Е.Л.Аношкина
Д-р экон. н., заведующая кафедрой экономики и управления
промышленным производством,
директор центра регионального развития Пермского национального
исследовательского политехнического университета
Крупнейшие города: потенциал и предпосылки влияния на модернизацию экономики и
общества в России
Города формируют основной спрос на инновационные решения, и именно в городах
создаются
инновации,
города
усиливают
свое
значение
как
технологических,
инновационных центров. Кроме того, города аккумулируют финансовые ресурсы и
разнообразие экономической деятельности, современную инфраструктуру, что позволяет
достигать необходимый уровень эффективности в развитии новых производств и бизнесов.
Это обстоятельство наряду с деловым климатом определяет конкурентоспособность страны
на мировом уровне.
Перспективные проблемы урбанизации России следует оценивать на основе общих
принципов формирования мировой иерархической пространственной системы, в которой
города являются социально-экономическим и инфраструктурным каркасом. Общепризнано,
что
на
высшем
уровне
иерархии
находится
сеть
мировых
и
международных
полифункциональных городов, которые осуществляют координацию принятия решений
представителями международной экономической элиты. Финансовые потоки, каналы
коммуникации, транспортные линии и культурные взаимодействия связывают мировые
города, приоритетное значение в этих связях имеют информационные потоки.
На втором уровне выделяются специализированные города общенационального
значения, где информационные потоки имеют также высокое значение, но сопоставимое
значение получают и материальные потоки производимой и потребляемой продукции. В
подобных
центрах
происходит
также
концентрация
финансовых,
корпоративных,
политических и культурных центров. Здесь формируется «информационная» зона
национального уровня, где концентрируются центры принятия решений национального
уровня. На третьем уровне располагаются специализированные города, играющие ведущую
роль на региональном уровне, объединенные в соответствующие региональные сети.
Для выявления особенностей российской городской системы рассмотрим ее
некоторые аналитические показатели в сравнении с другими странами. Для всех крупнейших
российских городов характерны низкие значения плотности экономической деятельности,
рассчитываемой как объем производства товаров и услуг, производимый предприятиями и
организациями на территории города, отнесенный к площади города (см. табл. 1).
Таблица 1. Оценка плотности экономической деятельности крупнейших городов и столиц
Город
Москва
Варшава
СанктПетербург
Новосибирск
Екатеринбург
Нижний
Новгород
Самара
Омск
Казань
Плотность экономической
деятельности (млн.дол. /
км.кв.)
2013
2014
150
73,4
151
53
27
45,7
80,3
22
41,2
35,7
35,7
54,9
44,4
26,5
17,3
26,1
21,7
Город
Плотность экономической
деятельности (млн.дол. / км.кв.)
2013
Прага
Ростов-наДону
Уфа
Волгоград
Пермь
Красноярск
Воронеж
Челябинск
2014
116
60,7
45,6
24,9
28,9
21,7
12,8
41,2
61,4
28,8
35,7
19,6
30
13,7
17,1
Показатели экономического развития крупнейших нестоличных городов России в
несколько раз ниже, чем в европейских столицах, сопоставимых по численности населения.
Москва по показателям экономического развития соответствует Варшаве и Праге, которые
обладают существенно меньшим экономическим и демографическим потенциалом. После
падения цен на нефть и снижения курса рубля показатели плотности экономической
деятельности российских городов за 2014 г., рассчитанные в долларах, снизились почти в два
раза.
Рассмотрим, каким образом крупнейшие российские города представлены в
международных рейтингах городов. В
рейтингов
1
подавляющем большинстве международных
представлена только Москва, другие
крупнейшие
российские
города
отсутствуют, хотя статистика по ним собирается. При этом в международные рейтинги
входят по несколько мегаполисов из стран, имеющих сопоставимую численность населения.
Были рассчитаны аналитические коэффициенты – индексы централизации и
интегрированности – на основе данных A.T. Kearney, Global Cities Index (GCI) для
определения уровня включенности российской городской системы в глобальную экономику.
