и прямо признать, и заявить народу, что не взяли
власть потому, что не организованы и бессознательны… Разорение миллионов,
смерть миллионов. Самые передовые страны гибнут, и поэтому перед ними станет
таким образом вопрос...
Переход от первого этапа ко второму — переход власти к пролетариату и
крестьянству характеризуется, с одной стороны, максимумом легальности —
Page 33 of 91
Россия сейчас самая свободная, самая передовая страна в мире, с другой стороны,
доверчиво-бессознательным отношением масс к правительству. Даже наши
большевики обнаруживают доверчивость к правительству. Объяснить это можно
только угаром революции. Это — гибель социализма. Вы, товарищи, относитесь
доверчиво к правительству. Если так, нам не по пути. Пусть лучше останусь в
меньшинстве. Один Либкнехт стоит дороже 110 оборонцев типа Стеклова и
Чхеидзе. Если Вы сочувствуете Либкнехту и протянете хоть палец (оборонцам) —
это будет измена международному социализму. К народу надо подходить без
латинских слов, просто, понятно. Он вправе... — надо приспособиться... перейти...,
но нужно. Наша линия окажется правильной. Если мы отступимся от тех людей, к
нам придет всякий угнетенный, потому что его приведет к нам война. Иного
выхода ему нет.
Никакой поддержки Врем. Правительству, разъяснение полной лживости
всех его обещаний, особенно относительно отказа его от аннексий. Разоблачение
— вместо недопустимого, сеющего иллюзии «требования», чтобы это
правительство, правительство капиталистов, перестало быть
— «Правда» требует от правительства, чтобы оно отказывалось от аннексий.
Требовать от правительства капиталистов, чтобы оно отказалось от аннексий —
чепуха, вопиющая издевка над...
С точки зрения научной, это такая тьма обмана, который весь международный
пролетариат, вся... пора признать ошибку. Довольно приветствий, резолюций, пора
начать дело. Надо перейти к деловой, трезвой...
Признание факта, что в большинстве Сов. Раб. и Солдатских Депутатов
наша партия — в меньшинстве, и пока в слабом меньшинстве, перед блоком всех
мелкобуржуазных, оппортунистических, поддавшихся влиянию буржуазии и
проводящих ее влияние на пролетариат элементов, от н.-с. — с.-р. — до ОК.
(Чхеидзе, Церетели пр.), Стеклова и пр. и пр.
Разъяснение массам, что С.Р.Д. есть единственно возможная форма
революционного правительства, и что поэтому нашей задачей, пока это
правительство поддается влиянию буржуазии, может явиться лишь терпеливое
систематическое, настойчивое, приспособляющееся особенно к практическим
потребностям масс разъяснение ошибок их тактики.
Пока мы — в меньшинстве, мы ведем работу критики и выяснения ошибок,
Page 34 of 91
проповедуя в то же время необходимость перехода всей государственной власти в
Сов. Рабочих Депутатов, чтобы массы опытом избавились от своих ошибок».
— Мы большевики, привыкли брать максимум революционности. Но этого
мало. Надо разобраться...
Настоящее правительство — Совет Рабочих Депутатов. Думать иначе значит
впадать в анархизм. Признанный факт, что в СРД наша партия — в меньшинстве.
Надо разъяснять массам, что Сов. Раб. Депутатов — единственно возможное
правительство, еще невиданное в мире, кроме Коммуны. Что, если Сов. Раб. Деп. в
большинстве стоит на оборонческой точке зрения? — Ничего не поделаешь! Нам
остается лишь разъяснять, терпеливо, настойчиво, систематически, ошибочность
их тактики.
Пока мы в меньшинстве, — мы ведем работу критики, дабы избавить массы от
обмана. Мы не хотим, чтобы массы нам верили на слово. Мы не шарлатаны. Мы
хотим, чтобы массы опытом избавились от своих ошибок.
Воззвание Сов. Раб. Деп. — там нет ни одного слова, проникнутого классовым
сознанием. Там — сплошная фраза. Единственное, что губит все революционное
это фраза, это — лесть революционному народу. Весь марксизм учит не подаваться
революционной фразе, особенно в такой момент, когда она особенно ходка.
Не парламентарная республика — возвращение к ней от Сов. Раб. Деп. было
бы шагом назад, — а республика Советов Рабочих, Батрацких и Крестьянских
Депутатов, снизу до верху.
Устранение полиции, армии, чиновничества.2
Плата всем чиновникам, при выборности и сменяемости всех их в любое
время, не выше платы хорошего рабочего».
— Это — урок, который дала французская Коммуна, который забыл Каутский
и которому учат рабочие в 1905 и 1917 г. г. Опыт этих годов нас учит, что... — не
дать восстановиться полиции, не дать восстановиться старой армии. Программу
нужно изменить, она — устарела. Сов. Р. и С. Деп. — шаг к социализму. Никакой
полиции, никакой армии, никакого чиновничества. Созыв Учредительного
Собрания — но кем? Резолюции пишутся, чтоб класть их под сукно, или на них
садиться. Я рад был бы, чтоб Учр. Собрание было созвано завтра, но верить, что
Гучков созовет Учр. Собрание, — наивно. Вся болтовня о том, чтобы заставить
Врем. Правительство созвать Учредительное Собрание, — пустая болтовня,
Page 35 of 91
сплошной обман. Революции делались, а полиция оставалась, революции делались,
а все чиновники и проч. оставались. В этом причина гибели революций. Сов. Раб.
Деп. — единственное правительство, которое может созвать это собрание. За Сов.
Раб. Деп. мы все ухватились, но не поняли их. Мы от этой формы тянем назад, к
Интернационалу, который идет в хвосте буржуазии.
Буржуазная республика решить вопрос (о войне) не может, ибо он может быть
разрешен лишь в международном масштабе. Мы не обещаем освободить, но мы
говорим, что только в этой форме (С. Р. и С. Д.) оно возможно. Никакого
правительства, кроме Совета Рабочих и Батрацких Депутатов. Сказать о Коммуне
— не поймут. Но сказать, что вместо полиции — Сов. Раб. и Батрацких Деп.,
научитесь управлять — вам некому помешать, — (это поймут). Искусства
управлять не из каких книжек не вычитаешь. Пробуй, ошибайся, учись управлять.
В аграрной программе — перенесение центра тяжести на Советы Батрацких
Конфискация всех помещичьих земель.
Национализация всех земель в стране, распоряжение землею местными
Советами Батрацких и Крестьянских Депутатов. Выделение Советов Депутатов от
беднейших крестьян. Создание от каждого крупного имения (в размере от 100 дес.
до 300, по местным и прочим условиям и по определению местных учреждений)
образцового хозяйства под контролем Сов. Батрацких Депутатов и на
общественный счет».
— Что такое крестьянство? — Мы не знаем, статистики нет, но мы знаем что
— сила.
Если они землю возьмут, — будьте уверены, что они вам ее не отдадут, вас не
спросят. Ось программы передвинулась; центр тяжести — Советы Батрацких
Депутатов. Если не решит революцию крестьянин, — ее решит немецкий рабочий.
Тамбовский мужик...
За одну десятину платить не нужно, за вторую — 1 руб., за третью — 2 руб. Мы
землю возьмем, а помещик не сможет уже ее отобрать.
Хозяйство на общих началах.
Необходимо выделение Сов. Деп. от беднейших крестьян. Есть мужик, есть
средний, есть батрак. Ему, если даже дать землю, — он все равно хозяйства не
создаст. Нужно создать из крупных имений образцовые хозяйства, с хозяйством на
Т. е. замена постоянной армии всеобщий вооружением народа.
Page 36 of 91
общих началах, а хозяйничать должны Сов. Батрацких Депутатов.
Имения крупные есть...
«VII. Слияние немедленное всех банков страны в один общенациональный банк и
введение контроля над ним со стороны Сов. Раб. Деп. ».
— Банк это — «форма общественного счетоводства» (Маркс). — Война учит
экономии, все знают, что банки расхищают народные силы. Банки — нерв, фокус
народного хозяйства. Мы не можем взять банки в свои руки, но мы проповедуем
объединение их под контролем Сов. Раб. Деп.
«VIII. Не «введение» социализма как наша непосредственная задача, а переход
тотчас лишь к контролю со стороны Сов. Раб. Деп. за общественным
производством и распределением продуктов».
— Жизнь и революция отводят Учр. Собрание на задний план. Законы важны
не тем, что они записаны На бумаге, но тем, кто их проводит. Диктатура
пролетариата есть, но не знают, что с ней делать. Маркс... только то, что
практически назрело…
Капитализм перешел в государственный капитализм.
Партийные задачи:
1. Немедленный Съезд партии.
2. Перемена программы партии, главное:
а) об империализме,
б) об отношении к государству и наше требование «государствакоммуны»,3
в) исправление отсталой программы-минимум.
3. Перемена названия партии.4
Обновление Интернационала.
Инициатива создания революционного Интернационала. Интернационала
против социал-шовинистов и против «центра».5
— Общий итог.
Совет Рабочих депутатов создан, он пользуется громадным влиянием. Все
Т. е. такого государства, прообраз которого дала Парижская Коммуна.
Вместо «с.-д.», официальные вожди которой во всем мире предали социализм, перейдя к
буржуазии («оборонцы» и колеблющиеся каутскианцы), надо назваться Коммунистической
«Центром» называется в международной социал-демократии течение, колеблющееся между
шовинистами («оборонцами») и интернационалистами, именно; Каутский и Ко в Германии, Лонге и
Ко во Франции, Чхеидзе и Ко в России, Турати и Ко в Италии, Макдональд и Ко в Англии и т. д.
Page 37 of 91
инстинктивно ему сочувствуют. В этом инстинкте сочетается гораздо больше
революционной мысли, чем во всех революционных фразах. Если Сов. Раб. Деп.
смогут взять управление в свои рука, — дело свободы обеспечено. Если напишите
самые идеальные законы, кто будет проводить их в жизнь? — те же чиновники, но
они связаны с буржуазией.
Не «осуществляйте социализм» нужно говорить кассам, а проводите (?).
Капитализм ушел вперед, капитализм военный — не тот, что был до войны.
На основании тактических выводов необходимо перейти к практическим
шагам. Необходимо немедленно созвать партийный Съезд, необходимо
пересмотреть программу. Многое в ней устарело. Необходимо изменить
Лично от себя — предлагаю переменить название партии, назваться —
Коммунистической Партией. Название «Коммунистическая» народ поймет.
Большинство официальных социал-демократов изменили, предали социализм…
Либкнехт — один с.-д… Вы боитесь изменить старым воспоминаниям? Но что бы
переменить белье, надо снять грязную рубашку и надеть чистую. Почему выкинут
опыт всемирной борьбы? Большинство с.-д. во всем мире социализм предали и
перешли на сторону своих правительств (Шейдеман, Плеханов, Гед). Как сделать,
чтоб Шейдеман согласился? Эта точка зрения есть гибель для социализма. Послать
радиотелеграмму Шейдеману, о прекращении войны... — обман.
Слово «с.-д.» не точно. Не цепляйтесь за старое, которое насквозь прогнило.
Хотите строить новую партию... — и к вам придут все угнетенные.
В Циммервальде и Кинтале получил преобладание центр «Рабочая Газета». Мы
докажем вам, что весь опыт показал. Мы заявляем, что образовали левую и порвали
с центром. Или вы говорите об Интернационале — тогда проводите... или вы...
Течение левого Циммервальда существует во всех странах мира. Массы
должны разобраться, что социализм раскололся во всем мире. Оборонцы отреклись
от социализма. Один Либкнехт... Вся будущность — за ним.
Я слышу, что в России идет объединительная тенденция, объединение с
оборонцами. Это — предательство социализма. Я думаю, что лучше остаться
одному, как Либкнехт, один против 110.
Печатается по тексту газеты
Впервые напечатано 7 ноября 1924 г. в газете “Правда” № 255
Page 38 of 91
О задачах пролетариата в данной революции
Приехав только 3 апреля ночью в Петроград, я мог, конечно, лишь от своего имени
и с оговорками относительно недостаточной подготовленности выступить на
собрании 4 апреля с докладом о задачах революционного пролетариата.
Единственное, что я мог сделать для облегчения работы себе, — и
добросовестным оппонентам, — было изготовление письменных тезисов. Я прочел
их и передал их текст тов. Церетели. Читал я их очень медленно и дважды:
сначала на собрании большевиков, потом на собрании и большевиков и
Печатаю эти мои личные тезисы, снабженные лишь самыми краткими
пояснительными примечаниями, которые гораздо подробнее были развиты в
В нашем отношении к войне, которая со стороны России и при новом
правительстве Львова и К° безусловно остается грабительской империалистской
войной в силу капиталистического характера этого правительства, недопустимы ни
малейшие уступки «революционному оборончеству».
На революционную войну, действительно оправдывающую революционное
оборончество, сознательный пролетариат может дать свое согласие лишь при
а) перехода власти в руки пролетариата и примыкающих к нему беднейших
частей крестьянства;
б) при отказе от всех аннексий на деле, а не на словах;
в) при полном разрыве на деле со всеми интересами капитала.
Ввиду несомненной добросовестности широких слоев массовых
представителей революционного оборончества, признающих войну только по
необходимости, а не ради завоеваний, ввиду их обмана буржуазией, надо особенно
обстоятельно, настойчиво, терпеливо разъяснять им их ошибку, разъяснять
неразрывную связь капитала с империалистской войной, доказывать, что кончить
войну истинно демократическим, не насильническим, миром нельзя без свержения
Организация самой широкой пропаганды этого взгляда в действующей армии.
Page 39 of 91
Своеобразие текущего момента в России состоит в переходе от первого
этапа революции, давшего власть буржуазии в силу недостаточной сознательности
и организованности пролетариата, — ко второму ее этапу, который должен дать
власть в руки пролетариата и беднейших слоев крестьянства.
Этот переход характеризуется, с одной стороны, максимумом легальности
(Россия сейчас самая свободная страна в мире из всех воюющих стран), с другой
стороны, отсутствием насилия над массами и, наконец, доверчивобессознательным отношением их к правительству капиталистов, худших врагов
мира и социализма.
Это своеобразие требует от нас умения приспособиться к особым условиям
партийной работы в среде неслыханно широких, только что проснувшихся к
политической жизни, масс пролетариата.
Никакой поддержки Временному правительству, разъяснение полной
лживости всех его обещаний, особенно относительно отказа от аннексий.
Разоблачение, вместо недопустимого, сеющего иллюзии, «требования», чтобы это
правительство, правительство капиталистов, перестало быть империалистским.
Признание факта, что в большинстве Советов рабочих депутатов наша
партия в меньшинстве, и пока в слабом меньшинстве, перед блоком всех
мелкобуржуазных оппортунистических, поддавшихся влиянию буржуазии и
проводящих ее влияние на пролетариат, элементов от народных социалистов,
социалистов-революционеров до ОК (Чхеидзе, Церетели и пр.), Стеклова и пр. и
Разъяснение массам, что С.Р.Д. есть единственно возможная форма
революционного правительства и что поэтому нашей задачей, пока это
правительство поддается влиянию буржуазии, может явиться лишь терпеливое,
систематическое, настойчивое, приспособляющееся особенно к практическим
потребностям масс, разъяснение ошибок их тактики.
