Комментарий Ольги Кряжковой решения Конституционного Суда России о запрете
«гей-пропаганды».
12.03.2015
http://www.ilpp.ru/news/analitika/2015/03/12/analitika_293.html
РЕШЕНИЕ КС РОССИИ О ЗАПРЕТЕ «ГЕЙ-ПРОПАГАНДЫ»: НОВЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ, НОВЫЕ РИСКИ[1]
Ольга Кряжкова - ведущий эксперт проекта Института права и публичной политики «Защита прав в
конституционном судебном процессе», кандидат юридических наук; доцент Российского государственного
университета правосудия
1. Суть вопроса, поставленного перед КС России
В Постановлении КС России от 23 сентября 2014 года № 24-П (далее – решение КС России) дан ответ на вопрос,
соответствует ли Конституции Российской Федерации законоположение, согласно которому так называемая «пропаганда
нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних», а именно «распространение информации,
направленной на формирование у несовершеннолетних нетрадиционных сексуальных установок, привлекательности
нетрадиционных сексуальных отношений, искажённого представления о социальной равноценности традиционных и
нетрадиционных сексуальных отношений, либо навязывание информации о нетрадиционных сексуальных отношениях,
вызывающей интерес к таким отношениям, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния», является
административным правонарушением (часть 1 статьи 6.21 КоАП России) (далее также – «гей-пропаганда»).
2. Как появилась статья 6.21 КоАП России
Статья 6.21 была включена в КоАП России в 2013 году по инициативе Законодательного Собрания Новосибирской
области. Начиная с 2008 года аналогичные деяния признавались административно наказуемыми в законах ряда субъектов
Российской Федерации (в частности, Архангельской области, Рязанской области, Санкт-Петербурга).
Смысл запрета «гей-пропаганды» объясняется по-разному:
а) из пояснительной записки к законопроекту, внесённому в Государственную Думу, следует, что он способен остановить
социальную угрозу, заключающуюся в такой пропаганде, которая «приобрела в современной России широкий размах».
Она «ведётся как через средства массовой информации, так и через активное проведение общественных акций,
пропагандирующих гомосексуализм как норму поведения»; между тем это «опасно для детей и молодёжи»[2]. Конкретных
данных, каких-либо примеров, подтверждающих обоснованность этих утверждений, там нет;
б) Председатель КС России В.Д. Зорькин, выступая на III Международном конгрессе Всемирной конференции по
конституционному правосудию (обнародование решения КС России состоялось несколькими днями ранее), сообщил:
«Правовой смысл этого запрета не столько в том, чтобы решить проблему пропаганды гомосексуализма среди
несовершеннолетних (прямо скажем, эта проблема в России пока остро не стоит), а в том, чтобы обозначить понимание
отклоняющегося характера подобного типа поведения. И, соответственно, заявить позицию законодателя по вопросу о
границах толерантности со стороны государства к социальным отклонениям в данной сфере»[3];
в) доктор юридических наук И.Г. Шаблинский находит его сугубо пропагандистским, призванным продемонстрировать
борьбу правящей группы (во главе с президентом) за сохранение нравственных устоев общества. По его мнению, в
медиапространстве должен был сложиться образ президента как хранителя нравственного порядка, что добавило бы ему
политических очков. Законодательство в защиту нравственных ценностей как пропагандистская акция призвано было
сместить общественное внимание в некую удобную власти нишу[4];
г) политолог Александр Морозов связывает его с амбициозной идеологической задачей: «Кремль решил добровольно
катапультироваться из европейской модели развития. Вместе с депутатами и писателями он стал искать экзотические
меры, которые смогли бы отличить нас от европейского мира. Сегодня патриоты из государственных кругов предлагают
идеи, регулирующие сексуальную жизнь не потому, что они сексуально озабочены. Они озабочены тем, чтобы придумать
нечто выразительное и антизападное»[5].
3. Кто и связи с какими обстоятельствами обратился в КС России
В КС России была направлена коллективная жалоба трёх активистов ЛГБТ-сообщества (сообщества лесбиянок, геев,
бисексуалов и трансгендеров): Николая Алексеева, Дмитрия Исакова и Ярослава Евтушенко. Все трое были оштрафованы
в судебном порядке по части 1 статьи 6.21 КоАП России в 2013 году.
Причиной административной ответственности Дмитрия Исакова послужил одиночный пикет, который он провёл в Казани
на пешеходной улице Баумана во время Универсиады. Активист держал плакат с надписью «Быть геем и любить геев –
это нормально. Бить геев и убивать геев – это преступно»[6]. Похожую акцию пытались осуществить Николай Алексеев и
Ярослав Евтушенко у здания детской библиотеки в Астрахани; результат был таким же – административный штраф. Суды
апелляционной инстанции судьбу их дел не изменили.