Аналитический индекс централизации рассчитывается как отношение городского
населения к количеству крупнейших городов, вошедших в рейтинг глобальных городов.
Индекс централизации городской системы России в 4-10 раз превышает показатели других
крупных стран, что показывает централизованный характер городской системы России.
1
The Global Financial Centres Index 15; A.T. Kearney, Global Cities Index (GCI), 2014; Индекс американской
многонациональной корпорации MasterCard Worldwide (World’s most economically powerful cities); Innovation cities; Global
Power City Index
Индекс
интегрированности
рассчитывается
как
отношение
городской
количества
системы
городов,
в
глобальную
рассматриваемых
экономику
в
рейтинге
A.T. Kearney, Global Cities Index (GCI), к количеству крупнейших городов с населением
более миллиона человек в соответствующей городской системе. Индекс интегрированности
городской системы России в 3-18 раз меньше, чем показатели рассмотренных развитых и
развивающихся стран. Наиболее высокие значения показателя интегрированности имеют
США и Евросоюз.
Проведенный анализ носит предварительный характер и не позволяет выявить
факторы, определяющие перспективы развития крупнейших городов России, но указывает
на имеющиеся особенности российской городской системы, а именно: гипертрофированное
развитие столицы при явном отставании крупнейших российских городов от сопоставимых
городов в других странах.
Теоретические предпосылки анализа городской системы России
Научная задача, связанная с формированием методологии исследования городской
системы, оформилась за рубежом в 1950-1960 –х гг. В связи с этим получили развитие
следующие направления: теории городского роста (H.Siebert, 1969), теории городских систем
(J.Friedmann, 1973), городская экономика (H.W.Richardson, 1969), теории размещения
производства (E.M.Hoover, 1971, W.Isard 1956).
За последние 50 лет
произошло
существенное “обогащение” стратегий
и
инструментов пространственного развития. В рамках исследования городских систем и их
влияния на развитие экономики отдельное внимание уделяется изучению национальных
столиц и их месту в мировой иерархии путем анализа выполнения экономических функций
на национальном и международном уровне [Onyebueke, V.U. (2011), Parnreiter, Chr. (2010),
Gorzelak, Grz., Smetkowski, M. (2012)]. При исследовании новых индустриальных городов и
агломераций рассматривают задачи адекватного развития городских функций, сектора
информационных услуг и торговли [Chen, C., Ding, Y., & Liu S. (2008), Han, X., Wu, P. L., &
Dong, W. L. (2012)]. В ряде публикаций проводится анализ экономических функций
крупнейших
городов
с
учетом
трансформации
экономики
в
направлении
ее
инновационности (Camagni R, Capello R (2010), L.Jeney (2011). Новая экономическая
география формулирует важные закономерности развития столичных городов после
либерализации внешней торговли (Krugman P., Elizondo R (1996), Alonso-Villar (2001),
Mansori, (2003) Grajeda and Sheldon, (2009)).
Одно из направлений исследования факторов городского развития связано с понятием
конкурентоспособности. Под конкурентоспособностью территории Cooke (2004) понимает
способность территории либо быть местом, где зарождаются новые бизнесы, либо
привлекать стабильные, развивающиеся компании. Конкурентоспособность территории
выражается, в числе прочего, в количестве фирм, уровне занятости, что дает возможность
сравнивать разные территории по этим очень просто измеряемым параметрам.
A. Caragliu, C. Del Boro, P. Nijkamp (2009) отмечают, что конкурентоспособность
города зависит от физической инфраструктуры, социального и человеческого капитала.
Качество социального капитала умного города определяется тем, что городское сообщество
способно учиться, адаптироваться к изменениям внешней среды, производить инновации.
Zielenbach (2000) видит эффект социального капитала, главным образом, в том, что
индивиды с более высоким уровнем доверия друг к другу охотно включаются в
деятельность, имеющую значение для развития территории, а не просто несущую
индивидуальную выгоду.