Пока мы в меньшинстве, мы ведем работу критики и выяснения ошибок,
проповедуя в то же время необходимость перехода всей государственной власти к
Советам рабочих депутатов, чтобы массы опытом избавились от своих ошибок.
Не парламентарная республика, — возвращение к ней от С.Р.Д. было бы
шагом назад, — а республика Советов рабочих, батрацких и крестьянских
депутатов по всей стране, снизу доверху.
Устранение полиции, армии, чиновничества.
Page 40 of 91
Плата всем чиновникам, при выборности и сменяемости всех их в любое
время, не выше средней платы хорошего рабочего.
В аграрной программе перенесение центра тяжести на Советы батрацких
Конфискация всех помещичьих земель.
Национализация всех земель в стране, распоряжение землею местными
Советами батрацких и крестьянских депутатов. Выделение Советов депутатов от
беднейших крестьян. Создание из каждого крупного имения (в размере около 100
дес. до 300 по местным и прочим условиям и по определению местных
учреждений) образцового хозяйства под контролем батрацких депутатов и на
общественный счет.
Слияние немедленное всех банков страны в один общенациональный банк и
введение контроля над ним со стороны С.Р.Д.
Не «введение» социализма, как наша непосредственная задача, а переход
тотчас лишь к контролю со стороны С.Р.Д. за общественным производством и
распределением продуктов.
Партийные задачи:
а) немедленный съезд партии;
б) перемена программы партии, главное:
1) об империализме и империалистской войне,
2) об отношении к государству и наше требование «государствакоммуны»,6
3) исправление отсталой программы-минимум;
в) перемена названия партии.7
Обновление Интернационала.
Инициатива создания революционного Интернационала, Интернационала
против социал-шовинистов и против «центра».8
Чтобы читатель понял, почему мне пришлось подчеркнуть особо, как редкое
исключение, «случай» добросовестных оппонентов, приглашаю сравнить с этими
Т. е. такого государства, прообраз которого дала Парижская Коммуна.
Вместо «с.-д.», официальные вожди которой во всем мире предали социализм, перейдя к
буржуазии («оборонцы» и колеблющиеся каутскианцы), надо назваться Коммунистической
«Центром» называется в международной социал-демократии течение, колеблющееся между
шовинистами («оборонцами») и интернационалистами, именно; Каутский и Ко в Германии, Лонге и
Ко во Франции, Чхеидзе и Ко в России, Турати и Ко в Италии, Макдональд и Ко в Англии и т. д.
Page 41 of 91
тезисами следующее возражение господина Гольденберга: Лениным “водружено
знамя гражданской войны в среде революционной демократии” (цитировано в
«Единстве» г-на Плеханова, № 5).
Не правда ли, перл?
Я пишу, читаю, разжевываю: «ввиду несомненной добросовестности широких
слоев массовых представителей революционного оборончества... ввиду их обмана
буржуазией, надо особенно обстоятельно, настойчиво, терпеливо разъяснять им их
А господа из буржуазии, называющие себя социал-демократами, не
принадлежащие ни к широким слоям, ни к массовым представителям оборончества,
с ясным лбом передают мои взгляды, излагают их так: «водружено (!) знамя (!)
гражданской войны» (о ней нет ни слова в тезисах, не было ни слова в докладе!) «в
среде (!!) революционной демократии... »
Что это такое? Чем это отличается от погромной агитации? от «Русской Воли»?
Я пишу, читаю, разжевываю: «Советы Р. Д. есть единственно возможная
форма революционного правительства, и поэтому нашей задачей может явиться
лишь терпеливое, систематическое, настойчивое, приспособляющееся особенно к
практическим потребностям масс, разъяснение ошибок их тактики... »
А оппоненты известного сорта излагают мои взгляды, как призыв к
«гражданской войне в среде революционной демократии»!!
Я нападал на Временное правительство за то, что оно не назначало ни скорого,
ни вообще какого-либо срока созыва Учредительного собрания, отделываясь
посулами. Я доказывал, что без Советов рабочих и солдатских депутатов созыв
Учредительного собрания не обеспечен, успех его невозможен.
Мне приписывают взгляд, будто я против скорейшего созыва Учредительного
Я бы назвал это «бредовыми» выражениями, если бы десятилетия
политической борьбы не приучили меня смотреть на добросовестность
оппонентов, как на редкое исключение.
Г-н Плеханов в своей газете назвал мою речь «бредовой». Очень хорошо,
господин Плеханов! Но посмотрите, как вы неуклюжи, неловки и недогадливы в
своей полемике. Если я два часа говорил бредовую речь, как же терпели «бред»
сотни слушателей? Далее. Зачем ваша газета целый столбец посвящает изложению
«бреда»? Некругло, совсем некругло у вас выходит.
Page 42 of 91
Гораздо легче, конечно, кричать, браниться, вопить, чем попытаться
рассказать, разъяснить, вспомнить, как рассуждали Маркс и Энгельс в 1871, 1872,
1875 гг. об опыте Парижской Коммуны и о том, какое государство пролетариату
Бывший марксист г. Плеханов не желает, вероятно, вспоминать о марксизме.
Я цитировал слова Розы Люксембург, назвавшей 4 августа 1914 г. германскую
социал-демократию «смердящим трупом». А гг. Плехановы, Гольденберги и К°
«обижаются»... за кого? – за германских шовинистов, названных шовинистами!
Запутались бедные русские социал-шовинисты, социалисты на словах,
шовинисты на деле.
Печатается по тексту газеты
Написано 4 и 5 (17 и 18) апреля 1917 г.
Напечатано 7 апреля 1917 г. в газете “Правда” № 26
Подпись: Н. Ленин
Page 43 of 91
Набросок статьи или речи в защиту Апрельских тезисов
(1) Грозит экономический крах. Поэтому устранить буржуазию – ошибка.
(Это вывод буржуазный. Чем ближе крах, тем насущнее устранение
(2) Пролетариат не огранизован, слаб, несознателен.
(Верно. Поэтому вся задача бороться с теми мелко-буржуазными вождями, так
называемыми социал-демократами (Чхеидзе, Церетели, Стеклов), кои усыпляют
массы, внушая им доверие к буржуазии.
Не объединение с этими мелкими буржуа (Чхеидзе, Стеклов, Церетели), а
разбитие этой социал-демократии, губящей революцию пролетариата.)
(3) Революция буржуазная в данной стадии. Поэтому не надо
«социалистического эксперимента».
(Это рассуждение насквозь буржуазное. О «социалистическом эксперименте»
никто не говорит. Конкретное, марксистское положение требует теперь не только
учета классов, но учреждений.)
Господа душители революции сладкой фразой (Чхеидзе, Церетели, Стеклов)
тащат революцию назад, о т Советов рабочих депутатов к «единовластию»
буржуазии, к обычно-буржуазной парламентарной республике.
Мы должны умело, осторожно, прояснением мозгов вести пролетариат и
беднейшее крестьянство в п е р е д , от «двоевластия» к п о л н о в л а с т и ю
Советов рабочих депутатов, а это и есть коммуна в смысле Маркса, в смысле опыта
1871 г.
Вопрос не в том, как быстро идти, а куда идти.
Вопрос не в том, подготовлены ли рабочие, а в том, к а к и к ч е м у готовить
Так как манифесты и воззвания Совета рабочих депутатов о войне и т.п.
пустейшая и лживая мелко-буржуазная болтовня, лишь усыпляющая народ, то
наша задача больше всего, как я и говорил, в прояснении мозгов, в избавлении масс
от буржуазного влияния Чхеидзе, Стеклова, Церетели и Ко.
«Революционное оборончество» Совета рабочих депутатов, т.е. Чхеидзе,
Церетели и Стеклова, есть во сто раз более вредное, ибо прикрытое сладкими
фразами, шовинистское течение, попытка примирить массы с Временным
революционным правительством.
Page 44 of 91
Тупая, несознательная, одурачиваемая гг. Чхеидзе, Церетели, Стекловым и Ко
масса не понимает, что война есть продолжение политики, что войны ведутся
Надо разъяснять, что прекратить войну или изменить ее характер «народ»
может лишь переменив классовый характер правительства.
Печатается по рукописи
Написано между 4 и 12 (17 и 25) апреля 1917 г.
Впервые напечатано 21 января 1933 г. в газете «Правда» № 21
Page 45 of 91
Заседание ЦК РСДРП(б) января и февраля 1918 г.
П Р О Т О К О Л № 37
Протокол заседания ЦК 11 (24) января 1918 года (ед. хр. 405, лл. 1-12) представляет собой
подлинную секретарскую запись, написанную с одной стороны простым карандашом на тринадцати
вырванных из блокнота листках бумаги небольшого формата. Вторая, переписанная той же рукой
протокольная запись (лл. 14-18), написана с обеих сторон чернилами на пяти полулистах писчей
бумаги. Третья протокольная запись имеется в тетради протоколов Секретариата ЦК РСДРП(б) (ед.
хр. 59).
Текст протокола печатается по секретарской записи (лл. 14-18), сверенной с текстом двух других
протокольных записей.
11 (24) января 1918 г.
П р и с у т с т в о в а л и: Ломов (Оппоков), Крестинский, Муранов, Урицкий,
Дзержинский, Сергеев (Артем), Свердлов, Троцкий, Ленин, Сталин, Бухарин,
Сокольников, Коллонтай, Зиновьев и Стасова.
П о р я д о к д н я:
1) О допущении на заседание с совещательным голосом представителя от
Петербургского комитета.
2) О выборе членов президиума центра профессиональных союзов.
3) О мире.
1) Первый вопрос решается утвердительно, и на заседании присутствует т.
2) Из предложенных фракцией большевиков съезда профессиональных союзов
кандидатов на пост председателя, секретаря и редактора профессионального органа
постановляется в председатели выдвинуть т. Шляпникова, в секретари двух
товарищей: Шмидта и Томского (решено вообще иметь двух секретарей) и в
редакторы т. Глебова.
3) О мире.
Первым берет слово тов. Л е н и н, который указывает, что на собрании 8
января по этому вопросу наметились три точки зрения, и ставит вопрос о том,
обсуждать ли вопрос по пунктам тезисов, изложенных им, или же открыть общую
Принимается последнее и слово предоставляется тов. Ленину.
Он начинает с изложения трех точек зрения, наметившихся на предыдущем
собрании: 1) сепаратный аннексионистский мир, 2) революционная война и 3)
Page 46 of 91
объявление войны прекращенной, демобилизовать армию, но мира не
подписывать. На предыдущем собрании первая точка зрения собрала 15 голосов,
вторая — 32 и третья — 16.
Тов. Л е н и н указывает, что большевики никогда не отказывались от обороны,
но только эта оборона и защита отечества должна была иметь определенную,
конкретную обстановку, которая есть в настоящее время налицо, а именно: защита
социалистической республики от необыкновенно сильного международного
империализма. Вопрос стоит только в том, как должны мы защищать отечество –
социалистическую республику. Армия чрезмерно утомлена войной; конский состав
таков, что артиллерию мы не сможем увезти при наступлении; положение
германцев на островах Балтийского моря настолько хорошо, что при наступлении
они смогут взять Ревель и Петроград голыми руками. Продолжая в таких условиях
войну, мы необыкновено усилим германский империализм, мир придется все равно
заключать, но тогда мир будет худший, так как его будем заключать не мы.
Несомненно, мир, который мы вынуждены заключать сейчас,- мир похабный, но
если начнется война, то наше правительство будет сметено и мир будет заключен
другим правительством. Сейчас мы опираемся не только на пролетариат, но и на
беднейшее крестьянство, которое отойдет от нас при продолжении войны.
Затягивание войны входит в интересы французского, английского и американского
империализма, чему служит, например, доказательством предложение, сделанное в
ставке Крыленко о 100 рублях за каждого русского солдата, предложенных
американцами. Стоящие на точке зрения революционной войны указывают, что мы
этим самым будем находиться в гражданской войне с германским империализмом
и что этим мы пробудим в Германии революцию. Но ведь Германия только еще
беременна революцией, а у нас уже родился вполне здоровый ребенок –
социалистическая республика, которого мы можем убить, начиная войну. В наших
руках есть циркулярное письмо германских социал-демократов, имеются сведения
об отношении к нам двух течений центра, из которых одно считает, что мы
подкуплены и что сейчас в Бресте происходит комедия с заранее распределенными
ролями. Эта часть нападает на нас за перемирие. Другая часть каутскианцев
заявляет, что личная честность вождей большевиков вне всякого сомнения, но что
поведение большевиков является психологической загадкой. Мнения левых
социал-демократов мы не знаем. Английские рабочие поддерживают наше
стремление к миру. Конечно, тот мир, который мы заключим, будет похабным
Page 47 of 91
миром, но нам необходима оттяжка для проведения в жизнь социальных реформ
(взять хотя бы один транспорт); нам необходимо упрочиться, а для этого нам
нужно время. Нам необходимо додушить буржуазию, а для этого нам необходимо,
чтобы у нас были свободны обе руки. Сделав это, мы освободим себе обе руки и
тогда мы сможем вести революционную войну с международным империализмом.
Созданные в настоящее время эшелоны революционной — добровольческой армии
— это офицеры нашей будущей армии.
То, что предлагает тов. Троцкий — прекращение войны, отказ от подписания
мира и демобилизация армии — это интернациональная политическая
демонстрация. Своим уводом войск мы достигаем того, что отдаем немцам
Эстляндскую социалистическую республику. Говорят, что, заключая мир, мы этим
самым развязываем руки японцам и американцам, которые тотчас завладеют
Владивостоком, но пока они дойдут только до Иркутска, мы сумеем укрепить нашу
социалистическую республику. Подписывая мир, мы, конечно, предаем
самоопределившуюся Польшу, но мы сохраняем социалистическую Эстляндскую
республику и даем возможность окрепнуть нашим завоеваниям. Конечно, мы
делаем поворот направо, который ведет через весьма грязный хлев, но мы должны
его сделать. Если немцы начнуть наступать, то мы будем вынуждены подписать
всякий мир, а тогда, конечно, он будет худшим. Для спасения социалистической
республики три миллиарда контрибуции не слишком дорогая цена. Подписывая
мир теперь, мы воочию показываем широким массам, что империалисты
(Германии, Англии и Франции), взявши Ригу и Багдад, продолжают драться, а мы
развиваемся, развивается социалистическая республика.
Тов. Б у х а р и н находит, что позиция тов. Троцкого самая правильная, а в
позиции тов. Ленина он усматривает 2 противоречия. Он говорит, что мы стоим на
позиции обороны, но оборона предполагает войну, ведя же войну, мы идем в
хвосте империализма. Нам необходимо рассматривать социалистическую
республику с точки зрения интернационализма, так как тут мы имеем общий фронт
борьбы классов. С этой точки зрения мы и говорим, что мы уже победили, в другом
месте отряды стоят на одном месте, а в третьем еще только начинают двигаться.
Напрасно тов. Ленин говорит против политической демонстрации, т.к. отказ от
войны, братание являются элементами разложения армии. Корнилова мы одолели
разложением его армии, т.е. именно политической демонстрацией. Тот же метод
мы хотим применить и к немецкой армии. Пусть немцы нас побьют, пусть
Page 48 of 91
продвинутся еще на сто верст, мы заинтересованы в том, как это отразится на
международном движении. С.-д. немцы заинтересованы в том, чтобы мы не
подписали договора, так как движение в Германии и в Вене развивается именно на
почве борьбы за мир. В Вене развивается всеобщая забастовка в связи с
переговорами в Бресте, и, подписывая мир, мы срываем эту борьбу. Сохраняя свою
социалистическую республику, мы проигрываем шансы международного
движения. В связи с чем обострилось движение на Западе? На вопросе о мире.