4. Позиция заявителей
Заявители требовали признать статью 6.21 КоАП России нарушающей их права, гарантированные статьями 15 (часть 4),
17 (часть 1), 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 29 (части 1, 2 и 4) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку
введённый ею запрет исключает распространение среди несовершеннолетних любой информации о гомосексуальности, в
том числе содержащей лишь утверждение о социальной равноценности близких отношений между людьми разного пола и
между людьми одного пола, что не имеет под собой разумных оснований. По их мнению, такой запрет основан на
предрассудках, в силу которых негетеросексуальные отношения осуждаются как безнравственные, а следовательно,
влечёт умаление достоинства граждан негетеросексуальной ориентации, а также дискриминацию по признаку сексуальной
ориентации.
5. Содержание решения КС России
Позиция заявителей не нашла поддержки у КС России, а их доводы о дискриминационном характере запрета «гейпропаганды» были отвергнуты. Суд постановил признать часть 1 статьи 6.21 КоАП России не противоречащей
Конституции Российской Федерации, «поскольку – по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего
правового регулирования – она направлена на защиту таких конституционно значимых ценностей, как семья и детство, а
также на предотвращение причинения вреда здоровью несовершеннолетних, их нравственному и духовному развитию и
не предполагает вмешательства в сферу индивидуальной автономии, включая сексуальное самоопределение личности,
не имеет целью запрещение или официальное порицание нетрадиционных сексуальных отношений, не препятствует
беспристрастному публичному обсуждению вопросов правового статуса сексуальных меньшинств, а также использованию
их представителями всех не запрещённых законом способов выражения своей позиции по этим вопросам и защиты своих
прав и законных интересов, включая организацию и проведение публичных мероприятий, и – имея в виду, что
противоправными могут признаваться только публичные действия, целью которых является распространение
информации, популяризирующей среди несовершеннолетних или навязывающей им, в том числе исходя из обстоятельств
совершения данного деяния, нетрадиционные сексуальные отношения, – не допускает расширительного понимания
установленного ею запрета» (пункт 1 резолютивной части решения КС России). Иным словами, оставил её в силе. Судьядокладчик по делу Н.С. Бондарь впоследствии прокомментировал: право на проведение массовых мероприятий группами
нетрадиционной сексуальной ориентации презюмируется, «но при этом недопустимо вовлекать несовершеннолетних»[7].
Имеет смысл сразу подчеркнуть, что дальнейшая судебная практика воспринимает оговорки, сделанные Судом в
отношении части 1 статьи 6.21 КоАП России, не более как словесное обрамление.
Оправданию запрета «гей-пропаганды» отдан значительный объём мотивировочной части решения КС России. В числе
аргументов – дискреция законодателя, конституционные ценности семьи и детства, конфессиональные особенности
страны, негативное отношение к гомосексуальным практикам в российском обществе. Надо отметить, что подход Суда уже
встретил обстоятельную критику в юридической печати[8].
Выбор формулировки «признать не противоречащей Конституции Российской Федерации» и разъяснение, как правильно
понимать часть 1 статьи 6.21 КоАП России, показывают, что в КС России не уверены в её однозначности. Вместе с тем
заявителям не удалось поколебать презумпцию конституционности данной нормы[9]. Это, впрочем, не означает, что иное
невозможно будет сделать другим людям в связи с другими обстоятельствами[10].
Нельзя оставить без внимания прогрессивный аспект решения КС России. В его мотивировочной части есть правовые
позиции, являющиеся в определённом смысле новеллой российского права. В частности, Судом признана свобода
сексуального самоопределения личности, в том числе право распространять информацию о таком самоопределении;
указано, что статья 19 (часть 2) Конституции Российской Федерации гарантирует защиту равным образом всем лицам, вне
зависимости от их сексуальной ориентации, а сексуальная ориентация как таковая не может служить правомерным
критерием установления различий в правовом статусе человека и гражданина; зафиксировано, что лица с определённой
сексуальной ориентацией являются социальной группой в смысле принципа юридического равенства (пункты 2.1, 2.2).
Надо отметить, что в 2012 году был опубликован доклад «Дискриминация по признаку сексуальной ориентации и
гендерной идентичности в Европе». Из него следует, что Россия относится к тем немногим странам Совета Европы, в
которых сексуальная ориентация прямо не указана в числе запрещённых оснований дискриминации ни в комплексном, ни
в секторальном антидискриминационном законодательстве[11]. Так что эти правовые позиции КС России заполняют
законодательные лакуны и, конечно же, демонстрируют продвижение в области прав человека. Попутно подтверждается
правота судьи КС России Г.А. Гаджиева: «верховенство права в России развивается прежде всего как судебная доктрина,
при практически пассивном участии законодателя»[12] (добавлю от себя: а иногда и вопреки его «участию»).
