Т.Л. Миронова
МИНИСТР ПРОСВЕЩЕНИЯ А.С. ШИШКОВ
О КНИГОИЗДАНИИ И ЦЕНЗУРЕ
(по фондам ОР РГБ)
А.С. Шишков, выдающийся русский писатель, ученый и общественный
деятель, президент Российской академии наук (1813-1841 гг.), в 1824-м году
был назначен Императором Александром I министром народного
просвещения. В фондах ОР РГБ хранятся писарские копии его речей и писем,
посвященных задачам книгоиздания и цензуры, какие А.С. Шишков ставил
перед министерством, только что вступив в должность.
Важнейшее направление российского учебно-издательского дела,
названное в речи министра от 11 декабря 1824-го года на собрании членов
Главного правления училищ, – издание книг, воспитывающих подрастающее
поколение в Православной Вере, которую к этому времени изрядно
подрывали многочисленные сочинения, «которые под видом таинственных и
высоких о христианской вере учений разрушают ее сущность и учат
совершенному безверию, истребляя всякую нравственность и вовлекая
послушников и учеников своих в неминуемую и в сей и в будущей жизни
пагубу». Вот как аргументирует свою позицию А.С. Шишков: «Нужно ли
приводить в пример, сколь твердо и благополучно царство, сопряженное
союзом Православной Веры? Обратим взор на Отечество наше. Кто в
достопамятном века сего двенадцатом году скрепил народ наш
единодушным мужеством? –Вера. Кто во время долговременного отсутствия
Императора с войсками сохранил в обширнейшей стране нашей
благоустройство и тишину? – Вера. Кто по изгнании свирепого неприятеля из
сожженной Москвы, воскуряя снова благоухания, возопил громко: «Да
воскреснет Бог и расточатся врази его!» - Торжествующая Вера. Но кто
исчислит блага, не говорю уже по смерти ожидаемые, но даже и здесь в
наземной нашей жизни приносимые Верою?» Шишков не уговаривает своих
подчиненных, напротив, он диктует им строгое предписание, следующее из
монаршей воли: «Вот, милостивые Государи, возложенная на меня и на вас,
сотрудников моих священная обязанность! Священная как по воле
Всеавгустейшего монарха нашего, так и по гласу собственной нашей совести,
ибо и Бог, и Государь, и Отечество требуют, чтобы сеяны были семена
Евангельских учений, а не плевелы развращающий сердца и нравы
лжеумствований» (РГБ. ОР. Ф.214. Л.41).
Обратим внимание, что за год до восстания декабристов, многие из
которых возросли и воспитались на развращающих Веру и нравственность
книгах, А.С. Шишков предупреждает об опасности для общества людей,
вскормленных ядом лжеучений: «Злоупотребление сие (выпуск книг с
ложным толкованием Св. Писания. – Т.М.), влекущее за собой весьма
вреднейшие последствия, по открытии онаго побудило Государя Императора
к пресечению таковых поползновений, от которых… народное благоденствие
много пострадать может... Некто из ученых французов во время
свирепствовавшего у них безначалия и распространения революционных
правил справедливо соотечественникам своим сказал: «Лучше дозволить
всякому продавать мышьяк, нежели писать и печатать ядовитые книги» (РГБ.
ОР. Ф.214. Д.51 Л.42).
В связи с осознаваемой самим Государем Императором опасностью
министр народного просвещения ставит перед своими чиновниками задачу
цензурирования книг и учебников, не полагаясь всецело на деятельность
Цензурного комитета, который, по мнению Шишкова, отраженному в его
письме по поводу издания книги «Победоносный вестник торжествующего
Сиона», выпускает в свет вредные для общества и государства сочинения
(РГБ. ОР. Ф.214. Д.156.). Вопрос о цензуре книг каждым из чиновников
министерства звучит следующим образом: «А потому, я надеюсь и уверен,
что всяк из вас сочтет за должное, прочитывая книги, или рассматривая образ
преподаваемых учений, обращать внимание свое на то, не помещены ли где
какие рассуждения или мысли, или выражения, противные Вере,
Правительству и доброй нравственности. Буде в каком бы то ни было
сочинении таковые места замечены будут, то каждый по званию своего
участвования в министерстве народного просвещения и по любви ко благу
Отечества обязаны выписывать оные, или, отметя в книгах, представлять
Главному правлению, которое возьмет свои меры к прекращению и
обузданию сей дерзости злонамеренных умствователей. Ибо без того,
попуская действовать разврату, тщетно будем мы носить на себе имя
народных просветителей…» (РГБ. ОР. Ф.214. Д.51. Л.42об).
Здесь у А.С. Шишкова отчетливо выражена главная мысль
монархического сознания, в первой четверти XIX в. уже пошатнувшегося и
заражаемого «вольтерьянским вольнодумсвом», эта мысль состоит в том, что
Самодержавное христианское государство принимает на себя долг и
обязанность хранить свой народ от греха, воспитывая их добрыми
гражданами не только земного царства, но и Царства Небесного, в то время
как любое иное государство призвано лишь устраивать земное благоденствие
своих граждан, равнодушно попуская им грешить. Книжное дело и цензура в
свете этих воззрений А.С. Шишкова являются одним из важнейших рычагов
охранительного воспитания такого монархического сознания, ибо, как писал
он, будучи министром народного просвещения, А.А. Писареву в связи с
назначением последнего попечителем Московского учебного округа: «Науки,
изощряющие ум, не составят без Веры благоденствия народного, - вот
истина, которую я принял за основание всех моих распоряжений» (РГБ. ОР.
Ф.226. Д.7.).
Скачать

Министр просвещения А.С. Шишкова о книгоиздании и цензуре