Конечно, это доказательство слабости движения, но чтобы поднять его выше,
необходимо разжигать его на вопросе мира, не дать возможности сказать
правительствам в Берлине и Вене, что мир заключен. Необходимо, по
возможности, дело затягивать и не подписывать похабного мира, так как этим мы
будоражим западноевропейские массы.
Тов. У р и ц к и й считает, что ошибка тов. Ленина в настоящий момент та же,
что была и в 1915 году,- а именно, он смотрит на дело с точки зрения России, а не с
точки зрения международной. Конечно, мы не можем вети революционной войны,
не можем потому, что, начиная ее, мы тотчас же теряем армию – солдат, а
буржуазия тотчас же заключит мир. Но подписывая мир, мы теряем пролетариат,
так как, конечно, питерский пролетариат не примирится с подисанием мира, сочтет
это отказом от нашей линии. Отказываясь от подписания мира, производя
демобилизацию армии и тем самым политическую демонстрацию, мы, конечно,
открываем путь немцам, но тогда, несомненно, у народа проснется инстинкт
самосохранения и тогда начнется революционная война. Что касается
политической демонстрации, то вся политика Народного комиссариата
иностранных дел была не чем иным, как политическая демонстрация. Совершенно
так же будет понята и наша политика немецкими солдатами при отказе от
подписания мира, прекращения войны и демобилизации армии.
Тов. Т р о ц к и й ставит вопрос о том, в каком отношении стоит
революционная война к мировым интернационалистическим отношениям? Ведь в
настоящий момент весь вопрос заключается в соотношении сил. Участвуем ли мы
активно в империалистической войне или воздерживаемся от активности – мы все
равно принимаем участие в войне. И вот мы должны учесть, что нам выгоднее.
Превратить все наши силы в силы военные — это утопия. Поэтому вопрос о
революционной войне является нереальным вопросом. Армию необходимо
распустить, но распустить армию — не значит подписать мир. Во время
Page 49 of 91
переговоров мы никак не могли нащупать взаимных отношений Австро-Венгрии и
Германии. Своим отказом подписать мир, демобилизацией армии, мы заставляем
обнаружить то, что есть, так как немцы будут наступать именно при нашей
демобилизации. Этим мы ясно покажем германским соц.-дем., что нет игры с
заранее распределенными ролями. Не могли мы нащупать и того, насколько велики
силы сопротивления Германии, так как немцы не знают печатных условий мира,
германская цензура фальсифицирует переговоры. Тов. Стучка предлагал, чтобы мы
предложили немцам третейский суд, и мне кажется это приемлемым, как новая
оттяжка в переговорах, в случае их отказа мы прерываем переговоры, но заявляем,
что воевать не будем.
Тов. О п п о к о в [Ломов] находит, что, добиваясь отсрочки, мы ничего не
достигаем, так как несомненно, что все наши мероприятия по части введения
социализма будут встречать такое противодействие империализма германцев, что
мы будем совершенно бессильны. Он считает, что говорить о невозможности
революционной войны не приходится потому, что до сих пор мы ничего не делали
для подготовки ее. Он считает, что неправильно положение тов. Ленина, что мы,
желая сохранить ребенка — социалистическую руспублику, отказываемся от
войны. Именно расположение германской армии, именно гражданская война с
германским империализмом, именно наше задушение может поднять революцию
на Западе. Мы не можем остановиться на полпути, а должны идти до конца,
оставаясь на нашей позиции, а заключая мир, мы капитулируем перед германским
империализмом. Он полагает, что надо принять позицию тов. Троцкого, но с
проявлением максимума активности по отношению подготовки к революционной
Тов. С т а л и н считает, что, принимая лозунг революционной войны, мы
играем на руку империализму. Позиция тов. Троцкого не есть позиция.
Революционного движения на Западе нет, нет фактов, а есть только потенция, а с
потенцией мы не можем считаться. Если немцы начнут наступать, то это усилит у
нас контрреволюцию. Наступать Германия сможет, так как у нее есть свои
корниловские войска – гвардия. В октябре мы говорили о священной войне.
Потому что нам сообщали, что одно слово «мир» поднимет революцию на Западе.
Но это не оправдалось. Проведение нами социалистических реформ будоражит
Запад, а для проведения их нам нужно время. Принимая политику тов. Троцкого,
мы создаем наихудшие условия для движения на Западе, а потому он предлагает
Page 50 of 91
принять предложение тов. Ленина.
Тов. З и н о в ь е в говорит, что, конечно, мы стоим перед тяжелой
хирургической операцией, так как миром мы усилим шовинизм в Германии и на
некоторое время ослабляем движение везде на Западе. А дальше виднеется другая
перспектива — это гибель социалистической республики. Предложение Троцкого
не приемлемо, так как на него, конечно, Кюльман парламентски ответит, что ввиду
неподписания мира, мы остаемся с ними в состоянии войны. Тов. Зиновьев ставит
вопрос: не следует ли оттянуть еще на некоторое время возобновление
переговоров, а тем временем призвести всенародный референдум по отношению
вопроса о мире.
Тов. Б у б н о в находит, что на собрании 8 января фигурировали три точки
зрения, а теперь всего две, так как, очевидно, точка зрения революционной войны
не находит сторонников.
Тов. Л е н и н указывает, что он не согласен в некоторых частях со своими
единомышленниками Сталиным и Зиновьевым. С одной стороны, конечно, на
Западе есть массовое движение, но революция там еще не началась. Однако если
бы в силу этого мы изменил бы свою тактику, то мы явились бы изменниками
международному социализму. С Зиновьевым он не согласен в том, что заключение
мира на время ослабит движение на Западе. Если мы верим в то, что германское
движение может развиться немедленно в случае перерыва мирных переговоров, то
мы должны пожертвовать собою, ибо германская революция по силе будет гораздо
выше нашей. Но суть в том, что там движение еще не началось, а у нас оно уже
имеет новорожденного и громкокричащего ребенка и, если мы в настоящий момент
не скажем ясно, что мы согласны на мир, то мы погибнем. Нам важно задержаться
до появления общей социалистической революции, а этого мы можем достигнуть,
только заключив мир.
Тов. Д з е р ж и н с к и й заявляет, что подписание мира есть капитуляция всей
нашей программы. Он считает, что тов. Ленин делает в скрытом виде то, что в
октябре делали Зиновьев и Каменев. Мы своим поведением должны давать силы
Западу. Тов. Ленин указывал, что социалистическая республика опирается на
беднейшее крестьянство и на пролетариат. Мы — партия пролетариата и должны
ясно видеть, что пролетариат не пойдет за нами, если мы подпишем мир.
Тов. К о с и о р говорит, что Петербургская организация протестует и будт
протестовать, пока может, против точки зрения тов. Ленина и считает возможным
Page 51 of 91
только позицию революционной войны.
Тов. Б у х а р и н выдвигает возможность лозунга окопного мира.
Тов. С е р г е е в [Артем] указывает, что все ораторы согласны в том, что нашей
социалистической республике грозит гибель при отсутствии социалистической
революции на Западе и считает, что для развития ее из потенции в активно
действующую силу нужно время, а следовательно, нам необходимо получить это
время и получить его можно только путем заключения мира; мир — это наше
Тов. К р е с т и н с к и й говорит, что главным доводом против революционной
войны является указание на отсутствие у нас армии как боевой единицы. Но мы
должны и дальше производить демобилизацию, так как прежнюю армию мы не
можем считать пригодной для ведения революционной войны. Мы должны
усиливать нашу Красную гвардию, так как только ею мы и сильны и на нее можем
опираться, а не на гарнизоны. Только создав свою Красную Армию, мы сможем
вести революционную войну.
Тов. С о к о л ь н и к о в указывает, что тянуть с мирными переговорами не
вредно, но что нам совершенно не страшно заключение мира, так как мир на самом
деле явится только перемирием, ибо, заключая мир, мы именно начнем готовиться
к революционной войне. Он считает для нас выгодным даже подписание
капитуляции, так как этим мы еще яснее покажем всему миру, что мы политически
боремся за право народов на самоопределение, а не путем обратного отвоевывания
занятых местностей. История ясно показывает, что соль земли постепенно
перемещается на восток. В 18 веке солью была Франция, в 19-ом Германия, а
теперь Россия.
Тов. Б у х а р и н предлагает определить, что мы считаем революционной
войной: натиск или стояние на месте?
Тов. Т р о ц к и й предлагает поставить вопрос: собираемся ли мы призывать к
революционной войне?
Ставится на голосование.
За 2, против 11, воздержался 1.
Тов. Л е н и н предлагает поставить на голосование, что мы всячески
затягиваем подписание мира.
Ставится на голосование.
За — 12, против 1.
Page 52 of 91
Тов. Т р о ц к и й предлагает поставить на голосование следующую формулу:
войну мы прекращаем, мира не заключаем, армию демобилизуем.
Ставится на голосование.
За — 9, против — 7.
(При подсчете голосов принималось во внимание письменное заявление тов.
Page 53 of 91
П Р О Т О К О Л № 45
Протокол заседания ЦК 23 февраля 1918 года представляет собой подлинную секретарскую запись,
написанную чернилами на восьми листах бумаги разного формата и двумя почерками. Начало
протокола написано с обеих сторон на трех листах бумаги большого формата с вставкой (в
полулист) к обороту второй страницы протокольной записи. Продолжение протокольной записи
написано другим почерком на четырех листах бумаги; первые два листа большого формата
написаны чернилами на одной стороне, два последующих написаны чернилами с обеих сторон на
листах небольшого формата.
В арихиве хранится еще один вариант протокола, представляющий собой подлинную протокольную
запись, написанную на трех вырванных из блокнота листах бумаги среднего формата. Первый лист
написан простым карандашом с одной стороны, второй – простым карандашом с обеих сторон,
третий – чернилами с обеих сторон. Третья протокольная запись имеется в тетради протоколов
Секретариата ЦК РСДРП(б).
Текст протокола печатается по секретарской записи, сверенной с текстом других протокольных
23 февраля 1918 г.
П р и с у т с т в о в а л и: Бубнов, Крестинский, Дзержинский, Иоффе, Стасова,
Урицкий, Зиновьев, Свердлов, Бухарин, Сталин, Троцкий, Ломов [Оппоков],
Ленин, Сокольников, Смилга.
Г о с т и: Фенигштейн, Смирнов, Шотман и Пятаков.
Тов. С в е р д л о в оглашает германские условия.
Т р о ц к и й разъясняет, что 48 часов, очевидно, считается до завтра 7 часов
Тов. Л е н и н считает, что политика революционной фразы окончена. Если
политика будет теперь продолжаться, то он выходит из правительства и из ЦК. Для
революционной войны нужна армия, а ее нет. Значит, надо принимать условия.
Тов. Т р о ц к и й. Вести революционную войну при расколе в партии мы не
можем. Приходится считаться не только с международными отношениями, но при
создавшихся условиях наша партия не в силах руководить войной, тем более, что
часть сторонников войны не хочет материальных средств для ведения войны.
Доводы В. И. [Ленина] далеко не убедительны; если мы имели бы единодушие,
могли бы справиться с этим. Мы не были бы в плохой роли, если бы даже
принуждены были сдать Питер и Москву. Мы бы держали весь мир в напряжении.
Если мы подпишем сегодня германский ультиматум, то мы завтра же можем иметь
новый ультиматум. Все формулировки построены так, чтобы дать возможность
дальнейших ультиматумов. Мы можем подписать мир; потерять опору в передовых
элементах пролетариата, во всяком случае поведем к его разложению. С точки
зрения внутренней политики нет той дилеммы, которую изображает Ленин, но с
Page 54 of 91
точки зрения международной можно было бы многое выиграть. Но нужно было бы
максимальное единодушие; раз его нет, я на себя не возьму ответственности
голосовать за войну.
Тов. З и н о в ь е в сообщает, что по опыту последних дней ясно, что нет
энтузиазма, ничего нельзя поделать, ибо замечается лишь всеобщая усталость. Мы
теперь подведены к тому, чтобы принять предложение. Надо было подписывать
раньше; если это упущено, то надо подписывать теперь. Всякий из нас обязан
сделать все, чтобы не было раскола в партии.
Тов. Б у х а р и н. Предъявленные условия нисколько не оправдывают того
прогноза, который был дан Лениным. (Критикует самые предложения немцев.)
Выхода в смысле отсрочки нет. Принимают ли требования о разоружении
советских войск? Теперь в этом центр тяжести.
Тов. С т а л и н. Можно не подписывать, но начать мирные переговоры.
Требования разоружения советских войск внутри России нет; немцы провоцируют
нас на то, чтобы мы отказались. Вопрос стоит так: либо поражение нашей
революции и связывание революции в Европе, либо же мы получаем передышку и
укрепляемся. Этим не задерживается революция на Западе. Раз у нас нет средств
вооруженной рукой остановить наступление немцев, мы должны принять другие
методы. Если Петроград должен будет сдаться, это будет не сдача, а гниение
революции. Либо передышка, либо гибель революции — другого выхода нет.
Тов. Д з е р ж и н с к и й. Передышки не будет, наше подписание, наоборот,
будет усилением германского империализма. Подписав условия, мы не
гарантируем себя от новых ультиматумов. Подписывая этот мир, мы ничего не
спасем. Но согласеен с Троцким, что если бы партия была достаточно сильна,
чтобы вынести развал и отставку Ленина, тагда можно было бы принять решение,
теперь — нет.
Тов. Л е н и н. Некоторые упрекали меня за ультиматум. Я его ставлю в
крайнем случае. Если наши цекисты говорят о международной гражданской войне,
то это издевка. Гражданская война есть в России, но ее нет в Германии. Наша
агитация остается. Мы агитируем не словом, а революцией. И это остается. Сталин
не прав, когда он говорит, что можно не подписать. Эти условия надо подписать.
Если вы их не подпишете, то вы подпишете смертный приговор Советской власти
через 3 недели. Эти условия Советской власти не трогают. У меня нет ни малейшей
тени колебания. Я ставлю ультиматум не для того, чтобы его снимать. Я не хочу
Page 55 of 91
реаолюционной фразы. Немецкая революция еще не дозрела. Это требует месяцев.
Нужно принимать условия. Если потом будет новый ультиматум, то он будет в
новой ситуации.
Тов. И о ф ф е отказывается от слова.
Тов. У р и ц к и й возражает Сталину, что условия надо принять или нет, но
вести теперь еще переговоры нельзя. Наша капитуляция перед германским
империализмом задержит зарождающуюся революцию на Западе. Если мы мир
подпишем, у нас будет Милюков без Чернова, при содействии германского
империализма. Советская власть не спасется подписанием этого мира.
Тов. С в е р д л о в считает необходимым принятие этого мира. Доказывает
фактами их опыта последних дней.
Тов. Б у х а р и н. Самый центральный пункт — передышка и вооружение.
Следовательно, передышку надо использовать для организации вооруженной силы;
немцы, ставя требование демобилизации, вовсе не говорят о прифронтовой полосе.
Если мы будем продолжать организацию Красной Армии, то окажется, что мы
только подпишем бумажку. Гражданская война вовсе не должна быть только в
одной стране. Передышки нет.