6. Решение КС России и последующая практика
Утверждать, что решение КС России изменило восприятие проблематики ЛГБТ в официальном дискурсе, пока не
представляется возможным.
В докладе Amnesty International «Права человека в современном мире. 2014/2015» приводятся следующие сведения: «…
представителей сексуальных меньшинств … преследовали на основании федерального закона, запрещающего
“пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних“. Активистам ЛГБТИ последовательно
мешали проводить мирные собрания, в том числе в местах, специально отведённых для общественных собраний, без
предварительного уведомления – как правило, в малолюдных лесопарковых зонах. … В январе активистку Елену Климову
из Нижнего Тагила обвинили в “пропаганде“ за её сетевой проект “Дети 404“, целью которого была поддержка подростков
ЛГБТИ. Выдвинутые против неё обвинения позже были сняты, а затем их выдвинули вновь, угрожая закрытием проекта. В
апреле в Москве просмотр фильма о проекте “Дети 404“ был сорван участниками протеста, которые ворвались в
аудиторию и стали выкрикивать оскорбительные лозунги. Их сопровождали вооружённые сотрудники полиции, которые
настаивали на проверке документов всех присутствовавших, чтобы выяснить, есть ли среди них
несовершеннолетние»[13].
Елена Климова была осуждена по статье 6.21 КоАП России в январе 2015 года[14].
Как видно по судебной практике, органы исполнительной власти по-прежнему отказывают в согласовании публичных
мероприятий в поддержку ЛГБТ, а суды признают это законным (уже со ссылкой на решение КС России)[15].
По словам одного из судей, произнесённым в личной беседе, именно после принятия решения КС России по линии
судейской вертикали распространилась установка не допускать подобных акций вообще.
Представители же истеблишмента продолжают заявлять в СМИ о том, что сексуальные меньшинства угрожают
«традиционным семейным ценностям»[16].
7. Какие ещё правовые последствия решения КС России возможны
В настоящее время в ЕСПЧ находятся несколько жалоб Николая Алексеева против России, поданных после узаконения
запрета «гей-пропаганды» (один процесс он уже выиграл там в 2010 году[17]). Заявитель прогнозирует успех, и скорее
всего его добьётся.
Данный прогноз вряд ли оправданно распространять на Россию. Судя по сегодняшнему состоянию судебной защиты прав
ЛГБТ (а точнее, по отсутствию таковой), после того как решение ЕСПЧ состоится, российские власти скорее всего
обратятся в КС России ещё раз, чтобы попытаться сохранить статус-кво. Процессуальный механизм «противодействия»
актам межгосударственных органов по защите прав создан поправками в ФКЗ о КС России от 4 июня 2014 года (новая
редакция статей 43, 85 и 101).
Ещё одна возможность сопротивления «европейским ценностям» была обозначена В.Д. Зорькиным в одной из его
знаменитых статей: России надо опираться в своих дальнейших действиях на прецедент ФКС Германии из дела Гёргюлю
против Германии. Этот прецедент был процитирован в статье так: «не противоречит цели приверженности
международному праву, если законодатель, в порядке исключения, не соблюдает право международных договоров при
условии, что это является единственно возможным способом избежать нарушения основополагающих конституционных
принципов»[18].
Пока ничто не даёт основания полагать, будто КС России пренебрежёт возможностью заявить, что ценности семьи и
детства, к которым он апеллировал в рассматриваемом решении, так высоки, что ради их защиты от сексуальных
меньшинств можно пойти на нарушение норм международного права.
В заключение хотелось бы солидаризироваться с позицией Д. Бартенева и К. Кириченко: «В итоге КС России так и не дал
ответа на вопрос о том, что такое недопустимая «пропаганда нетрадиционных сексуальных отношений», а высказанные
им позиции, при всей их взвешенности, несут в себе риск легитимации существующих в обществе негативных
предрассудков в отношении людей негетеросексуальной ориентации»[19]. История много раз подтверждала, что
социальные предрассудки способны обернуться насилием, в том числе массовым. Чем бы ни был продиктован запрет
«гей-пропаганды», не принимать это в расчёт нельзя.
[1] Вебинар является продолжением публикации: Кряжкова О. Новый раунд борьбы за права сексуальных меньшинств:
комментарий к Постановлению Конституционного Суда России от 23 сентября 2014 года № 24-П // Сравнительное
конституционное обозрение. 2014. № 6. С. 123-131.
[2] Пояснительная записка и другие документы, сопровождающие законопроект, имеются в Автоматизированной системе
обеспечения законодательной деятельности (http://asozd.duma.gov.ru/main.nsf/(Spravka)?OpenAgent&RN=44554-6, дата
обращения – 19 марта 2015 года).