В статье L.Jeney (2011) представлен анализ тенденций развития городских систем в
странах
Вышеградской
группы
и
Прибалтики,
который
выявил,
что
динамика
экономического развития крупных городов меньше зависит от своего непосредственного
окружения, чем от связей с аналогичными городами Европы. Тогда как средние и малые
города больше зависят от показателей своего региона, в особенности от успехов главного
регионального города.
Существует консенсус среди многих исследований по поводу наличия прямой связи
между социальным капиталом и экономическим развитием, способностью городской
экономики к адаптации и диверсификации. Теоретическим обоснованием развития
социального капитала города может быть институциональный подход, основанный на
«теории договоров», что повышает защищенность, снижает вероятность конфликтов и
позволяет распределить выгоду между властью, обществом и бизнесом от реализации
городской стратегии.
Оценка выполнения экономических функций крупнейшими российскими
городами
Исходя
из
определения
особенностей
городской
системы
России,
можно
предположить, что именно неэффективное выполнение крупнейшими городами своих
экономических функций, неразвитость сети национальных и региональных городов приводят
к торможению модернизации экономики и общества. Для обоснования выдвинутого
утверждения в статье Аношкиной Е.Л. (2014) была проведена оценка выполнения
крупнейшими городами России экономических функций. В качестве крупнейших городов
рассматривались города с населением 1 млн. человек и более, включая Москву и СанктПетербург. Было проведено сравнение средних значений аналитических показателей по
нестоличным городам с соответствующими показателями Москвы (см. табл. 2).
Таблица 2. Показатели экономического развития городской системы России
Экономические
функции города
Информационная
функция
Инновационная
функция
Экономическое
развитие
Развитие
потребительского
рынка
Инвестиционная
функция
Показатели
Превышение
Москвы среднего
уровня
Локализация центров принятия решений; 11,1
индекс связности города; доступность отелей
высокого уровня
Научно-образовательный и научно-технический 1,7
потенциал (уд.); показатели инновационной
активности
Индекс
перерабатывающих
производств; 2,4
доходы местного бюджета (уд.), плотность
экономической деятельности (млн.долл./кв.км)
Оборот торговли (уд.); количество мест в 1,7
общественной торговли (уд.); средняя зарплата,
скорректированная на индекс цен
Инвестиции в основной капитал (уд.); ввод 1,6
жилых домов (уд.)
По большинству экономических функций Москва опережает нестоличные города на
порядок, например по таким функциям как экономическое развитие, информационная
функция, развитие потребительского рынка. Однако по удельным показателям Москва
отстает от некоторых нестоличных городов в выполнении инновационной и инвестиционной
функций. Выявлены существенные диспропорции в выполнении информационной функции
за счет неравномерного размещения центров принятия решений, в качестве которых
рассматривались центральные офисы ведущих организаций в финансовом секторе, бизнесе,
государственном управлении, международных и межрегиональных взаимоотношениях, а
также богатейшие люди. Интегральная оценка размещения центров принятия решений
показывает, что в Москве располагается 79% центров принятия решений, в СанктПетербурге – 10%, в Екатеринбурге – 3%. Отсутствие достаточного количества центров
принятия решений в нестоличных российских городах может отрицательно влиять на
развитие социального капитала городов, мешать созданию коалиций в интересах
экономического роста.
Проблемой является отсутствие в городской системе выраженного лидера и
координатора в инновационном развитии, так как Москва в настоящее время не выполняет
эту функцию, а совокупный экономический потенциал нестоличных городов и уровень их
связности не создают предпосылки для того, чтобы эти города стали инновационными
центрами на национальном уровне.