Тов. С т а л и н возражает против утверждения, что с Германией идет не
национальная, а гражданская война. Неверно, что договор отрицает право
росийского населения на восстание. Дело сводится к тому, что мы немедленно
должны подписать эти условия. Предполагать, что передышки не будет и будут
постоянные ультиматумы – это значит полагать, что на Западе совершенно нет
движения. Мы полагаем, что немец все делать не может. Мы тоже ставим ставку на
революцию, но вы рассчитываете на недели, а на месяцы.
Тов. Л о м о в [Оппоков]. Выход, который предлагает Ленин, и поэтому на этот
путь я не пойду. Паники такой, о которой здесь говорят, тоже нет. Можно многое
сделать у нас. В германских войсках непременно будет разложение. Если Ленин
грозит отставкой, то напрасно пугаются. Надо брать власть без В. И. [Ленина].
Надо идти на фронт и делать все возможное.
Тов. Д з е р ж и н с к и й (к порядку). Грузятся в Валк 2000 рабочих. Сведения
об обороне вовсе не так пессимистичны. Предлагает на 15 минут перерыв.
Тов У р и ц к и й против перерыва, так как новые информации никого не
Предложение отвергнуто.
Page 56 of 91
Тов. Т р о ц к и й находит, что у Ленина была иная оценка прежде и теперь
ультиматума. Условия, предложенные нам, стали теперь хуже, чем были в Бресте,
и, конечно, лучше всего были они во время первой поездки Каменева, и лучше
было бы, если бы Каменев и Иоффе подписали мир. Мы оттягивали потому, что
необходима была ясность причин, почему мы его заключаем, ясность для всех. С
точки зрения интернациональной мы потеряли бы, подписывая мир в Бресте.
Теперь ясность полная, ни для кого не может быть сомнения в
империалистических стремлениях Германии в этой войне. Конкретные условия
мира не имеют такого колосального значения, как думает Бухарин. Конечно,
известная часть имет значение, но во всяком случае в них нет ключа к
побудительным причинам. История все поправит. Материальный характер
отношений таков, что германцы возьмут, что могут; смогут ли они и после
заключения мира вновь наступать? Конечно, да. Темп жизни теперь иной, чем 1871
году, так как сейчас всякая сторона играет на два фронта. Если французы сейчас
станут наступать, то дальнейшее поведение германцев будет иное. Он не согласен,
что ультиматум есть снятие с себя ответственности. Ильич отстранился и не
защищал моей позиции, когда она прошла. Он считает, что гибель нам не грозит,
но опасность есть на обоих путях, т.е. и на пути мира и на пути революционной
войны. Неверно, что есть только один выход из положения. Факты
перекрещиваются, а потому может быть средняя позиция. В позиции Ленина много
субъективизма. У меня нет уверенности в том, что позиция его правильна, но я
ничем не хочу мешать единству партии, напротив, буду помогать, чем могу, но я не
могу оставаться и нести персональную ответственность за иностранные дела.
Тов. С о к о л ь н и к о в считает, что условия, предъявленные сегодня,
показывают, что отсрочка, данная теперь, может измеряться парою недель, в
лучшем случае парою месяцев. У военной партии Германии совершенно
определенный план – удушить нас. Чтобы нам двигаться дальше, нужна
определенная передышка. Фактически теперь именно началась подготовка
революционной войны. Мы подписываем эти условия, как определенную отсрочку
для подготовки революционной войны. Тогда я подаю голос за подписание мира.
Тов. Л е н и н. Я тоже считаю необходимым готовить революционную войну.
Договор можно толковать, и мы будем его толковать. Демобилизация здесь в чисто
военном смысле. До войны у нас тоже была армия. К революционной войне нужно
серьезно готовиться. Я ни секунды не колеблюсь, что масса за мир.
Page 57 of 91
Тов. З и н о в ь е в сообщает, что интимные факты Дзержнского не таковы.
Настроение по-прежнему весьма пессимистично. (Толкует пункт о демобилизации.)
Пункт об Украине гораздо хуже. Тем не менее ультиматум должен быть принят
безусловно. Выбора никакого нет, и мы, если будем повинны перед партией, то
только в том, что опоздали.
Тов. Б у х а р и н обсуждает подробнее германские предложения.
К голосованию Л е н и н предлагает:
1) Принять ли немедленно германские предложения.
2) Готовить ли немедленно революционную войну.
3) Производить ли немедленно опрос среди советских избирателей Петрограда
и Москвы.
Принять ли
Готовить ли
Производить ли
немедленно опрос
Петрограда и Москвы
за 7, против 4,
воздержалось 4
за 11,
воздержалось 4
После голосования тов. Крестинский оглашает заявление, подписанное Иоффе,
Дзержинским и им, следующего содержания:
В ЦК РСДРП (большевиков)
Как и 17 февраля, мы считаем невозможным подписывать сейчас мир с
Германией. Но мы полагаем, что с теми огромными задачами, которые встали
перед пролетарской революцией в России после германского наступления и
встанут особенно после отклонения германского ультиматума, может справиться
Page 58 of 91
только объединенная большевистская партия. Если же произойдет раскол,
ультимативно заявленный Лениным, и нам придется вести революционную войну
против германского империализма, русской буржуазии и части пролетариата во
главе с Лениным, то положение для русской революции создастся еще более
опасное, чем при подписании мира.
Поэтому, не желая своим голосованием против подписания мира
способствовать созданию такого положения и не будучи в состоянии голосовать за
мир, мы воздерживаемся от голосования по этому вопросу.
23 февраля 1918 г.
Н. Крестинский
А. Иоффе
Ф. Дзержинский
Затем тов. Урицкий оглашает следующее заявление:
От своего имени и имени членов ЦК Бухарина, Ломова, Бунова, кандидата в
члены ЦК Яковлевой и присутствующих на заседании Пятакова и Смирнова
заявляю, что мы, не желая нести ответственности за принятое решение, которое мы
считаем глубоко ошибочным и губительным для русской и международное
революций, тем более, что решение это принято меньшинством ЦК, так как 4
воздержавшихся, как явствует из их мотивировки, стоят на нашей позиции, мы
заявляем, что уходим из всех ответственных партийных и советских постов,
оставляя за собой полную свободу агитации как внутри партии, так и вне ее, за
положения, которые мы считаем единственно правильными.
23 февраля.
М. Урицкий
Тов. Т р о ц к и й мотивирует свое воздержание тем, что необходимо было
найти выход из создавшегося положения; единственным выходом было не
препятствовать созданию большинства для получения единой линии.
Тов. Л о м о в [Оппоков] задает вопрос: допускает ли Влад[имир] И[льич]
немую или открытую агитацию против подписания мира.
Тов. Л е н и н отвечает утвердительно.
Тов. С в е р д л о в предлагает, чтобы в связи с создавшимся положением члены
ЦК остаются в составе ЦК и вообще на своих местах до съезда и ведут в партийных
кругах свою агитацию.
Page 59 of 91
Тов. Л е н и н стоит за обсуждение вопроса, поставленного Свердловым, так
как, во-первых, есть срок в 3 дня до подписания, во-вторых, 12 дней для
ратификации, и, следовательно, можно получить мнение партии, и, если она
выскажется против подписания, то ратификации не последует, но так как мы
сегодня стеснены временем, то предлагает отложить вопрос до завтра.
Тов. С в е р д л о в ставит вопрос, согласны ли товарищи отложить свой выход
до завтра, и если да, то мы откладываем обсуждение до завтра.
Тов. У р и ц к и й указывает, что предложение приемлемо только в случае
полной свободы агитации. Мы лояльны и не считаем возможным агитировать,
оставаясь членами учреждения; мы должны выйти, так как мы не можем быть
Тов. С т а л и н ставит вопрос, не означает ли уход с постов фактического ухода
из партии? Понимают ли товарищи, что оставление ими постов есть зарез для
партии и не обязаны ли они подчиняться постановлениям партии? Брестское
решение тоже было принято большинством одного голоса.
Тов. Л е н и н указывает, что уход из ЦК не значит уход из партии.
Тов. У р и ц к и й заявляет, что при Брестском решении не было мотивировки
во 1), а во 2) большинство ЦК не стоит на точке зрения Ленина. Товарищи уходят с
ответственных постов, но не их партии. Съезд разрешит вопрос, кто является
выразителем мнения партии.
Тов. Л о м о в [Оппоков] считает, что необходимо разобраться в ситуации; тов.
Ленин считает, что, подписывая мир, мы укрепляем Советскую власть, а мы
считаем, что мы ее подрываем.
Тов. Т р о ц к и й возражает, указывая, что ценность принятого решения в том
и заключается, что, воздерживаясь от голосования, мы поддерживаем
постановление. Он указывает, что, может быть, он голосовал бы иначе, если бы
знал, что его воздержание поведет к уходу товарищей. Считает, что мнение
Сталина ошибочно.
Тов. С т а л и н говорит, что он никого не обвиняет и считает вправе поступать,
как они считают лучшим, но указывает, что Ломова, Смирнова, Пятакова
совершенно некем заменить. Отдают ли себе товарищи отчет, что их поведение
ведет к расколу? Если они хотят ясности, а не раскола, то просит их отложить их
заявление до завтра или до съезда, который будет через несколько дней.
Тов. Т р о ц к и й предлагает считать заседание прерванным.
Page 60 of 91
Тов. У р и ц к и й говорит, что они считают заявление поданным и от
ответственных постов они отказались, но на обсуждение завтра придут.
Тов. Л о м о в [Оппоков] говорит, что они не могут заявление отложить, так как
ответ немцам не откладывается, а посылается тотчас же.
Тов. К р е с т и н с к и й предлагает ввиду близости съезда и ввиду опроса
московских и питерских рабочих до подписания мира, а также потому, что к тому
времени, может быть, многие изменят свое голосование, то предоставить свободу
агитации и разрешить не голосовать этим товарищам в Совете Народных
Тов. Л о м о в [Оппоков] не соглашается на предложение, указывая, что через
две недели сегодняшнее решение может быть аннулировано и признано ошибкой.
Они считают сегодняшнее решение ошибкой и потому участвовать в ней не могут.
Тов. У р и ц к и й говорит, что, хотя они и получают свободу агитации, но мир
будет подписан. Мы не уходим из партии. Если вы нам даете свободу агитации и
свободу голосования в ЦИК – отсрочиваем наше решение.
Тов. С в е р д л о в указывает, что можно голосовать против или
воздерживаться, и спрашивает, как думают они действовать?
Тов. У р и ц к и й говорит, что раз ему не запрещена свобода действия, то он
уходит из зала во время голосования. Далее он указывает, что фактически они не
уходят, но считает, что завление их подано.
Тов. С м и р н о в говорит, что это для него также неприемлемо, он не может
нести ответственности за то, с чем он не согласен, а потому не откладывает своего
Тов. Л е н и н предлагает товарищам выход из заседаний во время голосования
и не подписывать никаких документов, дабы не нести ответственности, но не
бросать дела в Совете.
Тов. С в е р д л о в считает, что пока товарищи остаются на своих местах, не
выходят из состава ЦК и комиссариатов, и предлагает наметить дальнейшую
работу на сегодня.
1) Соединенное заседание нашего ЦК и ЦК левых эсеров.
2) Заседания фракций.
3) Заседание ЦИК совместно с Петроградским Советом, но с раздельным
голосованием. Заседание прерывается до завтра и сохраняется запись ораторов:
Дзержинский, Урицкий, Свердлов и Сталин.
Page 61 of 91
Page 62 of 91
И. В. Сталин, О задачах хозяйственников.
Речь на первой Всесоюзной конференции работников социалистической
промышленности 4 февраля 1931 г.
Работы вашей конференции подходят к концу. Сейчас вы будете принимать
резолюции. Не сомневаюсь, что они будут приняты единогласно. В этих
резолюциях, — я их знаю немного, — вы одобряете контрольные цифры
промышленности на 1931 год и даёте обязательство выполнить их.
Слово большевика — серьёзное слово. Большевики привыкли выполнять
обещания, которые они дают. Но что значит обязательство выполнить контрольные
цифры на 1931 год? Это значит — обеспечить общий прирост промышленной
продукции на 45%. А это очень большая задача. Мало того. Такое обязательство
означает, что вы не только даёте обещание нашу пятилетку выполнить в 4 года, —
это дело уже решённое, и никаких резолюций тут больше не нужно, - это значит,
что вы обещаетесь выполнить её в 3 года по основным, решающим отраслям
Это хорошо, что конференция даёт обещание выполнить план на 1931 год,
выполнить пятилетку в три года. Но мы научены «горьким опытом». Мы знаем, что
не всегда обещания выполняются. В начале 1930 года тоже было дано такое
обещание выполнить годовой план. Тогда надо было увеличить продукцию нашей
промышленности на 31-32%. Однако обещание не было выполнено полностью.
Прирост промышленной продукции на деле составил за 1930 год 25%. Мы должны
задать вопрос: а не повторится ли то же самое и в этом году? Руководители,
работники нашей промышленности дают сейчас обещание увеличить продукцию
промышленности в 1931 году на 45%. Но какая гарантия, что обещание будет
Что требуется для того, чтобы выполнить контрольные цифры, чтобы дать
прирост продукции в 45%, чтобы добиться выполнения пятилетки не в 4, а по
основным и решающим отраслям в 3 года?
Для этого требуются два основных условия.
Во-первых, чтобы были реальные или, как у нас выражаются, «объективные»
возможности для этого.
Во-вторых, чтобы было желание и уменье руководить нашими предприятиями
Page 63 of 91
таким образом, чтобы эти возможности были претворены в жизнь.
Были ли у нас в прошлом году «объективные» возможности для полного
выполнения плана? Да, были. Неоспоримые факты свидетельствуют об этом. Эти
факты состоят в том, что в марте и апреле прошлого года промышленность дала
прирост продукции на 31% в сравнении с предыдущим годом. Почему же,
спрашивается, мы не выполнили плана за весь год? Что помешало? Чего не
хватило? Не хватило уменья использовать имеющиеся возможности. Не
хватило уменья правильно руководить заводами, фабриками, шахтами.
Мы имели первое условие: «объективные» возможности для выполнения
плана. Но мы не имели в достаточной степени второго условия: уменья руководить
производством. И именно потому, что уменья руководить предприятиями не
хватило, — именно потому план оказался невыполненным. Вместо 31-32%
прироста мы дали только 25%.
Конечно, 25% прироста — большое дело. Ни одна капиталистическая страна
не имела в 1930 году и не имеет сейчас прироста продукции. Во всех без
исключения капиталистических странах имеет место резкое падение производства.
В таких условиях 25% прироста — большой шаг вперед. Но мы могли дать
больше. Мы имели для этого все необходимые "объективные" условия.
Итак, какая гарантия, что в этом году не повторится казус прошлого года, что
план будет выполнен полностью, что имеющиеся возможности нами будут
использованы так, как надо их использовать, что ваше обещание не останется в
известной части на бумаге?
В истории государств, в истории стран, в истории армий бывали случаи, когда
имелись все возможности для успеха, для победы, но они, эти возможности,
оставались втуне, так как руководители не замечали этих возможностей, не умели
воспользоваться ими, и армии терпели поражение.
Есть ли у нас все возможности, необходимые для выполнения контрольных
цифр на 1931 год?