[3] Зорькин В. Проблемы социальной интеграции в глобализованном мире // http://www.jupiter-center.info/problemy-sotsialnojintegratsii-v-globalizovannom-mire/, дата обращения – 19 марта 2015 года). Примерно до начала декабря эта статья была
доступна и на официальном сайте КС России, потом там осталась только новость о мероприятии
(http://www.ksrf.ru/ru/News/Pages/ViewItem.aspx?ParamId=3190, дата обращения – 19 марта 2015 года).
[4] См.: Шаблинский И.Г. Эволюция политического режима в России. Конституционные основы и неформальные практики.
М.: ТЕИС, 2014. С. 67-68 (доступна также на сайте Высшей школы экономики: http://publications.hse.ru/books/141990946,
дата обращения – 19 марта 2015 года).
[5] Цит. по: Епифанова М., Хачатрян Д. Секс в законе // Новая газета. 2014. 10 ноября.
[6] Как сообщает газета «Вечерняя Казань», «один из полицейских в штатском попытался убедить Исакова, что негоже во
время Универсиады демонстрировать гостям республики, что за однополую любовь здесь можно и пострадать.
“Иностранцы подумают, что у нас геев бьют“, заявил он пикетчику. “А разве это не так – ведь бьют же. Именно поэтому мы
и хотим привлечь внимание к этой проблеме в период Универсиады“, отвечал тот» (Плотникова И. Одиночный гей-пикет в
Казани разгонять не стали // Вечерняя Казань. 2013. 29 июня (http://www.evening-kazan.ru/articles/odinochnyy-gey-piket-vkazani-razgonyat-ne-stali.html, дата обращения – 19 марта 2015 года)).
[7] См.: Судья КС: «Можем гордиться, что наша Конституция отвечает самым высоким стандартам»
//http://rapsinews.ru/judicial_analyst/20141212/272770512.html#ixzz3Ur5NHkkl, дата обращения – 19 марта 2015 года.
[8] См.: Бартенев Д., Кириченко К. Запрет пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений в оценке
Конституционного Суда России: предрассудки снова победили право // Сравнительное конституционное обозрение. 2014.
№ 6. С. 132-143.
[9] Заместитель руководителя Секретариата КС России В.А. Сивицкий объясняет подобный тип решений Суда
проявлением «конституционной сдержанности», его стремлением бережно относиться к правовой материи и осуществлять
нормоконтроль высококачественно (см.: Сивицкий В.К вопросу о вариативности формулы итогового решения
Конституционного Суда // Конституционное правосудие. Вестник Конференции органов конституционного контроля стран
новой демократии. 2012.№ 4. С. 81-91 (http://concourt.am/armenian/con_right/4.58-2012/vestnik58.pdf, дата обращения – 19
марта 2015 года)).
[10] В действительности любые публичные высказывания, не осуждающие гомосексуальность, как минимум привлекают
внимание правоохранителей. Так произошло, например, с проектом Людмилы Улицкой «Другой, другие о других» в
Ульяновске
и
в
Орловской
области
(см.: Белый
М. Пропаганда
между
строк
// http://www.gazeta.ru/social/2014/02/06/5885529.shtml, дата обращения – 19 марта 2015 года).
[11] http://www.coe.int/t/Commissioner/Source/LGBT/LGBTStudy2011_Russian.pdf, дата обращения – 19 марта 2015 года.
[12] Гаджиев Г. О судебной доктрине верховенства права // Сравнительное конституционное обозрение. 2013. № 4. С. 13.
[13] http://amnesty.org.ru/sites/default/files/amnesty-report-2014-RU.pdf (с. 197, 198), дата обращения – 19 марта 2015 года.
[14] http://echo.msk.ru/news/1479878-echo.html, дата обращения – 19 марта 2015 года.
[15] См.: апелляционные определения Московского городского суда от 10 октября 2014 года № 33-33997, от 24 октября
2014 года по делу № 33-36241, от 24 октября 2014 года по делу № 33-36242, от 10 декабря 2014 года по делу № 33-39424,
от 10 декабря 2014 года по делу № 33-39425 // СПС «КонсультантПлюс».
[16] См.:
Якунин
высказался
за
защиту
семейных
ценностей
от
сексуальных
//http://www.rbc.ru/rbcfreenews/54f9f64d9a794745d52bc7ff, дата обращения – 19 марта 2015 года.
меньшинств
[17] Постановление ЕСПЧ по делу «Алексеев против России» (Alekseyev v. Russia) от 21 октября 2010 года // СПС
«КонсультантПлюс».
[18] Зорькин В. Предел уступчивости // Российская газета. 2010. 29 октября (http://www.rg.ru/2010/10/29/zorkin.html, дата
обращения – 19 марта 2015 года).
[19] Бартенев Д., Кириченко К. Указ. соч. С. 140.
Скачать

Комментарий Ольги Кряжковой решения Конституционного Суда