Несмотря на то, что Москва располагает 50% научного потенциала страны, столица
имеет значения показателей инновационной активности на среднем уровне (среди
крупнейших городов). А значение показателя «доля инновационных товаров, работ, услуг в
общем объеме» Москвы в 2010 -2011 гг. ниже, чем среднее значение по крупнейшим
городам. Однако за последние годы проводилась активная политика по поддержке ведущих
университетов и инновационной активности в государственных корпорациях, реализация
проекта
«Сколково»,
что
способствовало
улучшению
показателей
инновационной
активности в Москве. Данные Росстата 2 свидетельствуют о том, что в Москве показатели
инновационной деятельности предприятий существенно улучшились за 2012-2013 гг. Так
инновационная активность организаций Москвы выросла с 13,3% в 2010г. до 18,3 % в 2013г..
Доля инновационных товаров, услуг в общем объеме производства Москвы в 2010 г.
составляла 2,2%, а в 2013 г. достигла 15,5%. Это привело к существенному повышению
места Москвы в международном рейтинге инновационной экономики3. Так, в 2010 г. Москва
находилась на 97 месте (между Белградом и Буйнос-Айресом), а в 2014 г. столица поднялась
на 63 место (между Прагой и Будапештом).
Столичная функция
Сущность столичной функции базируется на естественной роли узлового города
национальной городской системы, с одной стороны, и стратегическими задачами повышения
конкурентоспособности в глобальной экономике, с другой стороны. Ж.Готтман (1990)
определяет функции столиц следующим образом. Столица является множественным
посредником, артикулирующим многообразные деления, сети и группы интересов внутри
страны. Столицы осуществляют социокультурное посредничество, «…которое связывает
обладающие разными культурами и разным социальным устройством части нации,
повседневное взаимодействие которых таит в себе потенциальный долговременный
конфликт»4. Столичный город выполняет функцию посредника во взаимодействиях между
внешними сетями мировой торговли и производственно-технологической кооперации и
внутренней экономической и политической структурой страны.
Важным аспектом развития столичных функций, по мнению Ж.Готтмана, является их
частичное делегирование другим крупнейшим городам вследствие возрастания сложности
сконцентрированных в столице процессов регулирования социокультурных и экономических
взаимодействий, деловой активности и информационных потоков. Таким образом,
целесообразная децентрализация и делегирование управленческих функций крупнейшим
городам могут поднять значение столичного города в отборе точек роста для
стимулирования экономического роста.
2
http://www.gks.ru/free_doc/doc_2014/region/soc-pok.rar
3
The top 100 cities of the global innovation economy; http://www.innovation-cities.com/innovation-cities-top-100-indextop-cities/1062; http://www.innovation-cities.com/innovation-cities-index-2014-top-100-cities/8919
4
Готтман Ж. Столичные города. ЛОГОС №4 [94] 2013, стр.21.
Greg Clark and Tim Moonen (2014) по результатам исследования сделали вывод о том,
что в настоящее время большинство крупнейших российских городов имеют ограниченные
компетенции и ресурсы, что частично справедливо и для Санкт-Петербурга. Это значит, что
крупнейшие города не могут легко сформировать свои собственные долгосрочные
инвестиции и модели развития. Это подкрепляет роль Москвы как главного узла российской
системы городов, и повышает негативные внешние эффекты, связанные с перегруженным
узлом в централизованной стране.
Для
иллюстрации
этого
вывода
сравним
данные
о
мировых
городах
и
соответствующих национальных экономиках (табл. 3).
Таблица 3. Аналитические показатели мировых городов и национальных экономик
London
Moscow
Mumbai
New York
Paris
São Paulo
Seoul
Shanghai
Tokyo
Toronto
С1
2,02
4,78
3,4
1,9
2,15
2,76
1,39
3,47
1,47
1,65
С2
0,73
1,73
2,06
0,5
1,02
2,16
0,66
2,55
0,81
1,15
С1+С2
2,75
6,51
5,46
2,4
3,17
4,92
2,05
6,02
2,28
2,8
N1
2
58
70
1
4
62
20
43
6
12
N2
9
53
71
3
23
57
26
28
6
15
N2-N1
7
-5
1
2
19
-5
6
-15
0
3
, где C1 – превышение финансовых услуг в столице по сравнению со средним уровнем
по стране (на душу населения)5;
C2 – превышение промышленного производства в столице по сравнению со средним
уровнем по стране (на душу населения)6;
N1 – место мирового города в рейтинге конкурентоспособности7 ;
N2 – место страны в рейтинге конкурентоспособности8 .