Да, такие возможности у нас имеются.
В чем состоят эти возможности, что требуется для того, чтобы эти
возможности существовали в реальности?
Прежде всего требуются достаточные природные богатства в стране:
железная руда, уголь, нефть, хлеб, хлопок. Есть ли они у нас? Есть. Есть больше,
чем в любой другой стране. Взять хотя бы Урал, который представляет такую
Page 64 of 91
комбинацию богатств, какой нельзя найти ни в одной стране. Руда, уголь, нефть,
хлеб — чего только нет на Урале! У нас имеется в стране всё, кроме разве каучука.
Но через год-два и каучук мы будем иметь в своём распоряжении. С этой стороны,
со стороны природных богатств, мы обеспечены полностью. Их у нас даже больше,
чем нужно.
Что ещё требуется?
Требуется наличие такой власти, которая имела бы желание и силу двинуть
использование этих огромных природных богатств на пользу народа. Есть ли у нас
такая власть? Есть. Правда, наша работа по использованию природных богатств не
всегда обходится без трений между нашими же работниками. Например, в
прошлом году Советской власти пришлось вести некоторую борьбу по вопросу об
образовании второй угольно-металлургической базы, без которой мы не можем
больше развиваться. Но мы уже преодолели эти препятствия. И у нас будет в
скором времени эта база.
Что ещё требуется?
Ещё требуется, чтобы эта власть пользовалась поддержкой миллионных масс
рабочих и крестьян. Пользуется ли наша власть такой поддержкой? Да, пользуется.
Во всём мире не найдёте вы другой такой власти, которая бы пользовалась такой
поддержкой рабочих и крестьян, какой пользуется Советская власть. Не буду
ссылаться на факты роста социалистического соревнования, на факты роста
ударничества, на кампанию борьбы за встречный промфинплан. Все эти факты, в
которых наглядно видна поддержка Советской власти со стороны миллионных
масс, общеизвестны.
Что ещё надо, чтобы выполнить и перевыполнить контрольные цифры на 1931
Нужно ещё наличие такого строя, который был бы свободен от неизлечимых
болезней капитализма и который давал бы серьёзные преимущества перед
капитализмом. Кризис, безработица, расточительство, нищета широких масс — вот
неизлечимые болезни капитализма. Наш строй не страдает этими болезнями,
потому что власть в наших руках, в руках рабочего класса, потому что мы ведём
плановое хозяйство, планомерно накопляем ресурсы и правильно распределяем их
по отраслям народного хозяйства. Мы свободны от неизлечимых болезней
капитализма. В этом наше отличие, в этом наше решающее преимущество перед
капитализмом. Посмотрите, как капиталисты хотят выйти из экономического
Page 65 of 91
кризиса. Они снижают максимально заработную плату рабочих. Они снижают
максимально цены на сырьё. Но они не хотят снижать сколько-нибудь серьёзно
цены на промышленные и продовольственные товары массового потребления. Это
значит, что они хотят выйти из кризиса за счёт основных потребителей товаров, за
счёт рабочих, за счёт крестьян, за счёт трудящихся. Капиталисты подрубают тот
сук, на котором они сидят. И вместо выхода из кризиса получается его усугубление,
получается накопление новых предпосылок, ведущих к новому, ещё более
жестокому кризису. Наше преимущество состоит в том, что мы не знаем кризисов
перепроизводства, мы не имеем и не будем иметь миллионов безработных, мы не
имеем анархии в производстве, ибо мы ведём плановое хозяйство. Но это не всё.
Мы — страна самой концентрированной промышленности. Это значит, что мы
можем строить нашу промышленность на основе самой лучшей техники и
обеспечивать благодаря этому невиданную производительность труда, невиданный
темп накопления. Наша слабость в прошлом была в том, что эта промышленность
базировалась на распылённом и мелком крестьянском хозяйстве. Но это было.
Теперь этого уже нет. Завтра, может быть, через год, мы станем страной самого
крупного в мире сельского хозяйства. Совхозы и колхозы, — а они являются
формами крупного хозяйства, — уже в этом году дали половину всего нашего
товарного зерна. А это значит, что наш строй, Советский строй, даёт нам такие
возможности быстрого продвижения вперёд, о которых не может мечтать ни одна
буржуазная страна.
Что ещё требуется для того, чтобы двигаться вперёд семимильными шагами?
Требуется наличие партии, достаточно сплочённой и единой для того, чтобы
направить усилия всех лучших людей рабочего класса в одну точку, и достаточно
опытной для того, чтобы не сдрейфить перед трудностями и систематически
проводить в жизнь правильную, революционную, большевистскую политику. Есть
ли у нас такая партия? Да, есть. Правильна ли её политика? Да, правильна, ибо она
даёт серьёзные успехи. Это признают теперь не только друзья, но и враги рабочего
класса. Посмотрите, как воют и беснуются против нашей партии всем известные
"уважаемые" джентльмены - Фиш в Америке, Черчилль в Англии, Пуанкаре во
Франции. Почему они воют и беснуются? Потому, что политика нашей партии
правильна, потому, что она даёт успех за успехом.
Вот товарищи, все те объективные возможности, которые облегчают нам
осуществление контрольных цифр 1931 года, которые помогают нам выполнить
Page 66 of 91
пятилетку в 4, а в решающих отраслях — даже в 3 года.
Таким образом, первое условие для выполнения плана — «объективные»
возможности — у нас есть налицо.
Есть ли у нас второе условие — уменье использовать эти возможности?
Иначе говоря, есть ли у нас правильное хозяйственное руководство фабриками,
заводами, шахтами? Всё ли тут обстоит благополучно?
К сожалению, не всё тут обстоит благополучно. И мы как большевики должны
это сказать прямо и открыто.
Что значит руководить производством? У нас не всегда смотрят побольшевистски на вопрос о руководстве предприятиями. У нас нередко думают,
что руководить — это значит подписывать бумаги, приказы. Это печально, но это
факт. Иногда невольно вспоминаешь помпадуров Щедрина. Помните, как
помпадурша поучала молодого помпадура: не ломай голову над наукой, не вникай в
дело, пусть другие занимаются этим, не твоё это дело, — твоё дело подписывать
бумаги. Надо признать, к стыду нашему, что и среди нас, большевиков, есть не
мало таких, которые руководят путем подписывания бумаг. А вот, чтобы вникать в
дело, овладеть техникой, стать хозяином дела, — на этот счёт — ни-ни.
Как могло случиться, что мы, большевики, проделавшие три революции,
вышедшие с победой из жестокой гражданской войны, разрешившие крупнейшую
задачу создания современной промышленности, повернувшие крестьянство на путь
социализма, — как могло случиться, что в деле руководства производством мы
пасуем перед бумажкой?
Причина тут заключается в том, что подписывать бумагу легче, чем руководить
производством. И вот многие хозяйственники пошли по этой линии наименьшего
сопротивления. Есть тут и наша вина, вина центра. Лет десять назад был дан
лозунг: «Так как коммунисты технику производства еще как следует не понимают,
так как им нужно еще учиться управлять хозяйством, то пусть старые техники и
инженеры, специалисты ведут производство, а вы, коммунисты, не вмешивайтесь в
технику дела, но, не вмешиваясь, изучайте технику, изучайте науку управления
производством не покладая рук, чтобы потом стать вместе с преданными нам
специалистами настоящими руководителями производства, настоящими хозяевами
дела». Таков был лозунг. А что вышло на деле? Вторую часть этой формулы
отбросили, ибо учиться труднее, чем подписывать бумаги, а первую часть формулы
опошлили, истолковав невмешательство как отказ от изучения техники
Page 67 of 91
производства. Получилась чепуха, вредная и опасная чепуха, от которой чем скорее
освободимся, тем лучше.
Сама жизнь не раз сигнализировала нам о неблагополучии в этом деле.
Шахтинское дело было первым серьёзным сигналом. Шахтинское дело показало,
что у парторганизаций и профсоюзов не хватило революционной бдительности.
Оно показало, что наши хозяйственники безобразно отстали в техническом
отношении, что некоторые старые инженеры и техники, работая бесконтрольно,
легче скатываются на путь вредительства, тем более, что их непрерывно донимают
«предложениями» враги из-за границы.
Второй сигнал — судебный процесс «Промпартии».
Конечно, в основе вредительства лежит классовая борьба. Конечно, классовый
враг бешено сопротивляется социалистическому наступлению. Но одного этого для
объяснения такого пышного расцвета вредительства — мало.
Как могло случиться, что вредительство приняло такие широкие размеры? Кто
виноват в этом? Мы в этом виноваты. Если бы мы дело руководства хозяйством
поставили иначе, если бы мы гораздо раньше перешли к изучению техники дела, к
овладению техникой, если бы мы почаще и толково вмешивались в руководство
хозяйством, — вредителям не удалось бы так много навредить.
Надо самим стать специалистами, хозяевами дела, надо повернуться лицом к
техническим знаниям, — вот куда толкала нас жизнь. Но ни первый сигнал, ни
даже второй сигнал не обеспечили еще необходимого поворота. Пора, давно пора
повернуться лицом к технике. Пора отбросить старый лозунг, отживший лозунг о
невмешательстве в технику, и стать самим специалистами, знатоками дела, стать
самим полными хозяевами хозяйственного дела.
Спрашивают часто, почему у нас нет единоначалия? Его нет и не будет, пока
мы не овладеем техникой. Пока среди нас, среди большевиков, не будет
достаточного количества людей, хорошо знакомых с вопросами техники,
экономики, финансов, у нас не будет действительного единоначалия. Пишите
сколько угодно резолюций, клянитесь какими угодно словами, но если не
овладеете техникой, экономикой, финансами завода, фабрики, шахты — толку не
будет, единоначалия не будет.
Задача, стало быть, состоит в том, чтобы нам самим овладеть техникой, самим
стать хозяевами дела. Только в этом гарантия того, что наши планы будут
полностью выполнены, а единоначалие будет проведено.
Page 68 of 91
Дело это, конечно, не лёгкое, но вполне преодолимое. Наука, технический
опыт, знания — всё это дело наживное. Сегодня нет их, а завтра будут. Главное тут
состоит в том, чтобы иметь страстное большевистское желание овладеть техникой,
овладеть наукой производства. При страстном желании можно добиться всего,
можно преодолеть всё.
Иногда спрашивают, нельзя ли несколько замедлить темпы, придержать
движение. Нет, нельзя, товарищи! Нельзя снижать темпы! Наоборот, по мере сил и
возможностей их надо увеличивать. Этого требуют от нас наши обязательства
перед рабочими и крестьянами СССР. Этого требуют от нас наши обязательства
перед рабочим классом всего мира.
Задержать темпы — это значит отстать. А отсталых бьют. Но мы не хотим
оказаться битыми. Нет, не хотим! История старой России состояла, между прочим,
в том, что её непрерывно били за отсталость. Били монгольские ханы. Били
турецкие беки. Били шведские феодалы. Били польско-литовские паны. Били
англо-французские капиталисты. Били японские бароны. Били все — за отсталость.
За отсталость военную, за отсталость культурную, за отсталость государственную,
за отсталость промышленную, за отсталость сельскохозяйственную. Били потому,
что это было доходно и сходило безнаказанно. Помните слова дореволюционного
поэта: «ты и убогая, ты и обильная, ты и могучая, ты и бессильная, матушка Русь».
Эти слова старого поэта хорошо заучили эти господа. Они били и приговаривали:
«ты обильная» — стало быть, можно на твой счёт поживиться. Они били и
приговаривали: «ты убогая, бессильная» — стало быть, можно бить и грабить тебя
безнаказанно. Таков уже закон эксплуататоров — бить отсталых и слабых. Волчий
закон капитализма. Ты отстал, ты слаб — значит ты не прав, стало быть, тебя
можно бить и порабощать. Ты могуч — значит ты прав, стало быть, тебя надо
Вот почему нельзя нам больше отставать.
В прошлом у нас не было и не могло быть отечества. Но теперь, когда мы
свергли капитализм, а власть у нас рабочая, — у нас есть отечество и мы будем
отстаивать его независимость. Хотите ли, чтобы наше социалистическое отечество
было побито и чтобы оно утеряло свою независимость? Но если этого не хотите,
вы должны в кратчайший срок ликвидировать его отсталость и развить настоящие
большевистские темпы в деле строительства его социалистического хозяйства.
Других путей нет. Вот почему Ленин говорил накануне Октября: «Либо смерть,
Page 69 of 91
либо догнать и перегнать передовые капиталистические страны».
Мы отстали от передовых стран на 50-100 лет. Мы должны пробежать это
расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут.
Вот что диктуют нам наши обязательства перед рабочими и крестьянами
Но у нас есть ещё другие, более серьёзные и более важные обязательства. Это
— обязательства перед мировым пролетариатом. Они совпадают с обязательствами
первого рода. Но мы их ставим выше. Рабочий класс СССР есть часть мирового
рабочего класса. Мы победили не только усилиями рабочего класса СССР, но и
благодаря поддержке мирового рабочего класса. Без такой поддержки нас давно
расклевали бы. Говорят, что наша страна является ударной бригадой пролетариата
всех стран. Это хорошо сказано. Но это накладывает на нас серьёзнейшие
обязательства. Ради чего поддерживает нас международный пролетариат, чем мы
заслужили такую поддержку? Тем, что мы первые кинулись в бой с капитализмом,
мы первые установили рабочую власть, мы первые стали строить социализм. Тем,
что мы делаем дело, которое в случае успеха перевернёт весь мир и освободит весь
рабочий класс. А что требуется для успеха? Ликвидация нашей отсталости,
развитие высоких, большевистских темпов строительства. Мы должны двигаться
вперёд так, чтобы рабочий класс всего мира, глядя на нас, мог сказать: вот он, мой
передовой отряд, вот она, моя ударная бригада, вот она, моя рабочая власть, вот
оно, моё отечество,- они делают своё дело, наше дело хорошо,-поддержим их
против капиталистов и раздуем дело мировой революции. Должны ли мы
оправдать надежды мирового рабочего класса, должны ли мы выполнить наши
обязательства перед ним? Да, должны, если мы не хотим опозориться вконец.
Таковы наши обязательства, внутренние и международные.
Вы видите, что они диктуют нам большевистские темпы развития.
Не скажу, что в отношении руководства хозяйством у нас за эти годы ничего не
сделано. Сделано, и даже очень много. Мы вдвое увеличили продукцию
промышленности по сравнению с довоенной. Мы создали самое крупное в мире
сельскохозяйственное производство. Но мы могли бы сделать ещё больше, если бы
постарались за это время по-настоящему овладеть производством, его техникой,
его финансово-экономической стороной.
Максимум в десять лет мы должны пробежать то расстояние, на которое мы
отстали от передовых стран капитализма. Для этого есть у нас все «объективные»
Page 70 of 91
возможности. Не хватает только уменья использовать по-настоящему эти
возможности. А это зависит от нас. Только от нас! Пора нам научиться
использовать эти возможности. Пора покончить с гнилой установкой
невмешательства в производство. Пора усвоить другую, новую, соответствующую
нынешнему периоду установку: вмешиваться во всё. Если ты директор завода —
вмешивайся во все дела, вникай во всё, не упускай ничего, учись и ещё раз учись.
Большевики должны овладеть техникой. Пора большевикам самим стать
специалистами. Техника в период реконструкции решает всё. И хозяйственник, не
желающий изучать технику, не желающий овладеть техникой, — это анекдот, а не
Говорят, что трудно овладеть техникой. Неверно! Нет таких крепостей,
которых большевики не могли бы взять. Мы решили ряд труднейших задач. Мы
свергли капитализм. Мы взяли власть. Мы построили крупнейшую
социалистическую индустрию. Мы повернули середняка на путь социализма.
Самое важное с точки зрения строительства мы уже сделали. Нам осталось
немного: изучить технику, овладеть наукой. И когда мы сделаем это, у нас пойдут
такие темпы, о которых сейчас мы не смеем и мечтать.
И мы это сделаем, если захотим этого по-настоящему!
Page 71 of 91
Н. С. Хрущев, Доклад на закрытом заседании XX съезда
Центральный Комитет, располагая многочисленными фактами,
свидетельствующими о грубом произволе в отношении партийных кадров, выделил
партийную комиссию Президиума ЦК, которой поручил тщательно разобраться в
вопросе о том, каким образом оказались возможными массовые репрессии против
большинства состава членов и кандидатов Центрального Комитета партии,
избранного XVII съездом ВКП(б).
Комиссия ознакомилась с большим количеством материалов в архивах НКВД,
с другими документами и установила многочисленные факты
фальсифицированных дел против коммунистов, ложных обвинений, вопиющих
нарушений социалистической законности, в результате чего погибли невинные
Выясняется, что многие партийные, советские, хозяйственные работники,
которых объявили в1937-1938 годах «врагами», в действительности никогда
врагами, шпионами, вредителями и т. п. не являлись, что они, по существу, всегда
оставались честными коммунистами, но были оклеветаны, а иногда, не выдержав
зверских истязаний, сами на себя наговаривали (под диктовку следователейфальсификаторов) всевозможные тяжкие и невероятные обвинения. Комиссия
представила в Президиум ЦК большой документальный материал о массовых
репрессиях против делегатов XVII партийного съезда и членов Центрального
Комитета, избранного этим съездом. Этот материал был рассмотрен Президиумом
Центрального Комитета.
Установлено, что из 139 членов и кандидатов в члены Центрального Комитета
партии, избранных на XVII съезде партии, было арестовано и расстреляно
(главным образом в 1937-1938 гг.) 98 человек, то есть 70 процентов. (Шум
возмущения в зале.)
Что собой представлял состав делегатов XVII съезда? Известно, что 80
процентов состава участников XVII съезда с правом решающего голоса вступили в
партию в годы революционного подполья и гражданской войны, то есть до 1920
года включительно. По социальному положению основную массу делегатов съезда
составляли рабочие (60 процентов делегатов с правом решающего голоса).
Page 72 of 91
Поэтому совершенно немыслимо было, чтобы съезд такого состава избрал
Центральный Комитет, в котором большинство оказалось бы врагами партии.
Только в результате того, что честные коммунисты были оклеветаны и обвинения к
ним были фальсифицированы, что были допущены чудовищные нарушения
революционной законности, 70 процентов членов и кандидатов ЦК, избранных
XVII съездом, были объявлены врагами партии и народа.
Такая судьба постигла не только членов ЦК, но и большинство делегатов XVII
съезда партии. Из 1966 делегатов съезда с решающим и совещательным голосом
было арестовано по обвинению в контрреволюционных преступлениях
значительно больше половины — 1108 человек. Уже один этот факт говорит,
насколько нелепыми, дикими, противоречащими здравому смыслу были обвинения
в контрреволюционных преступлениях, предъявленные, как теперь выясняется,
большинству участников XVII съезда партии. (Шум возмущения в зале.)
Нужно напомнить, что XVII съезд партии вошел в историю как съезд
победителей. Делегатами съезда были избраны активные участники строительства
нашего социалистического государства, многие из них вели самоотверженную
борьбу за дело партии в дореволюционные годы в одполье и на фронтах
гражданской войны, они храбро дрались с врагами, не раз смотрели в глаза смерти
и не дрогнули. Как же можно поверить, чтобы такие люди в период после
политического разгрома зиновьевцев, троцкистов и правых, после великих побед
социалистического строительства оказались «двурушниками», перешли в лагерь
врагов социализма?
Это произошло в результате злоупотребления властью со стороны Сталина,
который начал применять массовый террор против кадров партии.
Почему массовые репрессии против актива все больше усиливались после XVII
съезда партии? Потому, что Сталин к этому времени настолько возвысился над
партией и над народом, что он уже совершенно не считался ни с Центральным
Комитетом, ни с партией. Если до XVII съезда он еще признавал мнение
коллектива, то после полного политического разгрома троцкистов, зиновьевцев,
бухаринцев, когда в результате этой борьбы и побед социализма было достигнуто
сплочение партии, сплочение народа, Сталин все больше и больше перестал
считаться с членами ЦК партии и даже с членами Политбюро. Сталин полагал, что
он может теперь сам вершить все дела, а остальные нужны ему как статисты, всех
других он держал в таком положении, что они должны были только слушать и
Page 73 of 91
восхвалять его.
После злодейского убийства С. М. Кирова начались массовые репрессии и
грубые нарушения социалистической законности. Вечером 1 декабря 1934 года по
инициативе Сталина (без решения Политбюро — это было оформлено опросом
только через 2 дня) было подписано секретарем Президиума ЦИК Енукидзе
следующее постановление:
«1) Следственным властям - вести дела обвиняемых в подготовке или
совершении террористических актов ускоренным порядком;
2) Судебным органам — не задерживать исполнения приговоров о высшей
мере наказания из-за ходатайств преступников данной категории о
помиловании, так как Президиум ЦИК Союза ССР не считает возможным
принимать подобные ходатайства к рассмотрению;
3) Органам Наркомавнудела — приводить в исполнение приговора о высшей
мере наказания в отношении преступников названных выше категорий
немедленно по вынесении судебных приговоров».
Это постановление послужило основанием для массовых нарушений
социалистической законности. Во многих фальсифицированных следственных
делах обвиняемым приписывалась «подготовка» террористических актов, и это
лишало обвиняемых какой-либо возможности проверки их дел даже тогда, когда
они на суде отказывались от вынужденных своих «признаний» и убедительно
опровергали предъявленные им обвинения.
Следует сказать, что обстоятельства, связанные с убийством т. Кирова, до сих
пор таят в себе много непонятного и загадочного и требуют самого тщательного
расследования. Есть основания думать, что убийце Кирова —Николаев кто-то
помогал из людей, обязанных охранять Кирова. За полтора месяца до убийства
Николаев был арестован за подозрительное поведение, но был выпущен и даже не
обыскан. Крайне подозрительным является то обстоятельство, что когда
прикрепленного к Кирову чекиста 2 декабря 1934 года везли на допрос, он оказался
убитым при "аварии" автомашины, причем никто из сопровождающих его лиц при
этом не пострадал. После убийства Кирова руководящие работники
Ленинградского НКВД были сняты с работы и подвергнуты очень мягким
наказаниям, но в 1937 году были расстреляны. Можно думать, что их расстреляли
затем, чтобы замести следы организаторов убийства Кирова. (Движение в зале.)
Массовые репрессии резко усилились с конца 1936 года после телеграммы
Page 74 of 91
Сталина и Жданова из Сочи от 25 сентября 1936 года, адресованной Кагановичу,
Молотову и другим членам Политбюро, в которой говорилось следующее:
«Считаем абсолютно необходимым и срочным делом назначение т. Ежова на
пост наркомвнудела. Ягода явным образом оказался не на высоте своей
задачи в деле разоблачения троцкистско-зиновьевского блока. ОГПУ опоздал
в этом деле на 4 года. Об этом говорят все партработники и большинство
областных представителей НКВД».
Следует кстати заметить, что с партработниками Сталин не встречался и
поэтому мнение их знать не мог.
Эта сталинская установка о том, что «НКВД опоздал на 4 года» с применением
массовых репрессий, что надо быстро «наверстать» упущенное, прямо толкала
работников НКВД на массовые аресты и расстрелы.
Приходится отметить, что эта установка была навязана и февральскомартовскому Пленуму ЦК ВКП(б) 1937 года. В резолюции Пленума по докладу
Ежова «Уроки вредительства, диверсий и шпионажа японо-немецко-троцкистских
агентов» говорилось:
«Пленум ЦК ВКП(б) считает, что все факты, выявленные в ходе следствия по
делам антисоветского троцкистского центра и его сторонников на местах,
показывают, что с разоблачением этих злейших врагов народа Наркомвнудел
запоздал, по крайней мере, на 4 года».
Массовые репрессии проводились в то время под флагом борьбы с
троцкистами. Представляли ли в действительности в это время троцкисты такую
опасность для нашей партии и Советского государства? Следует напомнить, что в
1927 году, накануне XV съезда партии, за троцкистско-зиновьевскую оппозицию
голосовало всего лишь 4 тыс. человек, тогда как за линию партии голосовало 724
тысячи. За 10 лет, которые прошли с XV съезда партии до февральско-мартовского
Пленума ЦК, троцкизм был полностью разгромлен, многие бывшие троцкисты
отказались от своих прежних взглядов и работали на различных участках
социалистического строительства. Ясно, что оснований для массового террора в
стране в условиях победы социализма не было.
В докладе Сталина на февральско-мартовском Пленуме ЦК 1937 года «О
недостатках партийной работы и мерах ликвидации троцкистских и иных
двурушников» была сделана попытка теоретически обосновать политику массовых
репрессий под тем предлогом, что по мере нашего продвижения вперед к
Page 75 of 91
социализму классовая борьба должна якобы все более и более обостряться. При
этом Сталин утверждал, что так учит история, так учит Ленин.
На самом же деле Ленин указывал, что применение революционного насилия
вызывается необходимостью подавить сопротивление эксплуататорских классов, и
эти указания Ленина относились к тому периоду, когда существовали и были
сильны эксплуататорские классы. Как только политическая обстановка в стране
улучшилась, как только в январе 1920 года был взят Красной Армией Ростов и
была одержана главная победа над Деникиным, Ленин дал указание Дзержинскому
об отмене массового террора и об отмене смертной казни. Ленин следующим
образом обосновал это важное политическое мероприятие советской власти в
своем докладе на сессии ВЦИК 2 февраля 1920 года:
«Террор был нам навязан терроризмом Антанты, когда всемирномогущественные державы обрушились на нас своими полчищами, не
останавливаясь ни перед чем. Мы не могли бы продержаться и двух дней,
если бы на эти попытки офицеров и белогвардейцев не ответили
беспощадным образом, и это означало террор, но это было навязано нам
террористическими приемами Антанты. И как только мы одержали
решительную победу, еще до окончания войны, тотчас же после взятия
Ростова, мы отказались от применения смертной казни и этим показали, что к
своей собственной программе мы относимся так, как обещали. Мы говорим,
что применение насилия вызывается задачей подавить эксплуататоров,
подавить помещиков и капиталистов; когда это будет разрешено, мы от
всяких исключительных мер отказываемся. Мы доказали это на деле» (Соч., т.
30, стр. 303-304).
Сталин отступил от этих прямых и ясных программных указаний Ленина.
После того, как были уже ликвидированы все эксплуататорские классы в нашей
стране и не было никаких сколько-нибудь серьезных оснований для массового
применения исключительных мер, для массового террора, Сталин ориентировал
партию, ориентировал органы НКВД на массовый террор.
Этот террор оказался фактически направленным не против остатков разбитых
эксплуататорских классов, а против честных кадров партии и Советского
государства, которым предъявлялись ложные, клеветнические, бессмысленные
обвинения в «двурушничестве», «шпионаже», «вредительстве», подготовке какихлибо выдуманных «покушений» и т. п.
Page 76 of 91
На февральско-мартовском Пленуме ЦК (1937 г.) в выступлениях рядачленов
ЦК по существу высказывались сомнения в правильности намечавшегося курса на
массовые репрессии под предлогом борьбы с «двурушниками».
Наиболее ярко эти сомнения были выражены в выступлении тов. Постышева.
Он говорил:
«Я рассуждал: прошли такие крутые годы борьбы, гнилые члены партии
ломались или уходили к врагам, здоровые дрались за дело партии. Это —
годы индустриализации, коллективизации. Я никак не предполагал, что,
пройдя этот крутой период, Карпов и ему подобные попадут в лагерь врага.
(Карпов — это работник ЦК партии Украины, которого хорошо знал
Постышев). А вот по показаниям якобы Карпов с 1934 года был завербован
троцкистами. Я лично думаю, что в 1934 году здоровому члену партии,
который прошел длительный путь ожесточенной борьбы с врагами за дело
партии, за социализм, попасть в стан врагов невероятно. Я этому не верю... Я
себе не представляю, как можно пройти тяжелые годы с партией и потом в
1934 году пойти к троцкистам. Странно это...»
(Движение в зале.)
Используя установку Сталина о том, что чем ближе к социализму, тем больше
будет и врагов, используя резолюцию февральско-мартовского Пленума ЦК по
докладу Ежова, провокаторы, пробравшиеся в органы государственной
безопасности, а также бессовестные карьеристы стали прикрывать именем партии
массовый террор против кадров партии и Советского государства, против рядовых
советских граждан. Достаточно сказать, что количество арестованных по
обвинению в контрреволюционных преступлениях увеличилось в 1937 году по
сравнению с 1936 годом более чем в десять раз!
Известно, какой грубый произвол допускался также в отношении руководящих
работников партии. Устав партии, принятый XVII съездом, исходил из ленинских
указаний периода Х съезда партии и говорил, что условием применения к членам
ЦК, кандидатам в члены ЦК и членам Комиссии партийного контроля такой
крайней меры, как исключение из партии, "должен быть созыв Пленума ЦК с
приглашением всех кандидатов в члены ЦК и всех членов Комиссии партийного
контроля", что только при условии, если такое общее собрание ответственных
руководителей партии двумя третями голосов признает это необходимым, могло
состояться исключение из партии члена или кандидата ЦК.
Page 77 of 91
Большинство членов и кандидатов ЦК, избранных XVII съездом и
подвергшихся арестам в 1937-1938 годах, были исключены из партии незаконно, с
грубым нарушением Устава партии, поскольку вопрос об их исключении не
ставился на обсуждение Пленума ЦК.
Теперь, когда расследованы дела в отношении некоторых из этих мнимых
«шпионов» и «вредителей», установлено, что эти дела являются
фальсифицированными. Признания многих арестованных людей, обвиненных во
вражеской деятельности, были получены путем жестоких, бесчеловечных
В то же время Сталин, как сообщают члены Политбюро того времени, не
рассылал им заявлений ряда оклеветанных политических деятелей, когда те
отказывались от своих показаний на суде Военной коллегии и просили объективно
расследовать их дело. А таких заявлений было немало, и Сталин, несомненно, был
ознакомлен с ними.
Центральный Комитет считает необходимым доложить съезду о ряде
фальсифицированных «дел» против членов Центрального Комитета партии,
избранных на XVII партийном съезде.
Примером гнусной провокации, злостной фальсификации и преступных
нарушений революционной законности является дело бывшего кандидата в члены
Политбюро ЦК, одного из видных деятелей партии и Советского государства т.
Эйхе, члена партии с 1905 года. (Движение в зале.)
Тов. Эйхе был арестован 29 апреля 1938 года по клеветническим материалам
без санкции прокурора СССР, которая была получена лишь через 15 месяцев после
Следствие по делу Эйхе проводилось в обстановке грубейших извращений
советской законности, произвола и фальсификации.