Проведенный анализ показывает, что существует определенное противоречие между
доминированием мирового города на национальном уровне и его конкурентоспособностью.
Наблюдается следующая закономерность: в тех странах, где суммарный индекс превышения
уровня экономического развития мирового города по сравнению с уровнем страны (С1+С2)
достигает
максимальных
значений,
место
мирового
города
в
рейтинге
конкурентоспособности ниже, чем конкурентоспособность страны в целом. Такое
5
Greg Clark, Tim Moonen (2014). World cities and nation states: promoting a new deal for the 21st century. IV
Moscow Urban Forum, p.22.
6
Там же
7
EIU (2012). ‘Hotspots: Benchmarking global city competitiveness’. Available at
<www.citigroup.com/citi/citiforcities/pdfs/eiu_hotspots_2012.pdf>
8
World Economic Forum (2014). Global Competitiveness Report 2014-15. Available at
<www3.weforum.org/docs/WEF_GlobalCompetitivenessReport_2014-15.pdf>
противоречие наблюдается в случае Москвы (Россия), Сан-Пауло (Бразилия), Шанхай
(Китай). Во всех остальных рассмотренных странах наблюдается противоположная
ситуация, а именно мировой город занимает более высокое место в рейтинге глобальной
конкурентоспособности по сравнению со страной в целом, если доминирование мирового
города менее выражено. Исключение из этой закономерности составляет Мумбаи (Индия),
где страна и мировой город примерно соответствуют по уровню конкурентоспособности.
Можно
выдвинуть
следующую
гипотезу,
которая
объясняет
выявленное
противоречие. В тех случаях, где мировой город критически доминирует в национальной
экономике, в нем возрастают издержки переполнения, что снижает доходность инвестиций и
повышает издержки ведения бизнеса. В результате роста издержек переполнения снижается
конкурентоспособность мирового города. Следует принять во внимание, что только Москва
из рассмотренных мировых городов в развивающихся странах является политической
столицей, в других случаях мировыми городами являются деловые центры.
Таким образом, выявленные особенности городской системы России подтверждают,
что в стратегические задачи развития Москвы следует включать вопросы стимулирования
столичной функции с учетом потенциала Москвы как мирового города и центрального узла
обширной городской системы.
Столичную функция города следует рассматривать, как способность организовать
эффективное выполнение и распределение экономических функций в национальной системе
крупнейших городов, координировать взаимодействия в городской системе в целях
экономического
роста
и
повышения
конкурентоспособности.
Столичная
функция
подразумевает выполнение роли социокультурного и экономического посредничества
внутри страны и во внешнем мире, роли организатора инновационного развития, перетока
знаний и технологий, информационных потоков. При этом выполнение столичной функции
напрямую связано с развитием социального капитала города, так как многие научные
подходы к управлению городом подразумевают создание институтов и механизмов
взаимодействий власти, бизнеса и городского сообщества для экономического роста.
Существующие
законодательные
и
организационные
системы
и
механизмы
рассчитаны на моноцентричные города с единым муниципальным органом власти, а не на
управление городскими системами, где происходит взаимодействия в различных формах.
Сегодня Россия нуждается в согласованности между региональной и национальной
политикой и программными документами, касающимися стратегии городского развития,
включая ведущую роль столичного города. При этом стратегии всех уровней должны
включать вопросы, связанные с экономическим ростом и развитием социального капитала
крупнейших городов.