Эйхе под пытками понуждали подписывать заранее составленные
следователями протоколы допросов, в которых возводились обвинения в
антисоветской деятельности против него самого и ряда видных партийных и
советских работников.
1 октября 1939 года Эйхе обратился с заявлением на имя Сталина, в котором
категорически отрицал свою виновность и просил разобраться с его делом. В
заявлении он писал: «Нет более горькой муки, как сидеть в тюрьме при строе, за
который всегда боролся». Сохранилось второе заявление Эйхе, посланное им
Page 78 of 91
Сталину 27 октября 1939 года, в котором он убедительно, опираясь на факты,
опровергает предъявленные ему клеветнические обвинения, показывает, что эти
провокационные обвинения являются, с одной стороны, делом действительных
троцкистов, санкцию на арест которых он, как первый секретарь ЗападноСибирского крайкома партии, давал, и которые сговорились отомстить ему, а с
другой стороны, результатом грязной фальсификации вымышленных материалов
следователями. Эйхе писал в своем заявлении:
«25 октября с. г. мне объявили об окончании следствия по моему делу и дали
возможность ознакомиться со следственным материалом. Если бы я был
виноват, хотя бы в сотой доле хотя одного из предъявленных мне
преступлений, я не посмел бы к Вам обратиться с этим предсмертным
заявлением, но я не совершил ни одного из инкриминируемых мне
преступлений и никогда у меня не было ни тени подлости на душе. Я Вам
никогда в жизни не говорил ни полслова неправды и теперь, находясь обеими
ногами в могиле, я Вам тоже не вру. Всемое дело - это образец провокации,
клеветы и нарушения элементарных основ революционной законности...
...Имеющиеся в следственном моем деле обличающие меня показания не
только нелепы, но содержат по ряду моментов клевету на ЦК ВКП(б) и СНК,
так как принятые не по моей инициативе и без моего участия правильные
решения ЦК ВКП(б) и СНК изображаются вредительскими актами
контрреволюционной организации, проведенными по моему предложению...
Теперь я перехожу к самой позорной странице своей жизни и к моей
действительно тяжкой вине перед партией и перед Вами. Это о моих
признаниях в контрреволюционной деятельности... Дело обстояло так: не
выдержав истязаний, которые применили ко мне Ушаков и Николаев,
особенно первый, который ловко пользовался тем, что у меня после перелома
еще плохо заросли позвоночники и причинял мне невыносимую боль,
заставили меня оклеветать себя и других людей.
Большинство моих показаний подсказаны или продиктованы Ушаковым и
остальные я по памяти переписывал материалы НКВД по Западной Сибири,
приписывая все эти приведенные в материалах НКВД факты себе. Если в
творимой Ушаковым и мною подписанной легенде что-нибудь не клеилось,
то меня заставляли подписывать другой вариант. Так было с Рухимовичем,
которого сперва записали в запасной центр, а потом, даже не говоря мне
Page 79 of 91
ничего, вычеркнули, так же было с председателем запасного центра,
созданного якобы Бухариным в 1935 году. Сперва я записал себя, но потом
мне предложили записать Межлаука, и многие другие моменты...
...Я Вас прошу и умоляю поручить доследовать мое дело, и это не ради того,
чтобы меня щадили, а ради того, чтобы разоблачить гнусную провокацию,
которая, как змея, опутала многих людей, в частности и из-за моего
малодушия и преступной клеветы. Вам и партии я никогда не изменял. Я
знаю, что погибаю из-за гнусной, подлой работы врагов партии и народа,
которые создали провокацию против меня» (Дело Эйхе, т. 1, пакет.)
Казалось бы, такое важное заявление должно было быть обязательно
обсуждено в ЦК. Но этого не произошло, заявление было направлено Берия, и
жестокая расправа над оклеветанным кандидатом в члены Политбюро тов. Эйхе
продолжалась. 2 февраля 1940 года Эйхе был предан суду. В суде Эйхе виновным
себя не признал и заявил следующее:
«Во всех якобы моих показаниях нет ни одной названной мною буквы, за
исключением подписей внизу протоколов, которые подписаны вынужденно.
Показания даны под давлением следователя, который с самого начала моего
ареста начал меня избивать. После этого я и начал писать всякую чушь...
Главное для меня - это сказать суду, партии и Сталину о том, что я не
виновен. Никогда участником заговора не был. Я умру так же с верой в
правильность политики партии, как верил в нее на протяжении всей своей
работы» (Дело Эйхе, том 1.)
4 февраля Эйхе был расстрелян. (Шум возмущения в зале.) В настоящее время
бесспорно установлено, что дело Эйхе было сфальсифицировано, и он посмертно
Полностью отказался на суде от своих вынужденных показаний кандидат в
члены Политбюро тов. Рудзутак, член партии с 1905 года, пробывший 10 лет на
царской каторге. В протоколе судебного заседания Военной коллегии Верховного
суда записано следующее заявление Рудзутака:
«...Его единственная просьба к суду — это довести до сведения ЦК ВКП(б) о
том, что в органах НКВД имеется еще не выкорчеванный гнойник, который
искусственно создает дела, принуждая ни в чем не повинных людей
признавать себя виновными. Что проверка обстоятельств обвинения
отсутствует и не дается никакой возможности доказать свою непричастность
Page 80 of 91
к тем преступлениям, которые выдвинуты теми или иными показаниями
разных лиц. Методы следствия таковы, что заставляют выдумывать и
оговаривать ни в чем не повинных людей,не говоря уже о самом
подследственном. Просит суд дать ему возможность все это написать для ЦК
ВКП(б). Заверяет суд, что лично у него никогда не было никакой плохой
мысли против политики нашей партии, так как он всегда полностью разделял
всю ту политику партии, которая проводилась во всех областях
хозяйственного и культурного строительства».
Это заявление Рудзутака было оставлено без внимания, хотя Рудзутак, как
известно, являлся в свое время председателем Центральной Контрольной
Комиссии, которая была создана по мысли Ленина для борьбы за единство партии.
Председатель же этого высокоавторитетного партийного органа стал жертвой
грубого произвола: его даже не вызвали в Политбюро ЦК, Сталин не пожелал с
ним разговаривать. Он был осужден в течение 20 минут и расстрелян. (Шум
возмущения в зале.)
Тщательной проверкой, произведенной в 1955 году, установлено, что дело по
обвинению Рудзутака было сфальсифицировано и он был осужден на основании
клеветнических материалов. Рудзутак посмертно реабилитирован.
Каким образом искусственно — провокационными методами — создавались
бывшими работниками НКВД различные «антисоветские центры» и «блоки», видно
из показаний т. Розенблюма, члена партии с 1906 года, подвергавшегося аресту
Ленинградским управлением НКВД в 1937 году.
При проверке в 1955 году дела Комарова Розенблюм сообщил следующий
факт: когда он, Розенблюм, был арестован в 1937 году, то был подвергнут
жестоким истязаниям, в процессе которых у него вымогали ложные показания как
на него самого, так и на других лиц. Затем его привели в кабинет Заковского,
который предложил ему освобождение при условии, если он даст в суде ложные
показания по фабриковавшемуся в 1937 году НКВД «делу о Ленинградском
вредительском, шпионском, диверсионном, террористическом центре». (Движение
в зале.) С невероятным цинизмом раскрывал Заковский подлую «механику»
искусственного создания липовых «антисоветских заговоров».
«Для наглядности, — заявил Розенблюм, — Заковский развернул передо мной
несколько вариантов предполагаемых схем этого центра и его ответвлений...
Ознакомив меня с этими схемами, Заковский сказал, что НКВД готовит дело
Page 81 of 91
об этом центре, причем процесс будет открытый.
Будет предана суду головка центра, 4-5 человек: Чудов, Угаров, Смородин,
Позерн, Шапошникова (это жена Чудова) и др. и от каждого филиала по 2-3
...Дело о Ленинградском центре должно быть поставлено солидно. А здесь
решающее значение имеют свидетели. Тут играет немаловажную роль и
общественное положение (в прошлом, конечно), и партийный стаж свидетеля.
Самому тебе, — говорил Заковский, — ничего не придется выдумывать.
НКВД составит для тебя готовый конспект по каждому филиалу в
отдельности, твое дело его заучить, хорошо запомнить все вопросы и ответы,
которые могут задавать на суде. Дело это будет готовиться 4-5 месяцев, а то и
полгода. Все это время будешь готовиться, чтобы не подвести следствие и
себя. От хода и исхода суда будет зависеть дальнейшая твоя участь.
Сдрейфишь и начнешь фальшивить - пеняй на себя. Выдержишь - сохранишь
кочан (голову), кормить и одевать будем до смерти на казенный счет»
(Материал проверки дела Комарова, лд. 60-69.)
Вот какие подлые дела творились в то время! (Движение в зале.)
Еще более широко практиковалась фальсификация следственных дел в
областях. Управление НКВД по Свердловской области «вскрыло» так называемый
«Уральский повстанческий штаб — орган блока правых, троцкистов, эсеров,
церковников», — руководимый якобы секретарем Свердловского обкома партии и
членом ЦК ВКП(б) Кабаковым, членом партии с 1914 года. По материалам
следственных дел того времени получается, что почти во всех краях, областях и
республиках существовали якобы широко разветвленные «право-троцкистские
шпионско-террористические, диверсионно-вредительские организации и центры»
и, как правило, эти «организации» и «центры» почему-то возглавлялись первыми
секретарями обкомов, крайкомов или ЦК нацкомпартий. (Движение в зале.)
В результате этой чудовищной фальсификации подобных «дел», в
результатетого, что верили различным клеветническим «показаниям» и
вынужденным оговорам себя и других, погибли многие тысячи честных, ни в чем
не повинных коммунистов. Таким же образом были сфабрикованы «дела» на
видных партийных и государственных деятелей — Косиора, Чубаря, Постышева,
Косарева и других.
В те годы необоснованные репрессии проводились в массовых масштабах, в
Page 82 of 91
результате чего партия понесла большие потери в кадрах.
Сложилась порочная практика, когда в НКВД составлялись списки лиц, дела
которых подлежали рассмотрению на Военной Коллегии, и им заранее
определялась мера наказания. Эти списки направлялись Ежовым лично Сталину
для санкционирования предлагаемых мер наказания. В 1937-1938 годах Сталину
было направлено 383 таких списка на многие тысячи партийных, советских,
комсомольских, военных и хозяйственных работников и была получена его
Значительная часть этих дел сейчас пересматривается и большое количество их
прекращается как необоснованные и фальсифицированные. Достаточно сказать,
что с 1954 года по настоящее время Военной Коллегией Верховного суда уже
реабилитировано 7679 человек, причем многие из них реабилитированы
Массовые аресты партийных, советских, хозяйственных, военных работников
нанесли огромный ущерб нашей стране, делу социалистического строительства.
Массовые репрессии отрицательно влияли на моральнополитическоесостояние партии, порождали неуверенность, способствовали
распространению болезненной подозрительности, сеяли взаимное недоверие среди
коммунистов. Активизировались всевозможные клеветники и карьеристы.
Известное оздоровление в партийные организации внесли решения январского
Пленума ЦК ВКП(б) 1938 года. Но широкие репрессии продолжались и в 1938
И только потому, что наша партия обладает великой морально-политической
силой, она сумела справиться с тяжелыми событиями 1937-1938 годов, пережить
эти события, вырастить новые кадры. Но нет сомнения, что наше продвижение
вперед к социализму и подготовка к обороне страны осуществлялись бы более
успешно, если бы не огромные потери в кадрах, которые мы понесли в результате
массовых, необоснованных и несправедливых репрессий в 1937-1938 годах.
Культ личности способствовал распространению в партийном строительстве и
хозяйственной работе порочных методов, порождал грубые нарушения
Page 83 of 91
внутрипартийной и советской демократии, голое администрирование, разного рода
извращения, замазывание недостатков, лакировку действительности. У нас
развелось немало подхалимов, аллилуйщиков, очковтирателей.
Нельзя не видеть и того, что в результате многочисленных арестов партийных,
советских и хозяйственных работников многие наши кадры стали работать
неуверенно, с оглядкой, бояться нового, остерегаться и собственной тени, меньше
стали проявлять инициативы в работе.
А возьмите решения партийных и советских органов. Они стали составляться
по шаблону, зачастую без учета конкретной обстановки. Дело дошло до того, что
выступления партийных и других работников даже на самых небольших
заседаниях, совещаниях по любым вопросам произносились по шпаргалке. Все это
порождало опасность оказенивания партийной и советской работы,
бюрократизации аппарата.
Отрыв Сталина от жизни, незнание им действительного положения дел на
местах можно наглядно показать на примере руководства сельским хозяйством.
Все, кто хоть мало-мальски интересовался положением в стране, видели
тяжелое состояние сельского хозяйства, а Сталин этого не замечал. Говорили ли
мы об этом Сталину? Да, говорили, но он нас не поддерживал. Почему же так
получилось? Потому, что Сталин никуда не выезжал, с рабочими и колхозниками
не встречался и не знал действительного положения на местах.
Он страну и сельское хозяйство изучал только по кинофильмам. А
кинофильмы приукрашивали, лакировали положение дел в сельском хозяйстве.
Колхозная жизнь во многих кинофильмах изображалась так, что столы трещали от
обилия индеек и гусей. Видимо, Сталин думал, что в действительности так оно и
Владимир Ильич Ленин по-другому смотрел на жизнь, он все время был тесно
связан с народом; принимал крестьян-ходоков, часто выступал на фабриках и
заводах, ездил в деревни, беседовал с крестьянами.
Сталин отгородился от народа, он никуда не выезжал. И так продолжалось
десятки лет. Последняя его поездка на село была в январе 1928 года, когда он ездил
в Сибирь по вопросам хлебозаготовок. Откуда же он мог знать положение в
И когда Сталину в одной из бесед было сказано, что положение в сельском
хозяйстве у нас тяжелое, особенно плохо обстоит дело в стране с производством
Page 84 of 91
мяса и других продуктов животноводства, была создана комиссия, которой было
поручено подготовить проект постановления "О мерах по дальнейшему развитию
животноводства в колхозах и совхозах". Мы разработали такой проект.
Конечно, наши тогдашние предложения не охватывали всех возможностей, но
были намечены пути подъема общественного животноводства. Предлагалось тогда
поднять заготовительные цены на продукты животноводства, чтобы повысить
материальную заинтересованность у колхозников, работников МТС и совхозов в
развитии животноводства. Но проект, разработанный нами, не был принят, в
феврале 1953 года он был отложен.
Более того, при рассмотрении этого проекта Сталин внес предложение
повысить налог на колхозы и колхозников еще на 40 миллиардов рублей, так как,
по его мнению, крестьяне живут богато, и, продав только одну курицу, колхозник
может полностью расплатиться по государственному налогу.
Вы только подумайте, что это означало? Ведь 40 миллиардов рублей — это
такая сумма, которую крестьяне не получали за все сдаваемые ими продукты. В
1952 году, например, колхозы и колхозники получили за всю сданную и проданную
ими государству продукцию 26 миллиардов 280 миллионов рублей.
Разве такое предложение Сталина основывалось на каких-то данных? Конечно,
нет. Факты и цифры в таких случаях его не интересовали. Если что сказал Сталин,
значит, это так и есть — ведь он «гений», а гению не нужно считать, ему
достаточно посмотреть, чтобы сразу все определить, как должно быть. Он сказал
свое слово, а потом все должны повторять за ним сказанное и восторгаться его
Но что было мудрого в предложении увеличить сельскохозяйственный налог
на 40 миллиардов рублей? Ровным счетом ничего, так как это предложение
исходило не из реальной оценки действительности, а из фантастических
измышлений оторванного от жизни человека.
Сейчас в сельском хозяйстве мы стали понемногу выкарабкиваться из тяжелого
положения. Выступления делегатов XX съезда партии радуют каждого из нас,
когда многие делегаты говорят, что есть все условия выполнить задания шестой
пятилетки по производству основных продуктов животноводства не за пять лет, а
за 2-3 года. Мы уверены в успешном выполнении заданий новой пятилетки.
(Продолжительные аплодисменты.)
Page 85 of 91
Когда мы сейчас резко выступаем против культа личности, получившего при
жизни Сталина широкое распространение, и говорим о многих отрицательных
явлениях, порожденных этим чуждым духу марксизма-ленинизма культом, у
отдельных людей может возникнуть вопрос: как же так, ведь Сталин стоял во главе
партии и страны 30 лет, при нем были достигнуты крупные победы, разве можно
отрицать это? Я считаю, что так ставить вопрос могут только ослепленные и
безнадежно загипнотизированные культом личности люди, которые не понимают
сущности революции и Советского государства, не понимают по-настоящему, поленински роли партии и народа в развитии советского общества.
Социалистическую революцию совершил рабочий класс в союзе с беднейшим
крестьянством, при поддержке среднего крестьянства, совершил народ,
руководимый большевистской партией. Великая заслуга Ленина состоит в том, что
он создал боевую партию рабочего класса, вооружил ее марксистским пониманием
законов общественного развития, учением о победе пролетариата в борьбе с
капитализмом, он закалил партию в огне революционных битв народных масс. В
ходе этой борьбы партия последовательно отстаивала интересы народа, стала его
испытанным вождем, привела трудящихся к власти, к созданию первого в мире
социалистического государства.
Вы хорошо помните мудрые ленинские слова о том, что Советское государство
сильно сознательностью масс, о том, что историю теперь творят миллионы и
десятки миллионов людей.
Организаторской работе партии, ее многочисленных местных организаций,
самоотверженному труду нашего великого народа обязаны мы своими
историческими победами. Эти победы - результат огромной по своему размаху
деятельности народа и партии в целом, они вовсе не являются плодом руководства
одного лишь Сталина, как это пытались представить в период процветания культа
Если по-марксистски, по-ленински подойти к существу этого вопроса, то надо
со всей прямотой заявить, что практика руководства, сложившаяся в последние
годы жизни Сталина, стала серьезным тормозом на пути развития советского
Сталин долгими месяцами не рассматривал многие важнейшие и неотложные
вопросы жизни партии и страны. При руководстве Сталина наши мирные
Page 86 of 91
отношения с другими странами нередко ставились под угрозу, так как единоличные
решения могли вызвать и иногда вызывали большие осложнения.
За последние годы, когда мы освободились от порочной практики культа
личности и наметили ряд мер в области внутренней и внешней политики, все
видят, как буквально на глазах растет активность, развивается творческая
инициатива широких масс трудящихся, как благотворно начинает сказываться это
на результатах нашего хозяйственного и культурного строительства.
Некоторые товарищи могут задать вопрос: куда же смотрели члены Политбюро
ЦК, почему они своевременно не выступили против культа личности и делают это
лишь в последнее время?
Прежде всего надо иметь в виду, что члены Политбюро смотрели на эти
вопросы по-разному в разные периоды. В первое время многие из них активно
поддерживали Сталина, потому что Сталин является одним из сильнейших
марксистов и его логика, сила и воля оказывали большое воздействие на кадры, на
работу партии.
Известно, что Сталин после смерти В. И. Ленина, особенно в первые годы,
активно боролся за ленинизм, против извратителей и врагов ленинского учения.
Исходя из ленинского учения, партия во главе со своим Центральным Комитетом
развернула большую работу по социалистической индустриализации страны,
коллективизации сельского хозяйства, осуществлению культурной революции. В
то время Сталин завоевал популярность, симпатии и поддержку. Партии пришлось
вести борьбу с теми, кто пытался сбить страну с единственно правильного,
ленинского пути, - с троцкистами, зиновьевцами и правыми, буржуазными
националистами. Эта борьба была необходима. Но затем Сталин, все более
злоупотребляя властью, стал расправляться с видными деятелями партии и
государства, применять против честных советских людей террористические
методы. Как уже говорилось, именно так Сталин поступил с видными деятелями
нашей партии и государства - Косиором, Рудзутаком, Эйхе, Постышевым и
многими другими.
Попытки выступить против необоснованных подозрений и обвинений
приводили к тому, что протестовавший подвергался репрессиям. В этом отношении
характерна история с т. Постышевым.
В одной из бесед, когда Сталин проявил недовольство по адресу Постышева и
Page 87 of 91
задал ему вопрос:
« — Кто вы такой?»
Постышев твердо заявил с присущим ему окающим акцентом:
« — Большевик я, товарищ Сталин, большевик!»
И это заявление было расценено сначала, как неуважение к Сталину, а потом
как вредный акт и впоследствии привело к уничтожению Постышева,
объявленного без всяких к тому оснований «врагом народа».
Об обстановке, сложившейся в то время, мы нередко беседовали с Николаем
Александровичем Булганиным. Однажды, когда мы вдвоем ехали в машине, он мне
« — Вот иной раз едешь к Сталину, вызывают тебя к нему, как друга. А сидишь
у Сталина и не знаешь, куда тебя от него повезут: или домой или в тюрьму».
Ясно, что такая обстановка ставила любого из членов Политбюро в крайне
тяжелое положение. Если к тому же учесть, что за последние годы Пленумы ЦК
партии фактически не созывались, а заседания Политбюро проводились от случая к
случаю, то станет понятным, как трудно было кому-либо из членов Политбюро
высказаться против той или иной несправедливой или неправильной меры, против
очевидных ошибок и недостатков в практике руководства.
Как уже отмечалось, многие решения принимались единолично или опросом,
без коллективного обсуждения.
Всем известна печальная судьба члена Политбюро т. Вознесенского, ставшего
жертвой репрессий Сталина. Характерно отметить, что решение о выводе его из
состава Политбюро нигде не обсуждалось, а было проведено опросом. Также
опросом были проведены решения об освобождении с занимаемых постов тт.
Кузнецова и Родионова.
Серьезно принижалась роль Политбюро ЦК, дезорганизовывалась его работа
созданием различных комиссий внутри Политбюро, образованием так называемых
«пятерок», «шестерок», «семерок», «девяток». Вот, например, решение Политбюро
от 3 октября 1946 года:
« Предложение тов. Сталина.
1. Поручить Комиссии по внешним делам при Политбюро (шестерке)
заниматься впредь наряду с вопросами внешнеполитического характера также
вопросами внутреннего строительства и внутренней политики.
2. Пополнить состав шестерки председателем Госплана СССР тов.
Page 88 of 91
Вознесенским и впредь шестерку именовать семеркой. Секретарь ЦК - И.
Что это за терминология картежника? (Смех в зале.) Ясно, что создание
подобных комиссий — «пятерок», «шестерок», «семерок», «девяток» и «девяток»
внутри Политбюро подрывало принцип коллективного руководства. Получалось,
что некоторые члены Политбюро отстранялись таким образом от решения
важнейших вопросов.
В невыносимые условия был поставлен один из старейших членов нашей
партии — Климент Ефремович Ворошилов. На протяжении ряда лет он фактически
был лишен права принимать участие в работе Политбюро. Сталин запретил ему
появляться на заседания Политбюро и посылать ему документы. Когда заседало
Политбюро и тов. Ворошилов об этом узнавал, то каждый раз он звонил и
спрашивал разрешения, можно ли ему прийти на это заседание. Сталин иногда
разрешал, но всегда выражал недовольство. В результате своей крайней
мнительности и подозрительности Сталин дошел до такого нелепого и
смехотворного подозрения, будто Ворошилов является английским агентом. (Смех
в зале.) Да, английским агентом. И к нему дома был подставлен специальный
аппарат для подслушивания его разговоров. (Шум возмущения в зале.)
Сталин единолично отстранил также от участия в работе Политбюро и другого
члена Политбюро, Андрея Андреевича Андреева.
Это был самый разнузданный произвол.
А возьмите первый Пленум ЦК после XIX съезда партии, когда выступил
Сталин и на Пленуме давал характеристику Вячеславу Михайловичу Молотову и
Анастасу Ивановичу Микояну, предъявив этим старейшим деятелям нашей партии
ничем не обоснованные обвинения.
Не исключено, что если бы Сталин еще несколько месяцев находился у
руководства, то на этом съезде партии товарищи Молотов и Микоян, возможно, не
выступали бы.
Сталин, видимо, имел свои планы расправы со старыми членами Политбюро.
Он не раз говорил, что надо менять членов Политбюро. Его предложение после
XIX съезда избрать в Президиум Центрального Комитета 25 человек преследовало
цель устранить старых членов Политбюро, ввести менее опытных, чтобы те
всячески восхваляли его. Можно даже предполагать, что это было задумано для
того, чтобы потом уничтожить старых членов Политбюро и спрятать концы в воду
Page 89 of 91
по поводу тех неблаговидных поступков Сталина, о которых мы сейчас
Чтобы не повторить ошибок прошлого, Центральный Комитет решительно
выступает против культа личности. Мы считаем, что Сталина чрезмерно
возвеличили. Бесспорно, что в прошлом Сталин имел большие заслуги перед
партией, рабочим классом и перед международным рабочим движением.
Вопрос осложняется тем, что все то, о чем говорилось выше, было совершено
при Сталине, под его руководством, с его согласия, причем он был убежден, что
это необходимо для защиты интересов трудящихся от происков врагов и нападок
империалистического лагеря. Все это рассматривалось им с позиций защиты
интересов рабочего класса, интересов трудового народа, интересов победы
социализма и коммунизма. Нельзя сказать, что это действия самодура. Он считал,
что так нужно делать в интересах партии, трудящихся, в интересах защиты
завоеваний революции. В этом истинная трагедия!
Товарищи! Ленин не раз подчеркивал, что скромность является неотъемлемым
качеством подлинного большевика. И сам Ленин был живым олицетворением
величайшей скромности. Нельзя сказать, что в этом деле мы во всем следуем
ленинскому примеру. Достаточно хотя бы сказать, что многочисленным городам,
фабрикам и заводам, колхозам и совхозам, советским, культурным учреждениям
розданы у нас на правах, если можно так выразиться, частной собственности имена
тех или иных государственных и партийных деятелей, еще здравствующих и
процветающих. В деле присвоения своих имен различным городам, районам,
предприятиям, колхозам многие из нас соучастники. Это надо исправить.
Но делать это надо с умом, без торопливости. Центральный Комитет обсудит
это дело и хорошенько разберется, чтобы не допустить здесь каких-либо ошибок и
перегибов. Я помню, как на Украине узнали об аресте Косиора. Киевская
радиостанция обычно начинала свои радиопередачи так: «Говорит радиостанция
имени Косиора». В один из дней радиопередачи начались без упоминания имени
Косиора. И все догадались, что с Косиором что-то случилось, что он, наверное,
Так что если мы всюду начнем снимать вывески и проводить переименования,
то люди могут подумать, что с теми товарищами, чьи имена носят предприятия,
Page 90 of 91
колхозы или города, что-то произошло, что, наверное, и они арестованы.
(Оживление в зале.)
Чем у нас иной раз измеряется авторитет и значение того или иного
руководителя? Да тем, что его именем названо столько-то городов, заводов и
фабрик, столько-то колхозов и совхозов. Не пора ли нам покончить с этой «частной
собственностью» и провести «национализацию» фабрик и заводов, колхозов и
совхозов. (Смех, аплодисменты. Возгласы: «Правильно!») Это будет на пользу
нашему делу. Культ личности сказывается ведь и в такого рода фактах.
Мы должны со всей серьезностью отнестись к вопросу о культе личности. Этот
вопрос мы не можем вынести за пределы партии, а тем более в печать. Именно
поэтому мы докладываем его на закрытом заседании съезда. Надо знать меру, не
питать врагов, не обнажать перед ними наших язв. Я думаю, что делегаты съезда
правильно поймут и оценят все эти мероприятия. (Бурные аплодисменты.)
Нам нужно решительно, раз и навсегда развенчать культ личности, сделать
надлежащие выводы как в области идейно-теоретической, так и в области
практической работы.
Для этого необходимо:
Во-первых, по-большевистски осудить и искоренить как чуждый духу
марксизма-ленинизма и несовместимый с принципами партийного руководства и
нормами партийной жизни культ личности, вести беспощадную борьбу против всех
и всяческих попыток возродить его в той или иной форме.
Восстановить и последовательно проводить во всей нашей идеологической
работе важнейшие положения учения марксизма-ленинизма о народе, как творце
истории, создателе всех материальных и духовных богатств человечества, о
решающей роли марксистской партии в революционной борьбе за преобразование
общества, за победу коммунизма.
В связи с этим нам предстоит провести большую работу над тем, чтобы с
позиций марксизма-ленинизма критически рассмотреть и поправить получившие
широкое хождение ошибочные взгляды, связанные с культом личности, в области
исторической, философской, экономической и других наук, а также в области
литературы и искусства. В частности, необходимо в ближайшее время провести
работу по созданию полноценного, составленного с научной объективностью
Page 91 of 91
марксистского учебника по истории нашей партии, учебников по истории
советского общества, книг по истории гражданской войны и Великой
Отечественной войны.
Во-вторых, последовательно и настойчиво продолжать проводимую в
последние годы Центральным Комитетом партии работу по строжайшему
соблюдению во всех партийных организациях, сверху донизу, ленинских
принципов партийного руководства и прежде всего высшего принципа –
коллективности руководства, по соблюдению норм партийной жизни,
закрепленных Уставом нашей партии, по развертыванию критики и самокритики.
В-третьих, полностью восстановить ленинские принципы советского
социалистического демократизма, выраженные в Конституции Советского Союза,
вести борьбу против произвола лиц, злоупотребляющих властью. Необходимо до
конца исправить нарушения революционной социалистической законности,
которые накопились за длительный период в результате отрицательных
последствий культа личности.
Товарищи! XX съезд Коммунистической партии Советского Союза с новой
силой продемонстрировал нерушимое единство нашей партии, ее сплоченность
вокруг своего Центрального Комитета, ее решимость выполнить великие задачи
коммунистического строительства. (Бурные аплодисменты.) И тот факт, что мы
сейчас во всей широте ставим принципиальные вопросы о преодолении чуждого
марксизму-ленинизму культа личности и о ликвидации причиненных им тяжелых
последствий, говорит о великой моральной и политической силе нашей партии.
(Продолжительные аплодисменты.)
У нас есть полная уверенность в том, что наша партия, вооруженная
историческими решениями своего XX съезда, поведет советский народ по
ленинскому пути к новым успехам, к новым победам. (Бурные, продолжительные
Да здравствует победоносное знамя нашей партии — ленинизм! (Бурные,
продолжительные аплодисменты, переходящие в овацию. Все встают.)