REFERENCES
1. Аношкина Е.Л. Оценка выполнения экономических функций крупнейшими городами
России // Экономические стратегии, 2014, №6-7, С. 78-85.
2. Готтман Ж. Столичные города. ЛОГОС №4 [94] 2013. Перевод с английского
Александра Писарева по изданию: Gottman J. Capital Cities // Since Megalopolis. The
Urban Writings of Jean Gottman. Baltimore: Johns Hopkins Press, 1990. Ch. 3. P. 63–82.
3. Состояние европейских городов в переходной период 2013. Подведение итогов за 20
лет реформ. Institute of urban development, Instytut rozwoju miast, Krakow Poland.
Программа ООН по населенным пунктам (ООН-Хабитат) 2013.
4. Alonso-Villar, O. 2001. Large Metropolises in the Third World: An Explanation. Urban
Studies 38 (8): 1359–1371.
5. Camagni, R., Capello, R. 2010. Macroeconomic and territorial policies for regional
competitiveness: an EU perspective. Regional Science Policy & Practice 2: 1-19.
6. Caragliu, A., Del Boro, C., Nijkamp P. 2009. Smart cities in Europe. Amsterdam:
University Amsterdam.
7. Chen, C., Ding, Y., & Liu S. (2008). City Economical Function and Industrial Development:
Case Study along the Railway Line in North Xinjiang in China. Journal of urban planning
and development. Vol.1, pp. 153-158.
8. Cooke, P. 2004. Competitiveness as cohesion: social capital and the knowledge economy
City Matters: Competitiveness, Cohesion, and Urban Governance. Bristol: Policy Press: 153
- 170.
9. Ewers H, Wettman R (1980), Innovation oriented regional policy. Regional Studies 14:
161–179.
10. Greg Clark, Tim Moonen (2014). World cities and nation states: promoting a new deal for
the
21st
century.
IV
Moscow
Urban
Forum.
http://thebusinessofcities.com/wp-
content/uploads/2014/07/World-Cities-and-Nation-States-Clark-Moonen-Jan-2015.pdf
11. Gorzelak, Grz., & Smetkowski, M. (2012). Warsaw as a metropolis – successes and missed
opportunities. Regional Science Policy & Practice, Vol. 4, No. 1.
12. Grajeda, M.R., Sheldon, I. 2009. Trade openness and city interaction. MPRA Paper 18029,
University Library of Munich, Germany.
13. Han, X., Wu, P. L., & Dong, W. L. (2012). An analysis on the interaction mechanism of
urbanization and industrial structure evolution in Shandong, China. Environmental Sciences.
Vol. 13 pp. 1291 – 1300
14. Jeney L. 2011. Sectoral Background of Urban-Rural Economic Development Inequalities in
Visegrad
Countries.
Ga
WC
Research
Bulletin
347.
http://www.lboro.ac.uk/gawc/rb/rb337.html.
15. Krugman P., Elizondo R. Trade policy and the Third World metropolis. Journal of
Development Economics. 1996. Vol.49. P. 137–150. P. 150.
16. Mansori, K. S. 2003. The Geographic Effects of Trade Liberalization with Increasing
Returns in Transportation. Journal of Regional Science 43(2): 249–268.
17. Nijkamp P (ed.) (1986) Technological change, employment and spatial dynamics. Springer
Verlag, Berlin.
18. Onyebueke, V. U. (2011). Place and Function of African Cities in the Global Urban
Network: Exploring the Matters Arising. Urban Forum (2011) 22:1–21.
19. Parnreiter, Chr. (2010). Global cities in Global Commodity Chains: exploring the role of
Mexico City in the geography of global economic governance. Global Networks. Vol. 10,
No. 1, pp. 35–53.
20. Zielenbach, S. 2000. The Art of Revitalization: Improving Conditions in Distressed InnerCity Neighborhoods. New York: Garland.
Скачать

Таблица 3. Аналитические показатели мировых городов и